***

Бабушка выскочила с помповым ружьём, но увидев Гошку, ремонтирующего крышу успокоилась: – А, я думала опять эти, бойскауты пришли. Прошлый раз метлу спёрли, ступу сломали, мерседес запорожский в металлолом сдали, деньги пропили. Мимо пробегал чей-то малой: – Ты бабка не греши, не трогали мы твой запорожец, сама на иностранную ворону запала, просила, чтоб на жениха тебе погадала, она в счёт оплаты своего экстрасенсорного труда, твою рухлядь ржавую и забрала. Склероз у тебя, бабушка. И побежал дальше. –Точно, вспомнила, прилетала тут ворона цыганка. Глаза хитрющие, зырк туда, зырк сюда, юбка длинная, в одной руке – колода карт, в другой – прейскурант, пальцем на мой мерседес показывает и говорит: – Кар. Такое ощущение, что она никогда машин не видела. И нагадала мне она казённый дом, и короля бубнового в нём, а утром проснулась – ни кара, ни машины, не короля. Вот ты Гоша у нас человек учёный, скажи – ка мне, милый – Почему герои у нас рождаются на страницах русских сказок, но умирают в сознании наших детей? Гоша не отвлекался, гидрометцентр обещал дожди по всему сказочному королевству, он хотел успеть перекрыть крышу. Но баба Яга не унывала, она уже давно разговаривала сама с собой, с тех пор, как в России перестали покупать русские сказки, а добрые советские мультфильмы, заменили на злые, не советские, аналоги. – Иду я, значит, по селу, дома все важные стоят, как хаусы, я в магазин, а он пропал, на его месте супермаркет, я к колодцу, до эха – Алло, а оно меня Хеллом обозвало. По улице девки ходят, срамота, а повернутся, рожи перекошенные, анимэ называются, мода у их молодёжи такая, чем больше лицо перекосишь, тем красивее и замуж быстрее возьмут. Теперь куклы в моде худые, на бывшего фермера Колю похожие, чтобы губы, больше киевских вареников были. По улицам ходят какие-то резинки от трусов с губками и гнилым сыром. Тьху! И система экстренного питания неправильная стала, вместо пирожков с картошкой, Чипа – Чупс с Чупа – Чипсом выдаёт. Дракон заканчивал ремонт, уже начинал накрапывать дождь, из-за угла вырулило чудо-юдо со своим знаменитым зонтиком. Жизнь в стране Истины продолжалась. Утром, пока все спали, дракон пробежался по селу. Ему понравился внешний вид улиц, стало чище, просторней, нарядные дома, с металлическими выкрашенными в разные цвета крышами и кованными заборами, со вставленными пластиковыми окнами, с прилегающими к ним газонами, украшенные цветами, всех уголков вселенной. Гоша обратил внимание на новое здание, чем-то напоминающее ему, ещё не забытое детство. Ну, да, точно – эта была его академия, наверное, нашёлся из учеников, ещё один умелец, что после его переноса столь массивного заведения, легче было перенести в село мудрецов, чем вернуть всё назад, как было. Гошка подошел поближе, на здании весела вывеска: Волшебная государственная гимназия. Это был шок! Гошка почувствовал себя, одним из последних воспитанников, получивших полноценное академическое образование. Он не стал задерживаться в селе, насытившись информацией, полученной от соседки по лесу, во время вчерашнего ремонта. Дракон вдохнул в себя свежий сельский воздух, расправил крылья и двумя мощными взмахами поднялся в небо, и улетел в затаённые места своего детства, известные только ему одному.

