А вот Немая с земными людьми дела не имела. Она разглядывала меня украдкой, думая, что я не вижу. В её поведении не было брезгливости или отвращения, чего я могла бы ожидать от знатной ящеррицы… просто интерес. Она будто примеряла меня к Руанну — подхожу или нет?

Я сделала очевидные умозаключения — девушка не влюблена… и бесхвостая. Вряд ли ящерры могли не обращать внимания на сей занимательный факт.

Мне хотелось без промедления задать этот вопрос Руанну. Но вечер продолжался, и мы были обязаны сохранять соответствующее своей роли лицо.

В конце разговора ящерры опять перешли на свой язык. Я услышала несколько реплик и сперва ничего не поняла. Каким-то образом лишь последние несколько фраз «включили» мой мозг для понимания ящерриного.

— Я в Гнезде недавно, но все в городе только и говорят о судье, нашедшем свою привлечённую-землянку, — говорил Токкиа. — Признаться, я до последнего не знал, что в данном случае предпочтительнее — поздравить тебя или посочувствовать.

Руанн усмехнулся.

— Так чего же я удосужусь от тебя — поздравлений или сочувствия?

Токкиа бросил на меня, как ему казалось, незаметный взгляд.

— А чего бы ты хотел?

— А как ты думаешь, друг?

ГАК Токкиа ещё раз изучающе посмотрел на меня… Бесконечный миг.

— Соглашусь, она необычная. Непохожа на людей, даже двигается… видимо, от тебя набралась… — и снова взгляд украдкой в мою сторону. — Но если она — не одна из нас, то какие могут быть намерения?

— Токкиа, не сейчас, — прервал его Руанн. — Об этом мы поговорим в другом месте. Тебя не было, ты не знаешь…

— Единственное, чего я не понимаю, — как ты удержался от соблазна покопаться у неё в голове. Ведь, согласись, соблазн…

— Удержался — и точка, — посерьёзнел Руанн. — Скажи лучше, когда ты возвращаешься обратно? Я бы хотел встретиться ещё раз в более формальной обстановке. От тебя ждут отчёта…

Дальнейший их разговор не представлял для меня интереса. Я мастерски изображала непонимание их языка, стояла рядом с Руанном, пока они беседовали, а в конце вежливо попрощалась с отцом и дочерью.

Они ушли в бальный зал. Мы с Руанном остались одни. Когда дверь открывалась, мельком я успела увидеть яркие отблески света и людей в праздничной одежде. Ящеррицы и земные женщины, все они там. И не понять с первого взгляда, какая огромная пропасть лежит между свободной ящерркой и бесправной земной женщиной.

Мне было не по себе. Я заглянула Руанну в глаза. Не знаю, что я надеялась отыскать, — обвинение в том, что скрыла факт понимания его речи, или… извинение? Потому что из прерванного разговора я поняла: он соврал Токкии. Руанн копался у меня в голове. Вопрос в том, как отразилось подобное влияние на моём поведении?

Опять закружилась голова. Перед глазами вспыхнула картинка, некий эфемерный образ, который на этот раз я успела ухватить.

Миг — я вижу руку, указывающую вверх. Светит солнце, ничего не видно. Я — ребёнок. Меня поднимают на руки, и я, наконец, могу рассмотреть то, на что мне указывали: вывеска «Станция 17». На ящеррином языке!

— Что такое, Лин?

Мне не хватало воздуха. Я громко дышала, надеясь побороть панику.

— Плохо… Очень плохо мне…

— Пойдём в сад, — встревожился Руанн. — Там дополнительные настройки, дышшать легче.

— А как же приём? Тебя все ждут.

— Подождут.

Он отошёл на секунду, чтобы отдать Вознице распоряжения. Вернулся уже через две минуты и сразу повёл меня через запасной выход в сад.

Как же болела голова!

— Ещё немного — и мы выберемся отсюда, — пообещал Руанн.

Дворовой (именно так ящерры называли швейцаров) открыл дверь. Руанн кивком головы указал на сад, мол, мы уже близко. Ворота приветливо распахнули свои объятия.

Невольно я залюбовалась представшей передо мной картиной. Бесконечные лабиринты, подсвеченные мягким светом, тепло, испускаемое генераторами, снег, который не таял… И лишь вдали маячила темнота — как будто сад уходил в полный мрак.

— Так… романтично.

— Только при входе. Дальшшше очень темно, и нам туда идти не стоит. Прости, Лин, но скоро мне придётся вернуться в дом, меня ждут.

— Ты мог бы оставить меня здесь одну, — предложила я. — Мне станет легче, и потом я уйду.

— Исключено, — категорично ответил Руанн и добавил: — Не хочу бросать тебя в одиночестве. Давай просто постоим здесь, пока тебе не станет легче, и вернёмся обратно в дом.

Внезапно я заметила двух мужчин, вышедших из-за угла. Они были далеко, и в какой-то момент показалось, что их фигуры просто утонули в темноте.