Я даже и не заметил, как кровь пропитала грубую ткань. Камелия поднялась со стула и направилась прочь с кухоньки, попутно жестом указав мне следовать за ней. Войдя в ту комнатушку, в которой я очнулся, она зажгла свечу и стала копошиться в комоде у окна, что располагалось напротив широкой лавки. Отчего-то мне стало ужасно неловко. Конечно, я привык, что обо мне постоянно заботятся. Вокруг всегда толпа прислуги, готовая исполнить любую прихоть. И я всегда воспринимал это, как должное. А сейчас... я стоял в проходе, переминаясь с ноги на ногу и старался даже дышать потише. Уж не знаю, заплатили ли Конрад с Лисом этим людям, или они приютили нас по доброте душевной. Надо бы как-нибудь отблагодарить их. А тем временем, пока я размышлял над состоянием, для меня несвойственным, Камелия достала какие-то баночки и коробочки и сложила их на лавке. Со спины меня легонько толкнули, призывая продвинуться в глубь комнаты. Обойдя меня, Дан передал жене моток ткани и прозрачную бутыль, после чего встал рядом с комодом.

– - Снимай эту тряпку, -- сказала Камелия, заворачивая в кусочек ткани какие-то травы и укладывая этот импровизированный мешочек в наполненный водой ковш.
– - Не понимаю, как, имея при себе такие ценности, ты можешь ходить в этом убожестве. Я бы даже полы этим мыть не стала! Ну? Чего застыл?
– - бросила она, повернувшись ко мне лицом и уперев руки в бока.
– - Снимай, говорю!

Осторожно глянув на Дана, демонстративно отвернувшегося к окну, я стянул с себя рубаху и небрежно швырнул ее к сломанной лютне. Похоже, Конрад все же заплатил им. По глупости своей, я не взял с собой и медной монеты, в то время, как он, видимо, успел прихватить с моего стола кошель с деньгами на карманные расходы. Золото в Камайне - вещь дорогая. Чтобы его поменьше тратить на изготовление денег, монеты частично делаются из янтаря, а само золото, как бы это сказать, разбавляется другими, более дешевыми металлами. Для Камайна это своеобразный способ сэкономить, но, похоже, в этом регионе Внешнего мира янтарь - немалая роскошь. Ан нет! Эти сволочи кольцо мое отдали! Что ж, пусть так.

Камелия с ужасом посмотрела на меня и молча указала пальцем на скамью, вынуждая меня сесть.

– - Матерь Лунного Света, -- прошептала она, породив несколько новых вопросов в моей голове.
– - Как будто часть кожи выжгли... И ты молчал?!

– - Так... не больно же, -- я пожал плечами.
– - Я и не заметил.

Боль проявила себя лишь в момент применения заклинания, и сейчас эта небольшая, но жуткая рана совершенно не ощущалась.

– - Сумасшедший. Просто больной! Вы, эльфы, все такие? Или это мне так везет?
– - она вынула мешочек из воды и стала осторожно смывать кровь и грязь с "ожога".
– - Что, совсем не больно?
– - в ее голосе явно проскальзывали нотки сомнения.

– - Совсем, -- покачал я головой.
– - А что? Вы много эльфов встречали? Светлые, конечно, здесь, в Вешнем мире живут, но с людьми, вроде, на контакт не идут.

– - А я и не про светлых говорю, -- Камелия оторвала новый кусочек ткани и смочила его спиртом.
– - Мне больше на твоих сородичей везет. По крайней мере, единственный эльф, которого я до вас встречала, тоже был ночным, -- на проспиртованную тряпочку легли несколько тонких слоев трав.
– - Он отшельником был, жил на отшибе. Там до него мельница была, -- ее голос был ровным, бесцветным. Словно ей было очень больно это рассказывать. Однако останавливать ее повествование я не стал.
– - Совсем старый был. Говорил, что жил еще во времена, когда королевство еще не прекратило всех связей с нами -- с жителями, как вы говорите, Внешнего мира. Мы, тогда еще подростки, часто к нему наведывались. Истории про эльфов да сказки ваши послушать. Хороший дед был. Ворчливый, но добрый. И знал много...

– - Это он вам про богиню Луну рассказал?

Она кивнула и не произнесла больше ни слова. Свернув тряпочку пополам, Камелия приложила ее "ожогу", закрепила импровизированными бинтами и вышла из комнаты. Дан, все это время молча смотревший в окно, проследовал за ней. В проходе он притормозил:

– - В комоде вещи чистые возьмешь.

– - Да, хорошо. Спасибо...

Он вышел и тихонько прикрыл дверь. Н-да, нехорошо получилось. Интересно, о каком отшельнике она говорила? Я слез со скамьи и подошел к комоду. А вдали за окном виднелась старая мельница...

По моим личным записям и отчасти со слов Лиса

Мы расспросили несколько человек, после нападения культистов еще бродивших по деревне и частично приводивших ее в порядок. Как и ожидалось, ни один из них не смог сказать нам, где эти полоумные обитают и как туда пройти. Выяснилось только, что ранее их здесь не встречали, а те несчастные, что ближе к утру будут отоплять своими полыхающими телами улицу, направлялись куда-то на север. Искренне надеясь, что у них недалеко на севере логово или хотя бы разбит лагерь, и эти бравые ребятки направлялись туда, а не находились в путешествии вокруг света со своими проповедями, я попросил Лиса прохватить с собой косу, стоявшую у ближайшего забора, после чего мы бодренько зашагали в этом сомнительном направлении. Деревня находилась на возвышенности, с юга отгороженная от мира мрачным лесом, а с других сторон - хлипким плетнем, по высоте не доходящем мне до пояса и местами то ли сломанным, то ли намеренно недостроенным. Брезгливо покосившись на гору тел, Лис перескочил заборчик и начал осторожно спускаться с относительно крутой стороны холма, покрытой местами объеденной травой.

Хм, так-то отсюда ничего не видно. Но внизу снова начинается лес, рассеченный широкой дорогой. Возможно, там мы найдем этот псевдокульт или хотя бы их следы. Мотнув головой, я перевел взгляд на затупившееся лезвие косы. В любом случае, это лучше, чем ничего.

– - Поглядывай на восток. С первыми лучами солнца отправимся назад, -- крикнул я уже спустившемуся Лису и, застегнув темно-серый плащ и поудобнее перехватив косу, помчался за ним.

– - Слушай, а как найдем их, что делать-то будем?
– - с тревогой в голосе спросил он, бросив беглый взгляд на восток.

– - Постараемся вырезать эту гниль по-тихому. Ну, или не по-тихому, там как получится, -- я внимательно вглядывался в темноту меж деревьев.

– - Хах, шуточки у тебя, -- нервно хохотнул Лис, заставив меня косо посмотреть на него.
– - Подожди, ты серьезно, что ли? То есть ты действительно собираешься поубивать кучу народу только потому, что не так трактуют ваши религиозные учения? Ты свихнулся?!
– - он выскочил передо мной, старательно заглядывая в глаза.

– - Значит так, если тебя что-то не устраивает, ты всегда можешь вернуться назад. Тут недалеко. Это, во-первых. А во-вторых, ты кажется не до конца понимаешь, с кем мы имеем дело. Тебе что-нибудь говорит слово "фанатики"?
– - Лис отступил назад, на его лице отразилось понимание.
– - Хорошо. Тогда, я думаю, ты осознаешь, что, если мы не избавимся от них, они избавятся от нас, -- вздохнул я.
– - Ладно. Сейчас в лес зайдем -- держись поближе и не шуми.