***

Вчера пришлось задержаться, прорабатывали предстоящий план десантирования на планету, исключая все неудобные мелочи, связанные с дезактивацией робототехники. Совместными усилиями, приняли решение, что после проведения дистанционного исследования всех интересующих нас объектов, включая лабораторные анализы, подарить капсулу, вместе с содержащим её оборудованием, а так – же, роботами последней модификации, обитателям этой зловещей планеты, если не найдём эффективного способа обеззараживания от этих монстров, неведанных глубин, живого океана смерти. Домой в, облюбованный мною, карантинный блок, я вернулся поздно, и буквально, провалился в сон, только головой коснувшись подушки. В этот миг меня нельзя было разбудить, даже взорвав петарду в моём ухе. Однажды, я вовремя предотвратил подобную попытку, разбудить меня таким образом, предпринятую моими любимыми питомцами, вовремя перехватил выпадающую из их рук кувалду, нацеленную в моё ухо, забитое детскими безопасными новогодними петардами, которые сосед Гошка хранил на балконе, рядом с боевыми осветительными ракетницами. Так, что, если во сне, рядом, ещё, с вашей головой, вспыхнул яркий ослепительный свет, то не бойтесь, это мои зверушки забавляются, играя в русскую сказку, а если увидите на голом животе лягушку Агу, всунутую в спичечный коробок, запряжённый самыми экзотическими ядовитыми пауками, то эта сказка была про земноводную царевну. Но если вы, случайно, почувствовали болезненное жжение и запах вашей горящей кожи, то знайте, эта гремучая смесь флоры с фауной, просто попутала, и спалила вместо лягушачьей кожи, то что, легче было поджечь. Если вам, все-же, повезло, и вы лежите в реанимации, где врачи борются за вашу жизнь, разматывая самовозгорающиеся фосфорные спички, привязанные обыкновенными шелковыми нитками, ко всем участкам вашего тела, начиная с паха. Не обижайтесь! Это, всего лишь игра! В этот раз меня подбросил с постели холодящий сердце звук, нет это был не рёв сирены, предупреждающий о проникновении чуждой инопланетной нечисти – это был рёв, убивающих друг друга, моих питомцев. Я успел вовремя перехватить за шкирку обеих, избегая острых когтей белки и жала домашнего триффида. Мне было не до разборок, я был похож на не выспавшегося зомби, успел только разделить драчунов, отдав и одного и другого в разные руки, для починки. Доктор, потом, рассказывал, что коту пришлось под местной анестезией, зашивать карман, триффид успел нанести два удара в самое больное место для животного, теперь они лежат на соседних койках с Карлсоном, на животах, и играют в города, придумывая такие названия, от которых бы свернулись уши в трубочку, у любого, уважающего себя, межгалактического атласа. Триффиду повезло, девочки со столовой, нашли всего три укуса, пришлось ампутировать повреждённую конечность, забрызгав рану зелёнкой, в надежде, что вырастет новая, ещё лучше, чем прежняя. Растение непрестанно ругалось, вгоняя прекрасный пол, проводящий операцию кухонным ножом, в краску. И только пришедший шеф повар, все поставил на свои места, обмотав голову бонсая бинтом и посадив его в компост из, перемолотых на мясорубке, шкурок картошки. Вечером началась разборка полётов. Триффид был характерный, злость в нём не перегорела, посылал всех на … санитарный бокс, вместе с его страдающими пациентами. Учёный жёстко принял позицию лениуарского кота, на жизнь которого покусилось это ужасное существо, похожее на дракона Комодо, явившееся на наш корабль с целью – пережалить всех его обитателей. Белка плакала и рассказывала, что они играли, как всегда, в инопланетных десантников, нашли воздушный шарик в аптечке, накачали его компрессором, привязали картонную крышку от коробки, заменившую воздушную корзину, в которую забрался кот, и он уже готов был десантироваться на планету, полную врагов, когда этот огрызок драконовой колючки назвал меня – Дирижабой! Я от обиды, чуть из корзины не выпал, а когда он сказал, что я вылитая Дирижаба…

***

– Всё так хорошо получалось, этот летающий мешок кошачьих какашек, выплыл в середину комнаты, расставив весь свой цеппелин, с острыми когтями, приготовившись к атаке неприятеля, но вместо того, чтобы разделаться с запасными шлангами пылесосов выпрыгнув из дирижабля, он покусал меня, откусив руку…

Да простит творец моё неземное происхождение! Мне пришлось обратится к компьютеру, но я так и не понял, из-за чего подрались два закадычных друга и почему моего любимчика все на корабле стали называть – Дирижабой. Белка, поначалу, обижалась, а потом привыкла. Не прошло двух недель, как Дирижаба с Колючкой затеивали что-то другое, грандиозное, чтобы спасти мир, населённый сумасшедшими учёными, злыми лаборантами и зелёными командорами, от вселенской катастрофы.

