После зарядки, которую проводили больше формально, так как весь курс прятался в подъездах близлежащих домов, после общего построения и ста метров совместного бега, прихватив с собой тёплые вещи, можно было, прижавшись к отопительной батарее, минут тридцать тихо дремать в домике Орбели. Проверив чистоту территории, улёгся на тридцать минут поспать. Поспал до половины девятого, так как боялся встретить начальника курса. Зачем излишние разговоры по поводу неуставных ботинок, причёски и прочих недостатков. Они на меня действуют просто болезненно. Не знаю почему. Может потому, что ответить я им ничего не могу, просто физически (этим мне и не нравятся ВС. Тем, что иные начальники готовы растоптать перед строем, а подчинённые обязаны им повиноваться вопреки здравому смыслу). Хотя всё это терпимо, всё можно пережить. Ведь человек приспосабливается к окружающим условиям, иногда меняя их, иногда изменяя что-то в себе, или это ему кажется... К какому варианту я отношу себя - не знаю, но думаю, что на шестьдесят процентов ко второму, но и это только внешняя сторона. Вот и сейчас не знаю, зачем я сел писать. Ведь завтра зачёт по нормальной физиологии, а я и третьей части не прочитал. Может для того, чтобы в будущем не повторять таких глупых ошибок, которые так болезненно переносятся...

Первая пара - лекция по психологии. Мне импонирует наш лектор - коренастый, седоволосый корифей науки, который обещает рассказать нам после пятого курса результаты наших ежегодных тестов, кто и что из себя представляет. Мне кажется, что это похоже на цыганское гадание по картам или на кофейной гуще. Как можно узнать человека таким элементарным образом? Вторая пара - хирургия, к которой я даже не притрагивался накануне вечером. Поэтому я сел на последний ряд, взял учебник по общей хирургии и, прочитав особенности течения гнойных ран, заснул. Сквозь дрёму слушал эхо слов лектора. О Байконурских страстях, о человеческих слабостях и пороках. Его слова вплетались в мои сны о доме, друзьях, родных и мне казалось, что я нахожусь в двух измерениях.

Через полтора часа, подобно будильнику, прозвучала команда старшины курса: "Товарищи, курсанты, встать! Смирно!"

– Вольно, товарищи курсанты!
– не по-военному ответил лектор.

Занятие по хирургии проходило в очень холодном классе, а я халат надел на голый торс и курсантские брюки. Зато сон улетучился. Меня не спросили, наверное, из-за того, что на прошлом занятии я получил "отлично". Преподаватель - капитан, как мне показалось, умный и толковый абдоминальный хирург. Он приглашал всех желающих на своё вечернее дежурство. Что не понравилось в нём - это общение с больным. Жесты, мимика не располагали к нему пациента. Наверное, хирургу некогда общаться, так как большую часть времени он проводит за операционным столом и в перевязочной.

В операционной курсанты учились правильно надевать халаты, хирургические перчатки и обрабатывать операционное поле - живот волонтёра однокурсника. Тридцатиминутные перемены чередовались с тридцатиминутными занятиями. Складывалось впечатление, что эти уроки хирургии для капитана медицинской службы скорее в тягость, так как и на нас он смотрел, как на пациентов - с неким пренебрежением.

А в конце занятия я заснул возле горячей батареи, о которую облокотился спиной. Мы перешли из холодного класса, в котором пропал ещё и свет, в просторную аудиторию клиники общей хирургии, где можно потеряться двум отделениям.

В четырнадцать тридцать я был уже на свободе. Куда теперь? Конечно же, на поиски пищи. Мой желудок начал требовать... Настроился потратить сегодня больше обычного.

По дороге в магазин "синяка" (дом литераторов, поэтов и певцов), забежал в столовую, чтобы с чёрного входа взять булку серого хлеба. Я иногда пользуюсь таким случаем в целях экономии бюджетного фонда. Хотя каждый раз прихожу и переживаю - то ли из-за отказа, то ли из-за страха попасться на глаза старлею - начальнику столовой, который докладывает нашему руководству по каждому залётчику (задержанному курсанту, которому грозит наказание в виде дополнительного наряда на службу или на работы). На этот раз дверь была закрыта на щеколду. Немного подождав, подумав, что, находясь в подвале, я вызову подозрение со стороны гражданских служащих, я открыл дверь и со спокойной душой взял два кирпичика ещё тёплого душистого армейского хлеба. Здесь многие берут хлеб. Молодые офицеры бережно заворачивают его в газету, курсанты, заталкивают его в дипломаты вместе с халатами; знакомые и незнакомые хлеборезов прячут его под мышками, и, как мне кажется, работники никогда никому не отказывают.

Забежав в "синяк", осмотрелся в зале и, не найдя ничего съестного на прилавках с бутафорными банками, ушёл искать счастье на Финляндский вокзал, где в переулке купил шоколадный сырок и питьевой йогурт фабрики "Пармалат". И со спокойной душой отправился в общежитие.

14.02.1993г., воскресенье.

Позавтракав хлебом с кофе, я огляделся вокруг. Какой вокруг бардак! Привык видеть нашу квартиру в полумраке. А тут при солнечном освещении. Гора мусора у мойки и на столах. Вечером обещали прийти гости.

Убрался. Сварил пшённую кашу. Что делать дальше? Базар... Нужно купить брюки или пиджак. Мои износились за пять лет. Но ни в Апраксином дворе, ни на Сенной площади я так и не нашёл ничего подходящего.

За время моего отсутствия Игорь тоже прибрался в своей комнате и сварил суп. Правда, супом его назвать можно с натяжкой. Пакетик суповой, кусок курицы, не знаю какой давности, плюс множество имевшихся под рукой приправ и специй, и как всегда пересоленный. Но с голоду и не такое осилишь. Съел и второе - геркулес с яйцом и аджикой. Как только закончили обедать, зазвонил телефон. Кто? Вика с Ирой едут к нам в гости. Их там и не хватало.

Угостили гостей, чем могли. Но всё им было не по нраву. Грязная плита, немытая посуда в раковине, скудность угощения, старые обои, скрипучий диван, писклявый черно-белый телевизор, глупые наши шутки и кислые наши лица. Зачем, спрашивается, тогда ходить в гости? Сиди дома, соблюдай режим, диету, вяжи носки возле цветного телевизора, слушай музыку... Что ещё лучше? А тут через весь город, больше часа и скудное угощение. Что мы должны сделать: апельсин купить, ликерами запастись, когда нас предупреждают за десять минут до приезда по телефону, что они уже на "Академической"? Поиск продолжается. Жаль, что нет компаса.