Шрифт:
Кэрол кивнула.
– Давай вернемся в офис и посмотрим, что Стейси сможет накопать на эту Диану Флаэрти и агентство. – Она бросила на него предупреждающий взгляд. – И не говори мне, чтобы я тебе не мешала.
По большей части Сара Деннисон считала, что у нее лучшая работа в мире, но сегодня она казалась ей самой мерзкой на свете.
В миллион раз хуже всего остального.
Причем с каждой минутой становилась все отвратительнее.
День для этого был бы просто замечательным, если б шел дождь и завывал ветер, как происходило все лето, но вместо этого под обжигающим полуденным солнцем и безоблачным небом воздух на свалке хозяйственно-бытовых и полигонных отходов Западного Брайтона был неподвижным и зловонным. Мусор окутывали испарения метана, и у Сары и ее коллег отчаянно болела голова.
Сара служила сержантом в полиции Брайтон-энд-Хоув, и одной из ее специализаций являлся сбор улик. Обычно ей нравилось решать сложные задачи поиска, особенно отпечатков пальцев, на месте тяжкого преступления; находить один-единственный волосок, который потом выявит убийцу, или нитку от одежды на ковре, а может, и в поле. Ее работа всегда заключалась в том, чтобы найти иголку в стоге сена, и она великолепно с ней справлялась. Но сегодня речь шла не об иголке; им требовалось найти орудие убийства – маленький огнетушитель, какие имеются во всех автофургонах, которым мужчину ударили по голове во время ссоры из-за девушки в ночном клубе.
К тому же тут был совсем не стог сена.
Двадцать акров вонючих мусорных мешков с грязными памперсами, гнилой едой и дохлыми животными. И снующие повсюду злобные крысы.
Она и пятеро ее коллег, выстроившись в линию, упорно пробирались сквозь отходы, все время отгоняя крыс вилами, которыми они вспарывали мешки и ворошили содержимое. Они находились здесь с семи утра, и спина у Сары отчаянно болела от того, что ей приходилось без устали орудовать вилами. Сейчас два часа дня, и они будут продолжать поиски до самого вечера и наступления темноты, пока не найдут то, что ищут, или не убедятся, что нужного им предмета нет. Сара ничего не ела с самого утра, как, впрочем, и ее коллеги.
Но ни у кого не было аппетита.
– Шкипер, – услышала она голос и, повернувшись, увидела, что ее позвал полисмен по имени Тикстон, который находился в конце линии справа от нее, одетый так же, как все, – в синий комбинезон, маску, перчатки и сапоги. – Вам стоит подойти сюда и посмотреть.
В его голосе мешалось возбуждение и одновременно отвращение.
Возможно, отвращения было больше.
Сара сразу почувствовала запах и поняла, почему он так отреагировал.
В туче жужжащих мясных мух крыса с жадностью грызла отрезанную у лодыжки человеческую ступню, лежавшую на земле. Жуткий, тошнотворный, липучий запах тухлой рыбы окутал их со всех сторон, и Сара, быстро достав из кармана платок, прижала его к носу. Стопа была целой, но кое-где плоть стала зеленого цвета. На ногтях проступали остатки розового лака.
– Где остальное тело? – вслух спросила Сара.
– Куда-то сбежало, – сказал констебль.
Обычно во время своего недельного дежурства в качестве старшего офицера на вызове детектив-суперинтендант Рой Грейс, которому оставалось несколько недель до сорок второго дня рождения, мечтал, что к нему в руки попадет расследование сложного убийства – «дело от Гуччи», так он это называл. Такое, которое привлечет внимание национальных средств массовой информации, и ему представится шанс показать себя перед начальством. Большинство убийств в Брайтон-энд-Хоув, совершенных за последние несколько месяцев, было самой обычной мелочовкой. Сплошная ерунда. Один уличный наркодилер зарезал другого. Мелкого торговца наркотой засунули в багажник машины, которую потом подожгли. Оба преступления, как обычно бывает в подобных случаях, были раскрыты за несколько дней. Обезьяна с завязанными глазами и та смогла бы в них разобраться.
Грейс знал, что неправильно надеяться на серьезное убийство. Но именно об этом тайно, а иногда и не совсем тайно, мечтает каждый детектив из убойного отдела. Он сидел за своим столом и просматривал судебные записи, касающиеся подозреваемой, которую он арестовал в прошлом году, невероятно злобной убийцы, чье дело будет рассматриваться в следующем месяце в Олд-Бейли [6] . И тут зазвонил его телефон.
Грейс взял трубку и выслушал сообщение.
Потом повесил трубку.
6
Олд-Бейли – традиционное название Центрального уголовного суда, расположенного в Лондонском Сити.
Ему следовало чаще мечтать.
Спустя час в сопровождении своего коллеги и приятеля детектива-инспектора Гленна Брэнсона – высокого, черного, с лысой, точно шар для боулинга, головой, – Грейс подъехал к свалке. Полицейская машина с опознавательными знаками и белый фургон криминалистов были припаркованы рядом с вагончиком, в котором находился офис. Дорогу перегородила бело-голубая лента, около нее стоял полисмен в форме и с блокнотом в руках.
Грейс с удовлетворением отметил, что доступ к свалке перекрыт, однако начальница, плотная, невероятно возбужденная женщина в желтой форме, с именем Трейси Финден на бейджике, была этим возмущена. Она подскочила к ним еще прежде, чем они успели выйти из машины. Когда Грейс опустил окно, представился и показал служебное удостоверение, она заявила:
– Вы не можете так поступать, сэр. К нам целый день приезжают грузовики и машины с бытовыми отходами. Ваши действия приведут к хаосу.
– Я все понимаю, и мы постараемся закончить здесь как можно быстрее.
– Я думала, ваши люди ищут проклятый огнетушитель…
– Так и было, и в этом смысле ничего не изменилось. Но вы должны понять, что, возможно, речь идет о расследовании убийства, и я рассматриваю данный объект как потенциальное место преступления.
– И как долго это будет продолжаться?