***

Неожиданность меня поджидала в хвосте птицы: то что я считала надёжной защитой, подарком провидения, в лице одной из самых больших и ярких звёзд вселенной, способной спасти мою систему от любого пробоя злой Фортуны, оказалось при более близком изучении – блефом, муляжом, обманувшим всю вселенную. Денеб – яркий и величественный Денеб, не был гигантской звездой, вселяющей страх и уважение соседних созвездий. Это было дерьмо, собранное из миллиона ярко светивших мелких звёзд, каким – то недоумком, на равных расстояниях друг от друга, и образующих огромную сферу, не соразмеряемую с массой этого образования. Теперь мне понятны лицемерные улыбки экзаменующих, приговоривших меня к управлению этой звёздной системой. Мне навязали вселенную, во вселенной, притом внутри этого звёздного образования находилось тринадцать планет, каждая со своей орбитой и как минимум, восемь из них населены живыми существами. На пульте ясно горела оранжевая имитация звезды, указывающая, что управляющая ответственна за жизнь в своей галактике. Для меня это была полная неожиданность. Вот и думай, Втора, вопросы задавать легче, чем искать ответ в очевидном. На первый взгляд, эта фальшивая галактика, абсолютно, не была защищена, любой пробой, как через сито, уничтожал бы этот бутафорский звёздный шарик, вместе с его содержимым, избавив Лебедя от прилипшего дерьма, даже последствия этого пробоя предсказуемы; я мысленно представила полубогов, с нелестными выражениями, отстирывающих одежду своих созвездий, от какашек величавой птицы. При этом бы, Денеб пропал навсегда со звёздного неба, лишив изделия бога загадки и эксклюзивности этого творения. Может и прав поэт, сказавший: – Если звёзды зажигают, значит это кому-то нужно? В любом случае, нужно постараться защитить эту галактику, узнав её предназначение. Опыт, не раз мне подсказывал, что лишних, ненужных изделий не было у бога, всему было дано своё место, определение и предназначение, только не всегда это дано понять нам. Денеб добавил седины в мою бессмертную голову. Я на колеснице бога пятый раз облетела это огромное созвездие, яркий шокирующий свет которого создавал иллюзию одной звезды; хвост курицы был чист от планет, метеоритов и космического мусора, сопровождающего остальные звёздные системы, освобождающиеся от этой напасти, за счёт массы звёзд, работающих природным пылесосом, притягивающих и сжигающих всё то, что выкинула вселенная за борт своего существования. Было такое ощущение, что кто-то веничком поработал перед моим прибытием к галактике, которую из себя представляла звезда Денеб, что в переводе означает хвост курицы. Я надеялась, что время позволит мне разгадать эту загадку создателя. Я не знаю, но что-то настораживало меня от этой кажущейся простоты с иллюзионной фальшивостью, уж больно блеск звезды, спрятанной под маяк вселенной, напоминал мне ловушку для кораблей, разбивавшихся о прибрежные скалы с обитавшими на них разбойниками. Я возвращалась к себе в зал управления созвездием злая на полубогов и задумчивая от кучи возникших вопросов. Дверь в мою обитель была такая же, как на сфере передвижения, только она автоматически открывалась и закрывалась при моём приближении, реагируя на артефакты бога на моём теле. Я не боялась неожиданного вторжения кого-либо постороннего, но, когда я увидела на пульте обыкновенный магазинный пакет с неизвестным содержимым, мои волосы встали дыбом, а в ногах появилась неприятная дрожь, сопровождающаяся стыдливым теплом. Я с опаской подходила к находке, в которой при подробном смотрении, находился конверт, без адреса отправителя, тюбетейка и большой ключ. Я узнала откуда был отправлен конверт, по ключу, которым Завсеха закрывал сундук ненужных волшебных вещей, от бабушки. Я с нетерпением вскрыла конверт, в котором, почти административным языком, на трёх языках, которыми я владела в совершенстве со времён моей молодости, было написано: – Страннице от разбойника. Втора, я передаю тебе по праву владения, последнему старшему сказочному жителю страны Истины, ключ от сундука ненужных волшебных вещей. Лесника. Сравнив все три текста, я поняла, что сундук, с этими бесценными сокровищами, находится в сказочной стране, под домиком лесника, и он, действительно, стал не нужен никому, в первую очередь детям, больше доверяющим интернету, чем сказкам бабушек. Я вспомнила разбойника, с которым сидела на свадьбе у Акины, и который не скрывал восторженных влюблённых глаз с искусственной куклы, по имени Втора, танцующей танец смерти с Кощеем. В письме разбойника, между строк, я увидела отчаяние ненужного, забытого человека, который, передавая ключ в надёжные руки, вместе со своей скрытой любовью, передавал надежду на восстановление честного имени героев королевства Истины. Это было прощальное письмо ушедшей сказочной эпохи, хранительницей которой, доверено быть мне.

