– Александра...

– Я ... мы ждали тебя, потом пришли какие-то мужчины. Мы так испугались. Пришлось уходить. Я не знала, куда идти. Шли наугад. Так долго. Мэтт чуть не погиб... Какой-то цветок, чуть не сожрал его!

– Тише, - Алекс подвигается ближе и крепко прижимает к себе. Разве сон может быть таким?! Я чувствую его горячее тело, касаюсь его рук, спины, лица и не могу налюбоваться, не могу перестать.

– Прости меня, я задержался.

Я шепчу, что прощаю. Прощу всегда, чтобы он ни натворил, плачу и смеюсь, и ощущаю его губы на своих. Меня словно уносит ураганом в пустоту. Только что - взрыв, жар и боль, а теперь - я будто парю, не чувствую ног, рук, только Алекс, только он.

– Я найду тебя. Обещаю...

Меня разбудил не Мэтт. Чужой голос требовал проснуться, но получилось это не сразу, не смотря на мой сон. Я села и опустила ноги на пыльный пол, пошевелила пальцами. Ногти потрескались и по цвету напоминали песок. Вздохнув, я подняла голову и встретилась взглядом с Йеном.

– Как спалось?

– Нормально, - буркнула я. Говорить не хотелось совершенно, а вот спать ... Да еще бы секунду моего сна, хоть немного.

– Я знаю, вы устали, но все идут на работу.

Я кивнула. Знаю, мол, и толкнула от всей души Мэтта, который все не хотел просыпаться.

– Соня он у тебя.

– Ага.

– Что такое?
– недовольно буркнул Мэтт, но увидев Йена, сразу перестал возмущаться и принялся завязывать шнурки на ботинках со скоростью света.

– Нам ведь дадут задание? Мы могли бы ухаживать за лошадьми, или там сажать ...

– Остынь, парень. Боюсь, ваши обязанности будут не столь уж интересны. Во всяком случае, пока.

Я мрачно посмотрела на Йена. То ли все еще находясь под влиянием сна, то ли испытывая раздражение от этих их намеков, но все это начинало надоедать. Йен так и хотел сказать. Оставайтесь - и получите все блага. Надо же. Кто мешает поделиться ими сейчас?

Вытряхнув куртку, я подумала и оставила ее на кровати.

– Правильно. Будет жарковато.

Я промолчала, с трудом сдерживая себя. Этот человек сегодня ужасно нервировал. Неужели так трудно сказать, что нас ждет? Зачем нагнетать всю эту мистику?

– Пойдемте, - махнул нам Йен и вывел из дома, который мы так и оставили открытым. Странно. Они что совсем не закрываются. Я покосилась на Мэтта, но тот с воодушевлением осматривался, как будто видел Эдем первый раз. И почему я не могу быть такой же благодушной?

– По нашим прогнозам в ближайшие несколько дней ожидается приличная песчаная буря. Не сталкивались еще?
– особенно не вслушиваясь в наше бормотание, Йен продолжил, цепко осматриваясь по сторонам, - так вот, надо бы укрепить стены, помочь растянуть еще навесов, да и песок высыпать. Нанесло-то здорово.

– Как часто вы его вывозите?
– спросил Мэтт, расчесывая голову пятерней. Я тут же сделала себе пометку нормально сегодня искупаться, иначе еще заболеем какой-нибудь гадостью.

– Дважды в день.

– Ничего себе.

– Иначе никак. К сожалению. Вы же видели те города?

Ответа не требовалось. Да, видели. Частенько, мы заходили в какой-нибудь дом, полагая, что это первый этаж, но так было далеко не всегда. Песок медленно, но верно поглощал все созданное людьми, очищая землю, делая ее однотонной, золотистой и мертвой.

– Вот мы и боремся как можем. Другого пути еще не изобрели.

– Хорошо! Что нам делать?
– бодро спросил Мэтт.

– А вы как раз этим и займетесь, - Йен остановился в конце одной из улиц. Тут уже было около десяти женщин. На этот раз они были одеты в штаны и кофты с длинными рукавами, да еще и обмотали головы. А вроде бы солнце уже садится.

– У вас осталось три часа, не больше. За это время нужно вывезти весь этот песок.

Мэтт невольно осмотрелся, отмечая, что песок на улице рассыпался толстым махровым ковром, уже закрывая уровень фундамента.

– Работа больше для женщин, но вы должны знать, что вас ждет, если решите остаться.

Я была не против работы, любой, без разницы. Но все это стало напоминать уже метод кнута и пряника. Сначала показали, как красиво и хорошо им здесь, теперь пугают тяжелым трудом.

– Ничего, мы справимся, - с воодушевлением воскликнул Мэтт, заставив парочку женщин оглянуться.

Ох, Мэтт, и как тебя здесь оставить?

Работа была тяжелая и монотонная. Даже не знаю, что хуже. Однако, хотя бы на мгновения, но все же удавалось забыть, отвлечься от мыслей как хороших, так и плохих. Только слова мелькали в голове, словно испуганные бабочки.