А в целом, просмотр воспоминаний оказался на удивление приятной процедурой. Никакого дискомфорта, рассеянное тепло, легкие покалывания, из-за которых усиливались четкость и контрастность картинок. Будто кто-то ладошкой гладит... внутри черепной коробки. Эдакий ментальный массаж, право слово.

Тепло исчезло, покалывания пропали. Процедура считывания явно завершилась. Сола отняла руку ото лба, и Ветров отрыл глаза.

– Ну, и какова резолюция?

– Чуужиие - ээтоо шэйдуу.

– Что-то прояснилось, - скорчил рожицу Антон.
– Но остались некоторые неосвещенные моменты.

Экс вел себя так, словно Сола не сообщила ему о своем инородном происхождении. Ветров осознал, что синеглазая красавица - не человек, но смириться с данным фактом пока не мог. У экса не выходило в один миг кардинально перетряхнуть картинку окружающей реальности.

Воспринимать Солу по-прежнему как красавицу-дикарку с огромными экстрасенсорными способностями было проще. Для психики и душевного равновесия. Иначе в голову начинали лезть несуразные идеи и версии. Например, о том, не сделала ли Сола самого Антона... нелюдью. А, что? Во время транса запихала в бесчувственную тушку микросхем или напустила нанитов, и те перекроили организм по неведомым лекалам. Был молодой парень, а стал существо. Сублейтенант управления дознания БФБ Антон Ветров, нелюдь свежеиспеченная, прошу любить и жаловать. От подобных мыслей эксу дурнело, и приходилось терзать дар авурха, дабы стопорить паранойю, сохраняя здравомыслие. Знание-понимание подтверждало, что Антон по-прежнему человек, пусть не без экстраординарных талантов, и чуток отпускало. Но потом опять накатывало. И все это происходило моментально, буквально в течение секунд.

Поэтому поведения Антон не менял. Держался за установившиеся шаблоны. Крепко держался. И по схожей причине не спросил Солу о главном сразу после ее признания. Испугался.

Повисла пауза. Сола молчала, Ветров - тоже. Он собирался с мыслями. И пытался преодолеть испуг. Ведь, виляй хвостом - не виляй, а вопросы задавать придется. Те самые вопросы. Важные, основные, конкретные. Иначе все зря. И этот разговор - в том числе.

Наконец, Антон решился. Хрустнул пальцами, набрал в грудь воздуха побольше и выпалил:

– Скажи, кто ты?! И что тебе от меня нужно?

Сола вновь улыбнулась и ответила едва ли не теми же словами, которые использовал сам Ветров в разговоре с полковником Смитом:

– Ээтоо длииннаая иистоориия.

Чтобы не возникло ощущения странного дежа вю, повторять фразу бывшего инквизитора БФБ о том, что времени полно, экс не стал. И без того психика перегружена. Впору невропатолога звать. Или сразу психиатра. Потому Антон ограничился незатасканным на сегодня:

– Я готов слушать.

– Проощеэ поокаазаать.

– Также, как ты просматривала?

– Поочтии.

Опять двадцать пять. Снова инопланетянку - экстрасенса в черепушку пускать, разрешать ей в мозгах ковыряться. А не пускать - тоже не выход. Можно, конечно, в устном изложении с историей Солы ознакомиться, но что-то Ветрову подсказывало: тогда многие детали будут упущены. Важные детали. Неизвестно, как Сола "покажет длинную историю", с подобной техникой передачи информации экс впервые сталкивается. Вероятно, и при "просмотре" лакуны останутся, но при таком раскладе шансов получать подробные сведения все равно больше, чем просто слушая рассказ. Знание-понимание за то ручалось.

Колебался Ветров недолго. Снявши голову, по волосам не плачут. Естественно, нет гарантий, что Сола закладок в разуме Антона не наставит, но он тоже не лыком шит. Проверит себя попозже.

– Хорошо, показывай.

Сола вновь приложила руку ко лбу и попросила:

– Заакроой глааазаа и рааслаабься.

Выполняя просьбу, экс попытался скинуть напряжение. Удалось. Мысли сделались медленными, плавными, а затем их куда-то потянуло, поволокло... и перед внутренним взором замелькали картинки. Пришло знание. И понимание. Не та грань дара авурха, которую Антон называл знанием-пониманием, а что-то среднее между фильмом и воспоминанием. Не всеведение, не осведомленность, а нечто иное. Словно Ветров просматривал чужую память. Будто на сеансе кино. Впрочем, так именно и было. И при просмотре, экс ощущал, что ему показывают ровно то, что задано, не пуская ни на йоту в сторону, ограждая те зоны памяти, куда доступ запрещен. Антон сам несколько минут назад старался изобразить нечто сходное при просмотре воспоминаний о "демонах", но у Солы защитить сферу проникновения в разум удавалось на порядок круче. Виляя чуть в сторону, экс упирался в непреодолимую преграду. По сравнению с потугами Ветрова, ментальная защита синеглазой красавицы, выглядела бастионом. Скалистой неприступной крепостью. На фоне баррикады из хлама и мусора Антоновой защиты.

Поэтому Ветров двигался только туда, куда его вели. И смотрел лишь то, что показывали. Явственно ощущая, что кое-что, а скорее - многое, осталось секретом. Что неудивительно. И просматривал экс не память Солы, а совокупность образов из разных сознаний. Сборник воспоминаний. И Солы и других представителей ее вида.

Просмотр оборвался внезапно. Раз, и картинки исчезли.

А знания остались. Точнее - чужие воспоминания. Или воспоминания чужих. Нет, Сола и другие не являлись "демонами", пусть и породили их. А вот назвать "чужими" синеглазую красавицу со товарищи было бы верно. Терминологически.

А, вообще, история действительно долгая. И очень древняя. Фантастическая, как водится. Если отбросить мелочи и подробности, то получалась эдакая сказочка. Довольно-таки грустная.

Жила-была цивилизация. Преимущественно биологического типа. Однако и технологий не чуралась. Самоназвание - аасхииртооо. Являлись ли ее представители гуманоидами, Антон не узнал. Образы аасхов в воспоминаниях Солы были... слегка размыты. Словно укрыты туманной дымкой. Флёром. И разглядеть их в подробностях не удавалось. Экс мог лишь сказать, что отдельные аасхи напоминали людей. И ему показалось, что четкость "изображений" соплеменников Сола убрала намеренно.