***

Но жизнь продолжается! Настали новые времена и люди придумали новые сказки. Я находилась далеко от маленькой планеты по имени Земля, выполняла очень ответственную работу, иногда поливая слезами эту расшитую тюбетейку, плача от злобы, от бессилия, от того, что не с кем посоветоваться, просто, прильнуть к сильному плечу, почувствовать поддержку; и постоянно боролась с желанием, одеть тюбетейку на голову чтобы, хоть на миг, окунуться в место, где тебя ждут, в пяти остановках, от города, за столом, с чаем и вареньевым вареньем. Я ещё верила в сказки, и не понимала слов мудреца, который говорил, что нельзя в одну реку войти дважды. Сирота, не знающая своего места рождения, я считала своей родиной место придуманных сказок, и меня всегда тянуло в страну Истины, принявшей меня своим ребёнком, по имени– Странница.

***

Всё уже было готово к десантированию, уже даже была назначена дата и время, но этот русский, который землянин из Дормидонтовых, как бы не о чём, и как бы в воздух, не обращаясь ни к кому: – А, вы уверены, что не совершаете ошибку? А, достаточно ли вы изучили то место, где находится наш корабль? А вы обратили внимание, что у нас всегда день? А может на этой планете есть места, с меньшим содержанием нечисти? А, может на этой планете есть другие животные, за которыми лучше пока понаблюдать с корабля? А, вы случайно не заметили, что около нас ещё есть планеты с другой орбитой движения? И этих вопросов он выкинул штук двадцать, обращаясь в пустоту, сидящую с открытыми ртами. Потом Карлсон поделился опытом своих компьютерных исследований, он нашёл документы с допросом одного из сержантов планеты драконов, с фиксацией координат той земли, откуда он прибыл. Мы смотрели видеозапись допроса, до последнего, пока из уже мёртвого сержанта не вылез щупалец медузы и не утонул в напалме, поглотившем его, вместе с сержантом и видеокамерой, перед которой он позировал. Вот видите, господа, где мы находимся, судя, по совпадениям координат, нам посчастливилось попасть в закрытые миры Мооз. А, вы, земля Мочалка! Сержант прожил 20 минут, как вы думаете сколько продержатся ваши капсулы? Если только один протеиновый протуберанец, за счёт массы, способен утащить корабль с усиленно работающими двигателями и спрятать его под толщей мегатонных щупалец и наростов монстра или монстров, которых мы назвали медузами, за внешний вид и способы воздействия. Поверьте, то что находится внизу, настолько отлично от медуз, насколько я отличаюсь от Дирижабы. Как бы не нравились мне земляне, но он был прав. И насчёт Мочалки тоже, мне тоже не нравилось это название. До меня только после слов учёного стала доходить абсурдность нашего плана, при подробнейшем анализе, мы предлагали себя нечисти на сковородке с гарниром и соусом, одна только капсула, спускаемая на планету с троса, вместе с кабелями обмена цифровой информации, чего стоила? Я отменил приказ на десантирование, вся команда, не задействованная в вахтах, по обслуживанию корабля, занялась изучением непонятного объекта, называемого – миры Мооз. Никто не роптал, за полгода исследований мы собрали столько информации, что готовы были молиться на этого толстого ученого с земли, что он не дал нам осуществить десантирование. От нашего первоначального плана пришлось отказаться, учёные работали над способом взятия проб, рискуя изучить их на территории корабля, в специально оборудованной лаборатории, учитывая опыт утилизации нечисти на драконовой планете, с аварийным сбросом лаборатории в космос, при непредвиденных обстоятельствах. Питомцы всё время крутились под ногами, агрессивности по отношению друг к другу не проявляли, иногда пропадали по три дня неведомо где, но я знал, что дальше камбуза, эта флорофаунная живность никуда не денется. Если честно, мне было не до них, их участь я полностью доверил Лома. Я никогда не думал, что у этих комнатных хомячков, хватит ума перепрограммировать компьютер, и с его помощью, приручить робота, превратив его в домашнюю собаку, подчиняющуюся только приказам малышей. Миры Мооз подавались изучению тяжело, но опыт полученный командой, был бесценен. Мы уже знали, что находимся в месте, которое окружено множеством звёзд, что около нас, на других орбитах вращается двенадцать планет и восемь лун, что атмосфера планет пригодна для дыхания, но заражена неизвестными видами бактерий и вирусами, которые действуют на человека, как никотин на лошадь. Даже то, что одна из планет имеет воду, нам было известно, но даже нагревание воды, до состояния возникновения пара, не спасало от проблем, аналогичных с состоянием атмосферы. Инженеры сказали, что здесь вода закипает при девяносто градусах, а температура на разных планетах, по – разному, и только луны спасают некоторые планеты от перегревания, но в основном, благодаря густой атмосфере, создающей зеркальный отражающий эффект, на восьми планетах сохраняется стабильная температура, в пределах 35градусов на поверхности.

