Только Клэй собирался открыто расспросить у нее об этом, в палату вошел Брейди.

– Надеюсь, я не помешал, - сказал он с улыбкой, к счастью для Андреа.

Клэй кивнул головой своему старшему брату, который всегда его затмевал.

– Смотрите, кто явился.

– Прости, что не пришел раньше. Я был на телефоне с Хизер, пытался все уладить, чтобы ничего не вышло из-под контроля. Подумал, что ты бы не захотел, чтобы это куда-нибудь просочилось.

У Клэйя было такое ощущение, что это было очередной частью политической системы, к которой он принадлежал.

Он знал, что должен быть благодарен Брейди за то, что он позвонил своему пресс-секретарю, Хизер Феррингтон. Она была чертовски горяченькой блондиночкой, и Клэй совершенно не понимал, почему Брейди ни разу не приударил за ней.

– Не сомневаюсь, - ответил Клэй.

Когда Брейди вошел в палату, Андреа выпрямилась. Не было ни капли уязвимости, которую она показала Клэйю, когда она обратилась к его брату:

– Пойду, взгляну как ваша мать. Рада была тебя видеть, Брейди.

Он кивнул ей, когда она прошла мимо него к выходу из палаты. Клэй терпеть не мог то, что она ушла, но он ценил то, что она понимала, что ему нужно было самостоятельно лицом к лицу пообщаться с Брейди.

– Ты попал в весьма затруднительное положение, - произнес Брейди.

Он прошел к краю кровати и побарабанил пальцами по пластиковому изножью.

– Как ты себя чувствуешь?

– Так, что мне нужно еще одна доза морфина.

– Мама с этим разбирается, - отмахнулся он.
– Хочешь рассказать, как ты оказался в том переулке?

– А ты кто такой? Чертов следователь?

– Мне просто интересно, что произошло, Клэй. Доктор сказал, что уровень алкоголя в твоей крови был выше некуда. Должно быть, именно поэтому ты шатался по улицам, недалеко от бара, в котором, по словам Андреа, ты был.

– Да пошел ты, - прорычал Клэй.

Брейди нахмурился.

– Я тебя не допрашиваю. После с тобой хочет поговорить полиция. Не сомневаюсь, они устроят допрос. Я просто пытаюсь понять. Почему ты просто не вызвал такси?

– Почему бы тебе просто не пойти к черту?

С Брейди спала маска политика, и на долю секунды, Клэй увидел, как на самом деле Брейди трясло. Он снова выглядел просто как его старший брат. Клэй вздохнул, и с легкостью, отпустил свой собственный гнев.

– Я просто рад, что все обошлось, - произнес Брейди.

– Я тоже, - ответил Клэй.

– Серьезно, если ты захочешь со мной поговорить об этом, я здесь. Знаю, у нас есть многолетние разногласия, но для тебя я всегда здесь.

Клэй сжал руки в кулак, зажимая одеяло, не встречаясь взглядом с братом.

– Они говорили, что я ничтожество, и кусок дерьма. Сказали, что я заслуживаю смерти. Они прокричали это мне в лицо, пока один из них держал у моего виска пушку.

– Черт, - ворчливо произнес Брейди.

– Не могу описать, что я тогда чувствовал.

– Думаешь, это было спланировано? Они преследовали тебя?

Клэй скривился.

– Нет. Думаешь было бы лучше, если это так?

Брейди прошелся взглядом по синякам Клэйя, забинтованным ребрам, разбитым костяшкам и покачал головой.

– Нет.

– Я тоже.

– Мы их найдем, Клэй. Мы добьемся правосудия.

Клэй кивнул и пожалел, что у него нет столько веры в правовую систему, как у Брейди. Он слишком много знал, и бывало, что плохие парни просто скрывались. А иногда, плохие парни побеждали.

Глава 5

Некудышний Костюмчик

Клэй потер лицо руками и попытался стереть разочарование от того, что его проклятые ребра сломаны. Прошло почти две недели, а они по-прежнему ужасно болели. Он принял две таблетки обезболивающего, запив глотком виски. Это должно заглушить боль на ближайшие два часа, пока он разберется с этой чертовой Новогодней вечеринкой.

– Мда, не сомневаюсь, это хорошо сочетается, - Андреа медленно растягивает слова, спускаясь вниз по лестнице своего дома в пригороде северной Вирджинии, недалеко от Вашингтона.

У каждого из них были собственные квартиры в городе, но когда им хотелось от всего убежать, они приезжали сюда, в их местечко.

Клэй допил виски и поставил бокал обратно на стойку.

– Да.

– Ты уже пьяный?

– Конечно, нет. Знаешь, сколько для этого понадобится спиртного?

– Да.

Взгляд Клэйя прошелся вдоль ее блестящего платья в пол, цвета шампанского, которое облегало каждый крошечный изгиб на ее теле. Он бы хотел, чтобы таблетки уже подействовали, чтобы он смог разорвать это платье без боли от движений.