– Дома поговорим, так что на выход, – кивнула на дверь девушка.

– Жень, – простонал парень, – может не надо?

– Надо, – твердо сказала она, – я жду.

– Мы уехали, если выживу, то до завтра, – протянул Кот.

– Удачи, – хмыкнул Физик.

– Пока, – улыбнулась Ума.

Парочка хмурая вышла из подразделения. Леся осталась с Сергеем. Оба смотрели друг на друга.

– Ничего не хочешь мне сказать? – виновато посмотрел на нее.

– А должна? – устало спросила Олеся.

– Ну, не знаю, – протянул Мыцик, – вон Кот и Бизон поймали от своих.

– Сереж, я же сказала, что доверяю тебя, – выдохнула девушка, – когда ты научишься меня слушать.

– Я тебя слышу, – отозвался парень.

– Я уверена, что там тебя ничего не заинтересовало, – хитро улыбнулась Ума.

– Леся, как ты могла подумать... – возмутился он.

– А я ничего не сказала, что подумала, – наклонила голову набок она.

Физик улыбнулся, притянул Уму к себе. Они обнялись, Мыцик закопался в волосы.

– Ты у меня самая лучшая, – тихо прошептал Сергей.

– Даже лучше, чем....

– Лучше, – оборвал ее старлей, – и давай не будет начинать этот бесполезный разговор.

– Хорошо, – выдохнула Олеся, – домой?

– Да, – ответил он.

Они спустились на парковку, Сергей обнимал ее, когда никто не видел, то оставлял незаметный поцелуй в макушку. Оба смеялись, выглядели довольные и счастливые. Сели в авто, отправились в обратный путь. Всю дорогу пара строила планы на вечер.

– Ужин, кино? – улыбаясь, предложил парень.

– Может ужин и прогулка по воздуху, – в ответ сказала Уманова.

– Лесь, давай завтра, сегодня не особо здоровье позволяет...

Олеся хихикнула.

– Хорошо, – согласилась она.

В машине Муры и Кота стояла звенящая тишина. Женя хмурилась, смотрела в окно. Ионов посматривал на нее.

– Жень, ну не дуйся, – тихо сказал он.

– Кот, вот ты в своем уме? – возмутилась девушка, – мало того ты пошел против меня, так еще подставил Бизона. Дашка ему голову чуть не откусила и между прочим у них свадьба под угрозой срыва, а для тебя все веселье.

– Мур, ну, хочешь я сам позвоню Булатовой и все расскажу, что Тарасов не при делах, что ничего не знал и он ее не трогал, – вздохнул Вася.

– Да, дело не в этом, что он ее трогал, а в том что она его лапала, – объяснила Евгения, – если бы тебя, то я бы не такое сделала...

– Ух, как грозная, – улыбнулся Кот, – уже страшно.

– Вообще-то не смешно, – нахмурилась Мура, – что делать-то будем? Этих-то надо мерить...

– Может сами как-то, – с сомнением протянул Ионов, – ведь Дашка точно сорвется на меня.

– И то верно, но извиниться нужно, – посмотрела на него она.

– Согласен, – вздохнул Василий.

– Тогда завтра и начнешь.

– Хорошо, – проворчал Кот.

Девушка чмокнула его в щеку и они поехали дальше.

Даша вошла в кабинет к отцу. Там находилась Рита и они о чем-то шептались.

– О, ребенок, – улыбнулся Батя, – привет, ты как?

– Привет, – улыбнулась она, – все в полном порядке.

– Как наш внук?

– Внучка, – поправила Дарья.

– Даже так? – удивилась Багира, – прекрасно.

– Бизон в курсе?

– Нет и вас попрошу не говорить ему, пусть помучается, – усмехнулась Булатова.

– Дочь, – протянула Рита, – может стоит сказать...

– А может стоило не давать себя лапать, – парировала девушка.

– В каком плане? – посмотрел на нее контр-адмирал.

– Да, забудь, – махнула ладошкой она, – сама разберусь.

– Ну, как знаешь.

– Ты сейчас куда? – спросила мама.

– Хочу к домой к нам, – попросилась Дарья, – я так соскучилась по вам.

– Мы тоже, поехали, – согласилась женщина, – я уже давно не готовила.

– Пап, ты с нами?

Мужчина впервые не знал, что ответить.

– Поехали уже, – улыбнулась рыжая, – будем готовить семейный ужин и проведем этот вечер в кругу друг друга.

Они вышли из кабинета, спустились вниз. Сев в авто, отправились домой. По пути заглянули в магазин и под веселые шутки дочери с отцом, накупили продуктов. После, дома разбирали их. Багира с улыбкой смотрела на них. Вроде взрослые уже, а дурачатся, как дети. И Ваня без пяти минут дедушка, а подтрунивает над дочерью. Сама Дашка очень изменилась с появлением папы, стала более мягкой, гибкой, может Батя так действует на нее, а может и малышка. Папина дочка, как величала ее Кошкина.