— И не считай меня дурой, малыш. У тебя все на лице написано. Я прекрасно знаю, что в Монсегюре во время осады никакого Грааля не было. И в пещере его не прятали. Le Roc de la Tour, которую мы с профессором Бертье обследовали, сама по себе интересна, там сохранились могилы катаров, их надгробные надписи. А Грааль — он не здесь.

Менее всего в эту минуту Кейджу хотелось «граалить». И незачем. Как верно заметил мсье Брока: «Не мучайтесь, обо всем этом давно уже написано». Великолепной Мисс Репортаж понадобился свой велосипед.

— А может, и где-то здесь, Лорен. Скорее всего, стоит в какой-нибудь церкви среди утвари, а его никто не замечает. Или в местном музее, в каком-нибудь ящике. Только ты не думай, что Грааль ждет, пока Его найдут. Если это настоящий Грааль, Он сам выбирает. И, знаешь, Он, по-моему, достаточно брезглив.

Махнул коллеге рукой и побрел к скучающему под навесом мотоциклу-ветерану. Да Авалана не так и далеко, но дорога раскисла, не заморить бы коня...

Лорен его окликнула, потом что-то прокричала, обиженно и очень зло, вновь позвала...

Оборачиваться потомок кажунов не стал.

...Трава еще мокрая, однако небо посветлело, сквозь разрывы туч то и дело прорывались рыжие солнечные лучи, ветер же хоть и не утих, но изменил направление, принеся забытое тепло. Крис расстегнул плащ. Маленький город Авалан не переставал удивлять. Всюду дождь, а здесь развиднелось.

— Сапоги надо было надеть, — констатировал сержант Мюффа, обходя очередную лужу. — А насчет наших порядков... Сам иногда поражаюсь, Кретьен. Принимай как есть, моих земляков не исправить.

Ключ от часовни Девы Марии На Камнях нашелся, причем самым неожиданным образом. Вернувшись в город и поставив мотоцикл в соседний с домом мадам Кабис двор, где имелся навес, Кейдж вышел на знакомую площадь — и столкнулся с Жан-Пьером. Разговорились, слово за слово...

— А чего его искать? — удивился голубоглазый. — У меня ключ. Отдан на хранение лично гражданином мэром в присутствии отца Юрбена. Власть светская, власть духовная...

Репортер беззвучно шевельнул губами. Мюффа заметил и криво усмехнулся.

— Не удивляйся.

Крис решил последовать мудрому совету. Часовню же Мюффа согласился показать, благо все рядом. И дождь кончился.

— Это здесь хотели парк разбить, — Кейдж взглянул на неровное, поросшее редким кустарником поле. — Может, и стоило. Как-то оно... дико.

Часовню он уже видел и особо не впечатлился. Коробка из серого рваного камня — и купол сверху. Дверь же стальная, новая, словно у сейфа. Сразу видно, не берегут — прячут.

Сержант, тоже бросив взгляд на поле, пожал плечами.

— Парк? А кто сюда ходить станет? Брока, который бывший управляющий, прежним господам очень был предан. Для чего он часовню-то выстроил? Одни говорят — в память о графине, а другие — чтобы вечным укором стояла. Потому и здесь, к городу ближе, а не на фундаменте старого собора.

— Не суди, Мюффа, да не судим будешь!

Кейдж резко обернулся. Мари-Апрель стояла рядом. Легкий светлый плащ, знакомая сумочка. И сама прежняя, только на лице нет улыбки.

— Простите, мадемуазель, — сдавленным голосом проговорил Жан-Пьер, отступая на шаг. — Люди разное говорят.

Крис, вовремя вспомнив совет, решил ничему не удивляться. Хотел поздороваться, но девушка успела первой.

— Gud’ning, Кретьен!

Дверь пришлось открывать вдвоем. То ли петли перекосило, то ли так и задумывалось, чтобы посетителей отвадить. За порогом плавал серый сумрак. Пахло сыростью и мокрой известкой.

— Не стану мешать, — негромко проговорила Мари-Апрель. — Мюффа! Расскажи гостю, что знаешь. А о чем думаешь, очень прошу, оставь себе.

Сержант сжал губы, кивнул. После «Gud’ning» это было единственным, что сказала та, которую Кейдж встретил возле Аметистовой башни.

— Пойдем, Кретьен. Скоро темнеть начнет.

За порогом Крис, не успев даже осмотреться, взял спутника за локоть и потянул в сторону, к холодной сырой стене. Вслух спрашивать не решился, рукой указал.

— Она? — понял Мюффа. — А какого ты ответа ждешь? Наши болтают, будто... Графиня! Нет, не призрак, родственница, пра-пра-и так далее дяди последнего здешнего сеньора...