Капитан ошеломленно, потеряв дар речи, смотрел на врача. Главный врач президентской клиники будет вести его, простого капитана, старика, за которого только что какой-нибудь хоспис и возьмется!?

– По вашему состоянию могу сказать, что вы легко отделались, хотя нам и пришлось провести две операции и, к сожалению, удалить одну из почек. Но угрозы для жизни нет, и думаю через пару недель мы сможем вас выписать.

– Я не знаю, что происходит, - покачал головой капитан, - и как я сюда попал, но я знаю, что не в состоянии оплатить свое пребывание здесь. Я…

– Об этом даже не думайте, - женщина отошла от стены и тоже подошла к кровати, врач, улыбнувшись, поднялся и уступил ей место. – Спасибо… - вдруг дрогнувшим голосом произнесла она, и капитану показалось, что в уголках ее глаз что-то блеснуло. Врач ободряюще погладил ее по плечам.

– Мадам? – капитан удивленно смотрел на женщину.

– Джоанна Рокье, - представилась она, улыбнувшись.

Рокье? Капитан нахмурился, вспоминая… Рокье! Пассажир! Значит, эта женщина… Но где же? Вновь открывшаяся дверь, впустив нового посетителя, избавила капитана от следующего вопроса.

– Как вы? – Кристиан, улыбаясь, подошел к кровати и присел прямо на нее, его жена протянула руку и сжала его ладонь.

– Значит… - капитан оглядел палату, снова вернулся взглядом к пассажиру. – Все это…

– Я взял на себя смелость перевезти вас в Париж и устроить в эту клинику. – Кристиан наклонился к капитану. – Это было самое малое, что я мог сделать для вас после всего, что вы…

– Я не сделал ничего особенного, - прервал его капитан, вдруг смутился, совсем старик, растрогался чего-то от слов пассажира, - а вот вы… - снова оглядел палату.

– За те два дня вы стали мне даже не другом, - улыбнулся Кристиан, - больше, чем другом, вы были мне как… отец… - его голос дрогнул.

Его жена обняла его за плечи, положив голову на его плечо, другое, не то, что пострадало от змеи, он накрыл ее ладонь своею рукой.

– Как вы? – капитан, не привыкший к сантиментам и проявлению чувств, поспешил сменить тему.

– Нормально, - кивнул Кристиан, - но правда тоже пришлось немного поваляться в больнице.

– Ты худший пациент, какой вообще был в моей жизни, - выразительно посмотрел на Кристиана врач, - ты невыносим. Врачей не слушаешь, из больницы вечно убегаешь. Только Джоанна и способна с тобой справиться.

– Жан, - Кристиан виновато улыбнувшись, посмотрел на врача, но капитан сразу понял по общению этих двоих, что на самом деле они друзья и весь укор в голосе доктора – это лишь беспокойство. – Ты же понимаешь…

– Работа, дела, и прочее, и прочее… Тебя не исправить, - отчаянно махнул рукой врач и улыбнулся. – Ладно, я пойду, у меня консилиум через десять минут. К вам, - врач обернулся к капитану, - я зайду вечером, если что - зовите медсестру. Насчет обеда я распоряжусь. С тобой, - он обернулся к Кристиану, - я прощаюсь до завтра. И только попробуй не явиться на осмотр. Пожалуюсь твоему начальнику! – уже на полном серьезе погрозил пальцем Кристиану врач и вышел из палаты.

– У вас грозный начальник? – спросил капитан у Кристиана, едва доктор закрыл за собой дверь.

– Очень… - ответила за него его жена, улыбнувшись.

– Кристиан… - Кровель замолчал, словно думая, будет ли уместен следующий вопрос.

– Мы с вами столько пережили вместе, что мне, пожалуй, пора, наконец, нормально представиться. – понял его Кристиан и протянул ему руку со словами. – Кристиан Рокье, директор Генерального Управления внешней безопасности Министерства обороны Франции.

Вот все, что было до этого… Это был не шок, а так… Шок – это то, что Кровель испытал, услышав пассажира. Пытаясь переварить услышанное, не сразу даже понял, что тот уже несколько минут сидит с протянутой рукой и улыбается. Стряхнув оцепенение, наконец, тоже протянул ему руку. Кристиан сжал ее и с улыбкой произнес:

– Я право не знаю, как вам еще кое-что сказать…

Что? Это еще не все сюрпризы? Капитан лишь качал головой и ошеломленно улыбался.

– Зайди, - тихо сказал Кристиан, вытащив из кармана брюк небольшую рацию.

Дверь снова открылась, в очередной раз заставив капитана замереть с открытым ртом. У дверей в строгом костюме, с такой же рацией в руках стоял…

– Шон? – только и смог произнести капитан, смотря на улыбающегося своего бывшего матроса.

– Зайди…

Прошипевшая рация вырвала Шона из плена его воспоминаний. Но этот плен был гораздо приятнее того, что он провел у пиратов. Хотя и ему он был теперь благодарен. Потому что тот перевернул всю его жизнь. Потому что подарил встречу с людьми, которые научили его. Верности, смелости, твердости характера. Научили вести себя достойно. Не прячась, не увиливая, признавать ошибки. И отвечать за них.