Киллиан с трудом понимал, что ему говорят, но пытался уловить суть, не забывая при этом мучительно втягивать в себя воздух.

— Болезнь тут ни при чем. Твое дыхание может перехватить от сильного потрясения, и ты действительно будешь мучиться приступом удушья — вполне реальным, но вызванным исключительно твоим собственным сознанием. Страхом, если хочешь. Ты понимаешь меня?

Взгляд Киллиана помутнел, он понимал, что вот-вот потеряет сознание.

— Ланкарт! — вновь окликнула Мелита. — Сделай же что-нибудь! Он может умереть.

Некромант криво усмехнулся.

— Сделать, говоришь? — переспросил он, прищурившись. — Ладно, сделаю. Соберись!

Удар оказался совершенно неожиданным и сильным. Кулак некроманта врезался в живот молодого человека, заставив его отпустить стену и тут же потерять равновесие от боли, отдавшейся в сломанных ребрах. Кашель тяжелыми рывками вырвался из груди Киллиана, заставляя перехваченную тугими повязками грудь полыхнуть болью снова, из глаз брызнули слезы.

Не успел Киллиан прийти в себя, как Ланкарт схватил его за ворот рубахи и поднял его безвольное, ослабевшее тело на ноги.

— У тебя здесь нет врагов, кроме тебя самого! — зашипел колдун.

— Ланкарт, что ты…

— Не лезь! — рявкнул тот, и Мелита, готовая броситься на помощь больному, послушно замерла на месте. Взгляд некроманта вновь переместился на Киллиана. Лицо молодого человека было бледным, почти серым, глаза напряженно смотрели на своего мучителя. — Посмотри, — Ланкарт резко понизил голос, подняв вторую руку на уровень лица Киллиана. Ладонь колдуна окутало зеленоватое сияние, в котором тут же проступила миниатюрная копия образов из сна: Талверт, схватка с марионеткой данталли, два поверженных брата, костер в Олсаде, спарэга…

Киллиан отчаянно пытался не потерять сознание, хотя оно могло вот-вот ускользнуть от него. Кровь, казалось, еще сильнее застучала в висках.

— Посмотри, — повторил некромант. — Вот, что мешает тебе сейчас дышать. Только ты сам. Твои страхи и твоя память, и это, если подумать, полнейший вздор!

В ответ — снова лишь напряженная попытка вдохнуть.

Зеленое свечение вокруг руки некроманта резко перекинулось на Киллиана, полностью перекрыв доступ воздуха — даже того небольшого количества, что удавалось втянуть ранее. В первое мгновение Киллиан округлил глаза от ужаса, но почти сразу понял, что теперь дышать ему попросту не нужно.

— Сейчас, — Ланкарт склонился над ним, в уголках его губ играла недобрая, опасная полуулыбка, — ты сам себя загнал почти в пограничное состояние между жизнью и смертью. Еще немного, и ты умрешь, после чего я смогу лишь сделать тебя одним из своих людей. Твоему наставнику я справедливо сообщу, что сделал все, что мог, но не справился, и, поверь, меня такой расклад вполне устраивает. Давно хотел устранить после смерти подобную проблему с дыханием.

Ланкарт бросил быстрый взгляд через плечо на Мелиту и снова повернулся к Киллиану. Теперь голос его понизился до сдержанного полушепота.

— Только дай мне повод, и руки мои будут развязаны.

К собственному удивлению, Харт угрожающе нахмурился, хотя и понимал, что никакой угрозы для некроманта представлять не может. Однако сейчас все его существо заполнила холодная злоба.

Ты слишком лелеешь свои травмы. Забудь о них.

Если до этого воспоминания, так живо воскрешенные болезненным жаром, и преследовали его, то сейчас от них не осталось и следа. Перед глазами Киллиана стояло существо, которое человеком-то назвать можно было с натяжкой, и он понимал, что не позволит этому колдуну так просто заполучить его в свои марионетки. Собственных усилий он к этому точно не приложит.

— Не хочешь? — хмыкнул Ланкарт, будто мог читать мысли молодого жреца. Тот ответил лишь прожигающим насквозь взглядом. — Тогда дыши.

Зеленое свечение угасло, и Киллиан, обессиленно упершись руками в пол, чересчур сильно втянул в себя воздух. В следующий же миг он закашлялся и на этот раз потерял сознание…

… Придя в себя, Киллиан обнаружил, что колдун сидит на краю его кровати и отстраненно смотрит в неопределенную точку пространства. Похоже, очнувшись, Киллиан вздохнул чуть громче, потому что, стоило открыть глаза, некромант сразу же обратил на молодого человека внимание и расплылся в кривой улыбке.

— С возвращением, — хмыкнул он.

Киллиан нахмурился, не представляя, чего ждать от некроманта, однако, в меру своих скудных сил, готов был оказывать сопротивление до последнего.

— Да не напрягайся ты так, — махнул рукой Ланкарт. — Ты пережил приступ, опасность миновала. Но нервничать тебе, похоже, противопоказано: удушье может повториться.

Киллиан осторожно попытался заговорить, надеясь, что не закашляется вновь. Дышать все еще было тяжело, но это не шло ни в какое сравнение с тем, что было во время прошлого пробуждения.