– Думаешь, нам лучше будет? Все они одинаковые. Даал хотя бы предан Валласу.

– Даал сучке своей лассарской предан. Сколько наших погибло из-за твари этой. Пора положить конец его правлению. Должна настать новая эра.

Я замерла, дернула Сайяра за рукав, но он ломился вперед, не обращая на меня внимание. Обернулась на Моран, осмотрелась по сторонам и снова вперед за Сайяром. Слова одного из лавочников не выходили из головы. Всё время прокручивались там. Снова и снова, и снова. Я едва поспевала за помощником Рейна. Вдруг он остановился, и мы увидели несколько повозок, закрывающих путь к дороге за площадью. Вереница обозов полностью отрезала нас от второй части города и от северных ворот Адвера.

– Эй! Убрать лошадей! – крикнул Сайяр, – Дорогу велиарской страже!

– Не можем мы. На рынок едем. К ярмарке. Сзади все телегами заставлено. Куда нам лошадей девать? Людей давить? – толстый мужик в низко нахлобученной меховой шапке и с сизым, испещрённым оспинами носом, зыркнул на Сайяра колючим взглядом.

– Саанан вас раздери. Понаехали. Ярмарка третьего дня от исчезновения луны начнется. Время ещё есть. Какого вы в Адвер приехали? Кто впустил? Назад разворачивайтесь.

– Так шкуры оленьи привезли, мясо и дамас домашний. Здешние мы. Под Адвером в деревне живем. В Дааловских угодьях. Нам пропуск подписали ещё вчера. Что ж это делается, люди добрые?! Куда мне с товаром обратно?! Помёрзнет все.

– Не скули мне здесь. Пропуск показывай.

Мужик протянул свернутую в трубку бумагу, и Сайяр развернул её во всю длину. Пока они там разбирались, я осмотрела повозки. Странные, крытые обозы. Телеги ремесленников и торговцев выглядят иначе. Пока начальник стражи разговаривал с мужиком, я обошла один из обозов. От повозки тянуло вяленым мясом и салом. Со стороны извозчика видны тюки и бутыли с дамасом. Я зашла сзади, и в одном из обозов заметила небольшое отверстие. Покрытие из мешковины порвалось, и внутри что-то поблескивало. Заглянула туда и тут же отшатнулась назад – в повозке по меньшей мере около десяти вооруженных до зубов мужчин, а солнечный луч отбрасывал блик, отражаясь в стали меча. Обозов таких штук тридцать вереницей от ворот тянутся. Вспомнились слова одного из лавочников.

Я вернулась к Сайяру, который лихорадочно оглядывался, видимо, потерял меня из виду.

– Кто вам разрешал уходить?! – зашипел он и схватил меня под локоть.

– Там…в повозках. Там воины и оружие. Один из лавочников сказал, что на площади будет заварушка. Кто-то из ваших лионов устроит мятеж. Они хотят сбросить Даалов с трона.

– Кто вам сказал эту чушь?

– Я слышала… а воины в повозках лишь подтверждают слухи. Посмотрите на мешковине герб. Это не герб дома Даалов. Извозчик лжет.

Сайяр бросил взгляд на повозку и снова повернулся ко мне бледный, как смерть, потом бросил взгляд на Моран. Я знала, о чем он думает – поднять сейчас тревогу – это значит подписать себе смертный приговор. Он один. Его прирежут, как скот, едва он откроет рот. Нужно пропускать повозки к площади и предупредить своих.

– Хорошо знаешь Адвер, Моран?

– Как своих пять пальцев. Меня выкрали подростком. Я здесь каждый лаз изучила, каждый куст и камушек.

– Латран - охотничьи угодья Даалов ближе к озеру с задней части города знаешь?

Она кивнула.

– Уводи свою десу туда. Пробирайтесь между домами. Держитесь ближе к ограде. Если начнется заваруха, народ попрет к воротам. Бегите сейчас. Вас там уже ждут. На-вот, отдашь перстень охраннику на воро,тах. Он вас спрячет. Скажи пусть дозорных соберут, только тихо и без шума. Поняла?

Валласар положил на ладонь Моран кольцо Рейна с огромным черным камнем, а я схватила Сайяра за рукав.

– Что это значит? Всё настолько серьезно? – спросила, чувствуя, как вдоль позвоночника пробегают мурашки ужаса и паники, – Их не так много.

– А сколько находится внутри среди толпы одному Саанану известно. Это значит, что из-за вас сегодня случится самая страшная междоусобная резня за всё время правления Даалов. И я не знаю, кто в ней победит.

Он выдернул руку и с ненавистью посмотрел мне в глаза.

– Вы, как истинное проклятие. Где вы только взялись на его голову?! Вы смерть за собой на аркане тянете. Где вы – там и она! И кровь ручьями!

– Не причитай, как баба, валлассар! – одернула его я, - Мятежи случаются. Иди к своему велиару и предупреди его. За нас не волнуйся, мы дойдем до охотничьих угодий. Дай нам нож или меч. Этого будет достаточно. И иди защищай своего даса. Ты обещал быть ему верным.

– Я ради него сдохну, если потребуется. И мать родную убью.

– Вот и хорошо, – отчеканила я, – А теперь ступай. Мы и без тебя доберемся.

Не знаю, что я такого сказала, но ледяной блеск вдруг исчез из его колючих голубых глаз. Он выдернул небольшой меч из ножен и протянул мне.

– Острый, как бритва. Я им немало глоток одним взмахом перерезал. Но в драку не лезьте. Это для самозащиты.

Он скрылся в толпе, а я посмотрела на Моран, чувствуя, как дрожит каждый мускул от напряжения и пальцы сильнее сжимают рукоять меча.