– - Ч... что? Господин, надеюсь, я ослышался, вы собираетесь сбежать?
– - меня словно чем-то тяжелым огрели. Сказать, что я был удивлен -- не сказать ничего!

– - Ага, -- совершенно спокойно, будто бы говорил о чем-то пустяковом, совершенно неважном и очевидном, сказал он, не отрываясь от работы.
– - Конрад, подай мне отвертку.

Я, поставив поднос обратно, подал господину инструмент. Продолжая наблюдать за его работой, я пытался понять, для чего ему это. Странная прихоть, вызванная скукой, или все же нечто существенное этот его побег? Непонятно. Чтобы хоть как-то отвлечься, я выглянул в окно.

Что ни говори, а ночные пейзажи лучше! Особенно при полной Луне... Когда прекрасная богиня ночи дарит нам свою благодать. Эти "дневные" идиоты ничего не понимают в истинной красоте ночи, предпочитая столь прекрасное время проводить за плотно закрытыми дверьми и ставнями. Я тряхнул головой, отгоняя неожиданно навалившийся сон. Так, сейчас не время восхищаться непостижимой красотой Богини! Гораздо важнее -- разубедить принца в верности его выбора. Ну, или, по крайней мере, выяснить детали его плана... Надеюсь, это все же кратковременная прихоть. Я подал принцу требуемую им пилу и стал интересоваться причинами столь странного решения.

– - Конрад, я всю жизнь провел во дворце, иногда выезжая на совершенно бессмысленные и скучные мероприятия, устраиваемые местной знатью, -- господин отложил пилу в сторону, печальным взглядом сверля столешницу.
– - Я не имею ни малейшего представления о том, что находится за пределами столицы! Какая она, жизнь? Да, черт возьми! Единственный, кого я могу назвать другом -- это ты, Конрад!
– - несмотря на то, с какой болью в голосе это было сказано, у меня на душе потеплело. Я и не подозревал, что его высочество считает меня другом.
– - Ты сам-то хоть раз за пределы дворца выходил?
– - принц повернулся лицом ко мне и внимательно посмотрел в глаза.

И тут меня осенило. Я ведь и правда не знаю ничего из того, что происходит в мире. Весь мой род поколение за поколением прислуживает правящему дому. Я родился и вырос здесь, но никогда раньше не задумывался над этим вопросом. Принц прав! Хотя его идея малость безумна, но все же он прав. Я опустил взгляд.

– - Н... нет, -- ненадолго в комнате повисла тишина.
– - Сир, я, кажется, начал вас понимать, но как вы собираетесь это провернуть? И где вы будете жить потом?

– - Ну, я собираюсь улететь за пределы столицы на этой... штуке, -- его высочество ткнул пальцем в свое "изобретение", -- а дальше можно будет, маскируясь, выйти из страны. А потом я буду путешествовать по миру в образе... э... Конрад, кто там постоянно по миру путешествует?
– - неуверенно спросил юный господин.

Я постарался вспомнить все, что узнал, немало времени проведя в королевской библиотеке. Собрав всю информацию у себя в голове в кучку, я перечислил принцу пришедшее мне на ум:

– - Паломники, наемники; просто люди, у которых денег некуда девать, и... менестрели. Простите, сир, больше я не вспомню.

– - Менестрель?
– - господин задумчиво посмотрел куда-то на потолок.
– - Что ж, это нам подходит!

Казалось, мои глаза достигли по размеру обеденных тарелок, а его высочество был непомерно счастлив и доволен "очередной гениальной идеей". Я пытался что-то сказать, но от шока мой рот просто беззвучно открывался и закрывался. Принц как-то странно посмотрел на меня и положил руку на мое плечо:

– - Конрад, ты тоже считаешь, что это гениально?
– - с каким-то детским восторгом в глазах сказал он.

– - Да... то есть нет! Сир, вы даже не умеете играть на музыкальных инструментах! Как вы можете быть менестрелем?! А...

– - Но ведь ты умеешь играть на лютне, -- перебил меня юный принц.
– - Ты меня научишь! А через неделю мы отправимся в путешествие!

– - Ч... что?! Но... но, сир! Нельзя научиться играть за неделю! И что значит "мы" ?! Сир? Что вы делаете?!!

Принц подошел к окну вместе со своим аппаратом и сиганул вниз. Я подбежал к окну, когда снизу, подобно птице, взлетел мой юный господин, крепко держась за деревянную перекладину на своем огромном воздушном змее. Признаться, в тот момент я не смог сдержать вздоха восхищения. Или все же это был вздох облегчения? Не знаю... А господин Морев парил под облаками. Его длинные, черные волосы развивались на ветру, а на лице читался просто щенячий восторг, да простит меня юный господин за это сравнение. Это было невероятно! Но все хорошее, увы, рано или поздно заканчивается. То ли засмотревшись куда-то, то ли просто задумавшись, мой принц между делом опустился слишком низко и, как итог, вписался в могучий ствол многовековой секвойи. Я спрыгнул вниз и, не медля ни секунды, бросился к принцу.

– - Ваше высочество, вы в порядке? Может врача позвать?
– - почти кричал я, осматривая принца. Благо, обошлось синяками и царапинами, но я все же чувствовал себя ужасно виноватым.
– - Ваше высочество?

Принц сидел под деревом, левой рукой намертво вцепившись в свой летательный аппарат, и каким-то пустым взглядом смотрел на пространство перед собой. Господин повернулся ко мне лицом и прошептал:

– - Конрад...
– - он на несколько секунд замолчал, глядя мне в глаза, а потом, резко поднявшись на ноги, крикнул: -- Это просто потрясающе!!! Хотя теперь у меня все болит, - уже тише с виноватой улыбкой на лице добавил он. Я устало вздохнул, что, естественно, не укрылось от внимания его высочества принца: -- Знаешь что, Конрад? Ты бы отдохнул, что ли? А сегодня в полночь начнем обучение игре на лютне!

– - Как прикажете, мой господин, -- я поклонился и отправился во дворец.

Вот черт! Совсем забыл! Нужно забрать посуду из комнаты принца. Я поднялся на четвертый этаж и, скорее в силу привычки, постучался прежде, чем войти. Как я и думал, принц уже был у себя. Видимо, забрался по дереву через окно. Получив разрешение на вход, я тихо открыл дверь, забрал с тумбы поднос с кружками и так же тихо эту дверь закрыл. Значит, неделя. Что ж, думаю, за неделю он и думать забудет о побеге, забросив эту идею так же, как и большинство предыдущих. Так я думал, отходя от комнаты принца, но вот с едва слышным скрипом открылась дверь комнаты моего господина, и за моей спиной раздался его спокойный голос: