Чёрт! Темно, ничего не вижу! Вот кто придумал ночь?!

Медленно толкаю дверь, и она со скрипом открывается. Мысленно матерюсь и выглядываю из комнаты. Увидев, что территория чиста, едва слышно бреду к лестнице. Слышу хлопок, и это заставляет меня вздрогнуть. Я издаю тихий писк, и закрываю ладонью рот.

Если это Фил, то я его, нахрен, пристрелю! Ишь вздумал, в мой дом пробираться!

Часы раздражающе тикают, отчего мне хочется пустить в них пулю, но вместо этого тихонько спускаюсь по лестнице. Чем ближе я приближаюсь ко входу в гараж, тем громче звук. Пройдя на цыпочках кухню, я открыла дверь в гараж к моей малышке.

Давай, Сэм, ты давно не практиковалась. Хотя, если верить слухам и сплетням, ты через каждые пять минут убиваешь человека.

Вижу, что какой-то парень копается в двигателе моей малышки. Стараясь не шуметь, обхожу машину и навожу на него пистолет.

— Без резких движений, иначе твои мозги будут на стене. Ясно? — грубо проговорила я, и он, подняв руки, вышел из-за капота.

Я глубоко вздохнула и опустила пистолет. Он спокойно выдохнул и вернул руки в начальное положение. Я засмеялась и, обколотившись об машину, разрядила пистолет.

— Ты дура? — сказал он, отчего я перестала смеяться.

— Ну прости, Джек. Тем более, виноват ты, — он удивленно на меня посмотрел и хотел уже что-то сказать, но я его опередила. — Не нужно ходить в три часа ночи по дому. Я спала, а ты меня разбудил, хлопнув дверью. Ты ведь знаешь, какой у меня чуткий сон.

Я развернулась и пошагала к двери. Он промолчал и дальше начал ковыряться в двигателе моей малышки. Хлопнув сильно дверью в свою комнату, я опять завалилась спать. Только на этот раз держа пистолет в руке под подушкой.

Меры предосторожности — важнее всего! Особенно для меня, которую хочет убить каждый.

***

Сижу на кухне, пью зеленый чай и читаю сегодняшнюю газету. Страх Лондона возвращается! — такой заголовок на начальной странице. Я цокнула и отпила чай. Перевернув страницу газеты, я услышала, что в комнату зашел Джек. Он посмотрел на меня, а потом на титул газеты и засмеялся. Я недовольно закатила глаза и бросила эту макулатуру ему.

— Чего ты такая дерганая сегодня? Неужели женские дни? — он сел на стул и налил себе кофе.

— Да, и поэтому меня лучше не злить. Ясно? — проговорила я и взяла кожанку. У Джека на лице была неловкая улыбка, и я громко вздохнула.

— Ты не забыла об инкассаторской машине? — поинтересовался мой брат, держа кружку кофе в руках.

— Нет, а если ты будешь мне об этом напоминать, то поверь… — я сделала паузу, и он вопросительно поднял бровь, — тебе лучше не знать, — я дёрнула носом и пошла в гараж.

***

Подъехав к дому Стайлса, я встала около ворот. Они открылись, и я заехала, осматривая дизайн сада и переднего двора. Длинная аллея, по бокам которой посаженные декоративные деревья, магнолии и сакуры. Клумбы с розами, тюльпанами, гиацинтами и ромашками. Красивый трехэтажный дом, я бы сказала, особняк с большими окнами и входными дверями. Слева был большой бассейн в виде большой стопы. Справа беседка и гамак, закрепленный между двух лип. Около дома стояла его гоночная Porsche 911, тонированный и бронированный джип Ford Explorer, который входит в тройку самых лучших джипов мира, и красный кабриолет California.

Я удивленно вскинула брови и, повернув голову влево, увидела Гарри, который стоял на ступеньках своего дома. Он был в очках, черных лосинах и футболке такого же цвета. Я глубоко вздохнула и остановила машину перед его джипом. Поправляя кожанку и вылезая из машины, я рукой потрогала, есть ли пистолет. Убедившись, что он на месте, я подошла к Стайлсу, на лице которого была самодовольная улыбка.

— Ты опоздала, — утвердительно произнес Гарри.

— Ну, да, — я сделала лицо как можно попроще. — А зачем ты мне говоришь то, что я знаю?

Я решила включить свой режим стервы, но что-то у меня пока что это не очень получалось. Стайлс ухмыльнулся и пошел внутрь дома. Я недовольно застонала и пошла за ним, осматривая каждый уголок дома, при этом держа руку около пистолета.

— Чай, кофе или… — он повернулся ко мне лицом, взяв в руки бутылку виски, — или что-то покрепче?

— А мартини есть? — спросила я, и он улыбнулся.

— Есть, — кратко сказал он, и в ту же минуту махнул рукою.

Он плюхнулся в кресло и показал рукой мне сесть напротив него. Я осмотрела его и медленно села в кресло, закинув ногу на ногу. Из какой-то комнаты вышла молоденькая домработница, она улыбнулась Гарри и поставила передо мной мартини. Кудрявый облизал губы и устремил свой взгляд на ее попу, когда она наклонилась. Я ухмыльнулась, отвернула голову в бок, при этом откинувшись на спинку кресла, кладя свои руки в замок на животе.

— Спасибо, Нэнси… — девушка кокетливо улыбнулась и удалилась.

Стайлс проводил ее взглядом, а именно ее задницу, которой она виляла уж слишком быстро. Закусив губу, он перевел взгляд на меня и оценивающе меня осмотрел, я закатила глаза. Он остановил взгляд на моей груди, потер подбородок и поднял взгляд на моё лицо. Я смотрела на него с пофигизмом.

— Ну?

— Что, ну? — удивленно спросил он.

— Мы так и будем сидеть, молчать и пялиться друг на друга? — с неким раздражением проговорила я. — Отдавай мне кулон, и я исчезаю до заезда.