– Разумное объяснение, хотя ни о чём подобном мне слышать не доводилось, – сказал Галаэрон. – А ты тоже иннатос?

– Если бы! – усмехнулся Мелегонт. – Я так понимаю, в вашей Академии Магии тебя не встретили с распростёртыми объятьями?

– Намного хуже, – эльф постарался скрыть горечь в голосе. – Моему отцу пришлось задействовать все имевшиеся политические связи, чтобы обеспечить мне место на факультете – самая бесполезная растрата, которую я когда-либо видел. Я там так и не прижился. В конце концов, меня обвинили в использовании чёрной магии и потребовали показать книгу заклинаний. К несчастью, я её никогда не вёл.

– Теперь уже я тебе завидую, – признался маг.

– Не стоит, – грустно улыбнулся Галаэрон. – Чтобы я получил место в Страже Гробниц, потребовалось прямое вмешательство лорда Имесфора, – эльф замолчал, вспомнив о кончине сына своего покровителя. По правде говоря, золотого лорда едва ли можно было осуждать за обвинительные речи. – Даже у этой услуги оказалась своя цена.

– Не стоит себя жалеть, – сказал Мелегонт. Его голос снова стал укоризненным и успокаивающим. – Не произносить мне заклятий, если Эвереску спасёт не твоя магия.

– Но разве ты не говорил, что его магия привлечёт внимание фаэриммов? – спросила Вала озабоченным, но, тем не менее, уважительным тоном. – Это последнее место, где я хотела бы оказаться лицом к лицу с этими тварями.

– Ну, здесь лучше, чем кажется, – улыбнулся маг. – Но ты права. – Он посмотрел на Галаэрона. – Нужно научить нашего друга колдовать иначе.

– Иначе? – переспросил эльф. – Но на это нужно время.

– Сдаётся мне, что тебе много времени не потребуется, – усмехнулся Мелегонт. – Если, конечно, твоя храбрость не уступает твоим талантам.

– Ну, я же сейчас здесь, с вами.

– Да. – Глаза мага стали чёрными, словно обсидиан, настолько тёмными, что дух перехватило даже у Валы. – Ты достаточно храбр, чтобы сражаться с внешними врагами. Посмотрим, хватит ли тебе мужества столкнуться с врагом внутри себя самого.

Лицо Мелегонта стало удивительно эльфоподобным, густые брови разгладились и поднялись, приняв дугообразную форму. Уши увеличились, их острые кончики выступили из-под тёмных волос, а глаза зловеще засветились, как у проклятых дроу.

– Во имя Кореллона! – от смятения голова Галаэрона пошла кругом.

Это уже был не тот человек, что обещал спасти Эвереску – но ведь демоны всегда обманывают смертных.

– Что ты такое?

– Уверен, что нечто большее, нежели ты думаешь, – услыхал он в ответ.

Эльф потянулся к мечу, понимая, что времени произнести заклятие ему уже не хватит, а даже если бы и хватило, едва ли он мог надеяться победить Мелегонта в магическом поединке. Демон же молниеносным, словно прыжок паука, движением выбросил вперёд руку, схватил Нихмеду за горло и прижал к каменной стене. Из-под губ Мелегонта выступила пара клыков цвета слоновой кости, а тёмная борода превратилась в нелепой формы подбородок. Люди раскрыли рот от удивления и что-то забормотали, но, похоже, они были слишком ошарашены, чтобы как-то помочь. Галаэрон попытался вытащить меч, но демон прижал его запястье к стене.

Первой пришла в себя Вала.

– Великий! – крикнула она, доставая меч, и шагнула вперёд. – Что ты…

– Стоять! – рявкнул Мелегонт, взглянув через плечо. – По праву Клятвы Бодвара я приказываю тебе подчиниться!

Женщина заскрежетала зубами, но остановилась, опустила клинок и жестом приказала своим людям не вмешиваться. Когда Мелегонт снова повернулся к Галаэрону, его глаза уже светились фиолетовым, а клыки были длиннее, чем у гадюки.

– Ну, так ты знаешь – что я такое? Уже набрался храбрости?

– Д-д-да, – только и смог выдавить Нихмеду. Как и большинство наземных эльфов, он боялся дроу не меньше, чем ненавидел их, и судьбы худшей, чем стать живым мертвецом, служащим вампиру-дроу, он и представить себе не мог. – Дай мне только достать меч…

Мелегонт снова ударил Галаэрона о стену.

– Так не пойдёт, – улыбнулся он. – Но я дам тебе выбор.

Вампир протянул за спину ладонь и приказал:

– Чёрный меч!

Вала перевернула свой, рукояткой вперёд, но не решилась отдать его.

– Что ты собираешься делать?

Мелегонт пристально посмотрел на неё, наполнив всю комнату чудовищным треском костей, вывернув шею куда сильней, чем это казалось возможным. – Ничего такого, на что бы мне ни давала права Гранитная Башня.

Вала опустила голову и вложила рукоять в его ладонь. Вампир ещё некоторое время смотрел на неё, а потом сунул ледяной эфес в левую ладонь Галаэрона.

– Я предоставляю тебе выбор, эльф, – произнёс он, схватив лезвие и подведя его кончик под челюсть Нихмеду. – Ты можешь служить мне, а можешь не служить – решай.