– Негусто для специальной комиссии. Марк, мы зачем сюда прибыли?
– обратилась к Брицису Дебрианн.
– В отчетности ковыряться?

– Не обязательно.

– А для чего?

– Для выявления случаев паникерства, расследования злоупотреблений...
– протянул полковник.

– Предотвращения диверсий и саботажа, - подхватила майор.
– Приказ я тоже читала, грамотная. Только здесь диверсиями и не пахнет. А в саботажники каждого второго можно смело записывать. При желании. И объясни, какого дьявола мы сутками напролет сидим в бункере и в файлах с бумажками роемся? Чтобы канонаду вживую слушать?

– Не утрируй, а фактаж?

– О`кей, еще и по складам бегаем, сверяем. В любом случае, мы делаем то, с чем гораздо лучше справятся обученные спецы из финдепартамента и сектора матобеспечения. А мы напрасно штаны просиживаем в бункере. Тебе не кажется, что вся эта комиссия - бессмысленная затея?

– Так, сворачиваем споры. Приказы начальства не обсуждаются, - насупился Брицис.
– И, вообще, Лиз, напор убавь, я уже забыл, зачем сюда шел.

Дебрианн обреченно покачала головой и уселась обратно за стол.

– Так, о чем я? А, вот. Требуются два представителя комиссии, чтобы проконтролировать проверку работы деблокирования каналов связи.

– Марк, ты сам понял, что сейчас сказал?
– не выдержала и вылезла Дебрианн. Выразив общее мнение - в глазах остальных сотрудников тоже плескалось недоумение.
– Чего мы должны проконтролировать?

– Поясняю, кхм, - прокашлялся полковник.
– Корпусом на вооружение принята новейшая система деблокирования каналов связи, антиглушилок, короче говоря. И с ней возникли кое-какие проблемы. Технари будут разбираться, и нам нужно проследить, нет ли там признаков саботажа или диверсии.

– И снова здравствуйте!
– вновь не осталась в стороне майор.
– А мы с какого бока к тем проблемам? Мы же не технари, пусть спецы разбираются, заключение дают, и мы уже по нему свое мнение изложим.

– Заключение отдельно пойдет. А сейчас надо понаблюдать операторами, когда технари проверку работы системы проводить будут.

– Еще интереснее, - фыркнула Элизабет.
– То есть, требуется тупо следить за реакцией операторов? А вдруг кто заерзает или коситься начнет и тем невольно себя сдаст? Гениально! Да мы эдак сотню саботажников поймаем. И диверсантов со шпионами пачку.

– Не утрируй!

– А не легче ли сканеры и камеры установить, а потом анализ по программам прогнать?

– Это тоже будет, естественно. А сейчас необходимо личное присутствие двух членов комиссии при проверке.

– Нам что, делать нечего? Нет, делать-то нам, судя по всему, нечего, но не настолько же!

– Лиз прекрати препираться! Вопрос согласован с генералом. Надо, и точка!

В такт возгласу полковника сверху опять громыхнуло, и перекрытия чуть дрогнули. И Дебрианн угомонилась.

– Добровольцы есть?

– А где проверка будет проводиться?
– уточнил Штейн.

– В бункерах третьей линии. Дежурные группы операторов робототехники и систем связи там сидят.

Добровольцев сразу не нашлось. Читай - любителей острых ощущений. В Бюро их, вообще, служило не очень много, а в проверочные комиссии подобные кадры практически не попадали. Продуманных же и осторожных, напротив, было пруд пруди. И сложить дважды два конторские могли. Если обладали информацией. А то, что в подземельях третьей оборонительной линии можно острых ощущений нахвататься, секретом ни для кого не являлось. По уши нахвататься.

Первая оборонительная линия состояла из пассивных средств защиты: рвов, заграждений, минных полей. На второй дислоцировались активные автоматизированные и дистанционно управляемые системы: робототехника, боевые платформы, дроны, РСЗО и прочее. И только в подземных сооружениях третьей находился личный состав: пехотинцы, артиллеристы, операторы. По сути, называемая третьей линия являлась первой, где были живые люди. И шансов стать неживым там имелось явно побольше, чем на остальных. А если седьмую оборонительную линию, где располагался штаб Корпуса, утюжат до сотрясения перекрытий бункера, то, что творится на третьей... лучше не представлять.

Сотрудники и не представляли. Они уткнулись взглядами в экраны, делая вид, что страшно заняты неотложными и жутко важными проверочными мероприятиями. Антон тоже в добровольцы не рвался и, не отставая от коллег, опустил очи долу. А голоэкран развернул повыше. Чтобы не заметили. Зачем куда-то переться? И здесь неплохо кормят. Не Таити, но и не филиал ада. Терпимо. Да, грохочет над головой периодически. Трясет. Однако никто пока не погиб. Не ранен. Одно название - прифронтовая полоса. Зато светло, тепло и мухи не кусают. Сиречь "демоны". Нет Чужих на горизонте. Ветров на планете пока ни разу "демона" не почуял. Почти как на Лауре. Что само по себе повод для оптимизма.