***

Эти восемь планет и являются основами зарождения органической жизни, на девятой планете, пролетая через её орбиту, мы столкнулись с проявлением неорганической жизни, для которой защиты корабля не существовали, они, как летающие привидения, проникали на корабль, в любой отсек, забирая души всех, кто попался на их пути, пока я не сообразил, что они боятся зеркал. Кто-то из моих генов, подсказал это. Мы за считанные секунды, потеряли тридцать членов экипажа. Нас осталось 126. Учёные создали внутренний зеркальный экран корабля, вырастив его из полимерных материалов за неделю, который включался автоматически при пересечении с орбитой девятой планеты. Кроме того, когда была охота этих неорганических сущностей, скорее напоминающих фантомы, наш Карлесон изволил принимать душ, и он заметил, с каким ужасом, какие-то прозрачные птеродактили покинули его бокс. Он говорил это так спокойно, как будто, кто из поварих, случайно перепутал душевые кабинки и заглянул к нему, насчёт картошки дров поджарить. Когда один из химиков спросил: – А, почему птеродактиль? У него была совсем отличная теория внешнего вида, напавшего на нас существа. Дормидонтович сказал, что один из них нахлебался воды и до сих пор лежит в душе. Химики, вместе с дезактиваторщиками подскочили, как ошпаренные, на ходу вызывая роботов, помчались в каюту Карлсона. Слава богу, с заражением пронесло, у нас, впервые, появилась возможность исследовать одну из форм жизни миров Мооз. Мы знали, как с ней бороться. Только горьким был этот опыт. Корабельный морг пополнился новыми трупами, и я не знал, когда и где предадут их земле, отметив в журнале запасной вариант, утилизация и разбрасывание пепла над планетами многозвёздной системы. Как корабельный компьютер допустил такую ошибку, каким – то образом захватив координаты запретного мира, и проскользнув через солнечную решётку, ценой гибели большей части экипажа? Как – будто, кто специально, внёс координаты этих убийственных миров в маршрут нашего корабля. Эти вопросы вертелись в моей голове, но от их решения ничего не менялось, стояли совсем другие задачи, хотя всё, что происходило на корабле и все мои мысли я заносил в компьютер и дублировал в журнале командора, с того времени, как я принял командование кораблём, озаглавив мою инаугурацию, титульным названием – «Миры Мооз». Думаю, сержант стоит того, чтобы увековечить его имя. Ах, да, а главное чуть не забыл, мы вычислили тот период, когда нечисть на первой планете, не агрессивна и безопасна, как никогда. Она, как и всякое биологическое существо, имела брачный период, и в момент спаривания была глуха, как одна из земных птиц, после выполнения своей детородной миссии, погибала, выпросив оплодотворённые споры, похожие на крупные страусинные яйца, которые как рыбья икра, покрывали всю планету, и в этот период, являлись основной пищей для большого количества живности, заселяющей этот мир. Перемирие длилось целый месяц, раз в году. Нам придётся ждать целый год, чтоб произвести десант и изучить эту планету получше. Мы стали осторожнее относиться к названиям, забыв про шутливую Мочалку, но девятую планету с фантомной жизнью, единогласно назвали планетой Птеродактилей. Триффид учил кота летать, подражая этим злобным ящерам. Мне иногда забавно было наблюдать за их играми, в которых был свой смысл, полный добра и юмора.

