– С тобой все нормально?

– А что?

Неужели по мне было видно, что все не нормально? Вчера я увидела чье-то отражение в зеркале, рухнула в обморок, но зато потом смогла нормально выспаться, что со мной не так? Вдруг я осознала, что сегодня красилась без зеркала, мне пришло в голову, что я промазала тушью и помадой или еще что похуже. Но с другой стороны, если бы все было так страшно, Стэйми бы сказала мне, сказала ведь?

– Просто что-то в тебе поменялось. Стала тихой. Я не хочу сказать, что до этого ты вела себя как-то дико, но ты…обеспокоена чем-то и это видно. Все в порядке?

Я пожевала губу, размышляя, рассказывать Эрику о случившемся или нет. Но, в конце концов, поняла, что нет ничего страшного в истории, поэтому быстро вкратце рассказала о случившемся. Парень внимательно меня слушал, не перебивая. Закончив рассказ, я поняла, что меня слушали и Стэйми с Робом. Лицо парня вытянулось и готова поклясться, он слегка отодвинулся от меня. Подруга смотрела на меня сочувственно, но всем своим видом давала понять, что она со мной и не позволит подобному повториться.

– Считайте меня сумасшедшей, но я не буду смотреться в зеркала до тех пор, пока…пока что-то не изменится. Хотя я и не знаю что, но это было ужасно.

Я снова начала переживать случившееся и новые воспоминания и волнения ворвались в меня, погружая на самое дно.

– Словно что-то вытягивало из меня силы, пыталось подавить, может даже убить. Я не знаю, что случилось, я словно была под гипнозом, кто-то велел мне идти вперед, протянуть вперед руки. Я должна была коснуться зеркала, что-то почувствовать. Не знаю, этот силуэт, что я увидела…, – я представляла, как глупо звучит мой рассказ, но не собиралась останавливаться. – До того, как все произошло, мне казалось, что я видела его в квартире. Когда я засыпала, то чувствовала, что кто-то ходит по дому и чувствовала чье-то присутствие. А однажды я видела тень и я не знаю как, но уверенна, что это был Он. Он следит за мной или ему что-то нужно. И я физически ощущала чье-то присутствие. Это как, когда на тебя кто-то смотрит, а ты это чувствуешь. Когда я засыпала, то ощущала его поблизости. Мне было страшно, но я не могла бороться со сном, словно нечто насылало на меня дремоту, и я не могла сопротивляться. Я так давно не спала нормально, поэтому, когда чувствовала сонливость, тут же отрубалась. Хотя я понимала, что возможно могу не проснуться, что ночью со мной может что-то случиться.

Я почувствовала, как к глазам подступают слезы, чтобы не расплакаться перед всеми, я посмотрела вверх, после чего встретилась глазами со Стэйми. Подруга одними губами прошептала «я с тобой» и улыбнулась. Я ожидала смеха, непонимания, даже осуждения, или того, что парни (особенно Роб) просто встанут и уйдут. Но Эрик слушал меня внимательно и после рассказа принялся все обдумывать. Роб уставился в никуда, казалось, что у него есть что сказать, но он не знает, как это преподнести. Спустя минуту он заговорил.

– Я плохо знал Бэйта, мы редко говорили, но за неделю до комы я слышал его разговор с другом. Он говорил, что плохо спит и что постоянно чувствует слабость. Друг посоветовал ему выпить снотворное, не знаю, выпил или нет. Бэйт говорил, что во сне что-то пугает его и он боится закрывать глаза.

– Думаешь, это все как-то связано? – спросил Эрик, переводя взгляд с меня на приятеля.

– Не знаю, да и кто знает?! Одно ясно: здесь что-то неладное, все не просто так.

После кафе все мы пошли гулять в парк, где было мало народа. Я была рада, что в будний день, тем более летом, почти никого не было, можно спокойно гулять по пустым дорожкам и разговаривать в полный голос, не боясь, что разговор может быть подслушан. Выйдя из кафе, мы больше не возвращались к разговорам о странных снах и прочем, мы говорили о школе, вспоминали своих учителей, вечеринки, на которых преподаватели напивались больше, чем ученики. Парни рассказали, что после окончания школы не хотели учиться дальше и чуть не пропустили сроки подачи документов в университет. На секунду внутри меня зародился страх, что я уже пропустила сроки, но тут я посмотрела на Стэйми и успокоилась. Подруга была куда более собранной, поэтому ни за что бы не пропустила время подачи документов в университет.

Через несколько дней у нас должна была состояться встреча выпускников, точнее это был скорее день траура по уснувшим, но называть это «День траура» никто не хотел. Мы со Стэйми договорились поехать в школу вместе. Перед тем как попрощаться, я спросила у Эрика, пойдет ли он на встречу.

– Будут все учителя, твой брат тоже, можно будет там и поговорить с ним.

Эрик кивнул.

– Да, я все никак не могу поговорить с ним. Так что хорошая идея, я приеду.

У выхода в парк мы распрощались, ребята пошли в одну сторону, а мы в другую. Сделав пару шагов, я невольно обернулась и увидела, что Эрик обернулся тоже. Кровь прилила к щекам и я была рада, что нахожусь далеко и парень не видит моего смущения. Стэйми взяла меня под руку и мы зашагали дальше.

– Ты оденешь что-то особенное? – спросила я, перебирая в голове свой гардероб.

Не знаю, перед кем я хотела покрасоваться: перед одноклассниками и друзьями или перед Эриком. Хотя внутренний голос уже знал ответ, конечно второе.

– Может платье, которое я недавно купила? Оранжевое с синим, – Стэйми прищурила глаза, явно представляя свой будущий образ.

– Ты будешь сногсшибательна!

Около восьми вечера раздался телефонный звонок. Я быстро подняла трубку и удивилась, услышав голос Эрика.

– Прости, что беспокою. Я просто ехал мимо и захотел увидеть тебя.

Новая волна смущения прибыла как раз вовремя. Я вдруг осознала, что тоже очень хочу увидеть парня и, не смотря на клятву Стэйми, что у меня нет желания больше ни с кем встречаться в этот день, Эрик чем-то меня привлекал. Я сказала номер своей квартиры, и через пять минут на пороге стоял парень. На нем были джинсы и рубашка с закатанными рукавами. Эрик переступил порог моего дома и выставив вперед руки, хитро улыбнулся.