Пэкстон отпустил меня в девять часов, когда мы пытались успокоить детей. В любом случае, видео было не для него, а судя по хихиканьям, игра собиралась продлиться еще какое-то время. Почему им так нравилось бороться с ним — вне моего понимания. Они веселились и заполняли дом смехом, так что, думаю, это единственное, что имело значение.

Я сделала себе коктейль и поднялась наверх с ноутбуком Пэкстона подмышкой. Мы уже очень многое узнали. Что еще могла открыть эта запись? Я была готова встретиться с любыми сложностями, потому что мы могли пройти через это, как и во всех остальных случаях.

Воздух был прохладнее, чем я ожидала, но я накинула плед и осталась на балконе. Устроившись поудобнее, я нажала на ссылку для скачивания, как всегда делал Пэкстон.

— Привет, Ник. Спасибо, что посидел с девочками. Ты им понравился. Где Ми? Что случилось?

— Мне кажется, ты двигаешься в правильном направлении, и все будет хорошо. Мы можем остановиться сейчас, Гэбби. Это нормально.

— Все так плохо?

— Да, это все поменяет.

— Но я имею право знать.

Ник кивнул, сделав глубокий вздох.

— Потому я здесь. Я весь день боролся с собой из-за этой записи, пытаясь убедить себя избавиться от нее, прежде чем кто-то еще ее увидит.

— Все не может быть так плохо, Ник.

— Может, Гэбби.

— Но я хочу услышать ее.

— Хочешь, чтобы я остался на связи?

— Нет, можешь идти.

— Ладно. Если что, звони.

— Все будет хорошо, — проговорила я. Слова прозвучали более убедительно, чем я себя чувствовала. Снаружи я казалась сильной, но внутри я словно превратилась в миску с желе, так переживала.

— Гэбби, ты слышишь меня?

— Да, я слышу тебя, Лейн.

— Мы продолжим с того момента, где остановились, после чего Ник попытается сегодня стереть часть твоих воспоминаний, но сначала я хочу спросить, была ли ты когда-то с кем-то другим, хорошо?

— Хорошо.

— У тебя когда-то был другой мужчина, Гэбби?

— В плане секса? Однажды я поцеловала другого. В губы.

— До или после Пэкстона?

— Это было намного позже. Офелии только исполнилось три года.

— Правда? Кто это был?

— Его звали Чип. Пэкстон нанял его, чтобы научить меня готовить, потому что я не делала стейки так, как ему нравилось. Он позвонил в моем присутствии, записал меня на кулинарные курсы и заставил ходить туда каждую субботу на протяжении двух месяцев. Вот только он остался с носом. Чип был не только потрясающим шеф-поваром, но и прекрасным барменом. Мне было так весело с ним. Очень весело. Он научил меня рецептам многих коктейлей, я могла сделать несколько шотов, не пролив ни капли. Он говорил, что у меня дар от природы. У меня появилось желание найти работу, общаться с людьми, завести друзей.

— Ты могла бы сделать это, Гэбби. Где-то в мире существует человек, который любил бы тебя так, как ты того заслуживаешь, — сказал Лейн, прочистив горло.

— Я хочу, чтобы меня так любил Пэкстон.

— Но это не так. Ладно, забудь. Ты сказала, что следила за Пэкстоном с его женой той ночью. Что произошло после?

Я издала короткий смешок.

— Ты знаешь, Лейн. Ты поймал меня, помнишь? Ты хотел знать, что я задумала. Я солгала, сказав, что не знала, что он не один, и ушла.

— А я последовал за тобой.

— Да, ты дал мне пятьдесят долларов.

— Клянусь, я просто хотел, чтобы ты подрочила мне, и собирался уйти, Гэбби. Я не планировал этого. Кэндес не было рядом, я чувствовал себя одиноко, и мне… мне жаль, Гэбби.

— Все хорошо, Лейн. По крайней мере, из-за этого Пэкстон захотел меня.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты знаешь, ребенка.

— Какого ребенка?

— Моего, Офелию. Ты создал ее.

— Нет, не я. Она не мой ребенок.

— Нет, конечно, нет. Пэкстон ее папа. Он так сильно любит ее. Она его, без сомнения.

— Он обижает ее?

— Ни за что. Он и Роуэн любит. Пэкстон прекрасный отец.

— Но Роуэн его дочь. Думаешь, Офелия не его? Она вполне может быть дочерью Пэкстона.