Глава 4. Возвращение в сказочное детство. Сюрпризы первой планеты

Дракоша шёл по лесу, погруженный в детские воспоминания, и недалеко от маленького, со вкусом, облагороженного болотца, инкрустированного, экзотической формы, самоцветными камнями, он лоб в лоб столкнулся с подругой детства – Светкой, которая с бутылкой шампанского и небольшим тортиком направлялась в дом лесника. Это было так неожиданно. Подруга приехала из Бугульмы, где работал её супруг, получивший контракт на выращивание новой породы лошадей, который всё время пропадает со своим табуном. Гоша, и города то такого не знал, он в географии, больше с высоты птичьего полёта ориентировался. Светка соскучилась за королевством и решила отметить день рождение в доме, в котором она выросла. Никаких подарков не надо, лучший подарок – это ты, что я тебя встретила, – отшутилась подруга, подхватив преображённого дракона под руку. Гошка покраснел, – Неудобно как-то…но Светка его уже не слушала, тащила вглубь леса по заросшей тропинке, что – то рассказывая про лошадей. Гошка в коневодстве совсем не разбирался, поэтому, только молча кивал. Возле домика лесника именинницу уже поджидал дядя Лёша, устроившийся работать в каком-то НИИ в Москве, с букетиком живых цветов и таким же тортом, привезённым из столицы России. Дракон почувствовал себя вдвойне неудобно, ещё и одет не празднично. Дядя Лёша сгладил его конфуз тем, что сказал: – Он тоже был не готов к празднику, сюда на дачу приехал из Чайковского, в свитере, порванных джинсах и кроссовках, которые пришлось поменять на тапочки. Гоша понимающе кивнул, кроссовки ему были ближе, чем лекция о коневодстве; каждый вечер драго выкидывал его обувь в форточку, приравняв этот аксессуар к бактериологическому оружию, смешанному с гербицидами и пестицидами, придуманного для истребления такого классного парня, как бонсай драго. Пока Гоша не заказал сапоги, не пролезающие в форточку, и этот классный парень, производил сложные геометрические расчёты, создавал механические приспособления, но пока у него ничего не выходило и сапоги стояли на привычном месте. Гоша соскучился за цветком. Дядя Лёша помогал Светлане накрыть на стол, сожалея, что система экстренного питания попала в нехорошие руки, после принудительной приватизации. Её обложили налогом, и не понятно, кому он идёт. Если раньше никто не знал этих двух из ларца, и не принимал их всерьёз, то сейчас эти двое, перебравшиеся в избирательную корзину, стали политиками, и по очереди становятся президентами. Всё государство в их руках. Светка прервала этот грустный разговор, напомнив, что у неё день рождение бывает раз в году, а политика, она вечная. Вслед за поздравлениями и шампанским, закипел чайник и настало время чая и душевных бесед, Светка из загашника достала последнюю баночку вареньевого варенья. Гошка вертелся и недовольно крутил носом, который был, не так чувствителен в преображённом человеческом виде. Дядя Лёша обратил внимание на беспокойство дракона: – Я тоже чувствую, но думал, что мне показалось. Светка посмотрела на мужиков, зашмыгала принюхиваясь; да нет, ничем и ничто не пахло, чего это они так на неё вылупились, как – будто она воздух испортила, и замолчали враз, как-то подозрительно. Лёша прояснил ситуацию: – Детством пахнет. Волшебством! Точно, – подтвердил Леший. И дядя Лёша выгнал всех на улицу. Гошка постеснялся раздеваться перед женщиной, но Леший справился и сам, вытащив, из – под дома, закрытый сундук, с большим замком. Гошка принюхался: – Завсехой пахнет. Дядя Лёша подтвердил. Светка всплеснула руками: – Я знаю, где у отца топор хранился. (она разбойника отцом называла.) Давайте откроем, а вдруг там клад. Дядя Лёша сказал, что если бы кладом пахло, то он бы, даже, под дом не лез. А Гошка добавил: – Ты что, волшебную печать не видишь? Не клад это, а сундук ненужных волшебных вещей, и хозяин у него есть, и вскрывать его нельзя. Ты не забыла ещё, как ящеркой вокруг болота бегала? С волшебными вещами не шутят, Света! Давай-ка мы этот сундук на место положим, и забудем, где он лежит, – предложил Леший, и мужики взялись за работу. Светка надулась, она ничего не чувствовала, не видела никакой печати, ничего не знала про сундук ненужных волшебных вещей, но хорошо помнила то время, когда спала в болотном цветке и бегала в шкуре ящерицы. В дом все вернулись сконфуженные, как– будто их застукали за подглядыванием в замочную скважину. Дядя Лёша, чтоб стереть эту грань напряжённости, предложил молодёжи сказку, которую они не слышали в королевстве Истины.