Шрифт:
– Понял… Иду следом за головастиком.
– Всем в районе площади, – раздался голос Тумана, – говорю сразу в обе рации. Объект – грузовик «тойота» белого цвета… Остальные машины не останавливать и не преследовать!!!
– Какой-то идиот в меня угодил…
– Ранен?
– Нет, в машину попал. Слышал звук попадания в районе левого заднего…
– Отставить!!! Не засорять эфир, – заорал кто-то незнакомый.
– Пошел в жопу!!!
– Это кто там такой умный?
– Прекратите базар!!! Головастик свернул с трассы!
– Что за хрень!!! У него что, реактивный двигатель?
– Да без головы кто-то едет…
– Куда с трассы? Куда он делся? Дербент, где сейчас крест?
– ТЭЦ-3!
– На ТЭЦ-3 нет никого!!!
– Я соту имею в виду! В пределах этой соты!!! Влево, в Затон, судя по всему, уходит.
– Ну, оттуда еще никто живым не уходил!
– Вижу объект.
– Я и сам вижу…
– Какого хрена менты навстречу??? Обкурились?
– Чингиз, пропусти машину с операми!!!
– Не доверяешь, Миля?
– Наоборот. Они пусть звездочки себе зарабатывают, а ты сзади подстрахуешь. Не стрелять!!! Не калечить!
– Понял…
– Малина, остановись, не успеваешь. Паркуйся, жди указаний. Ты не по этим делам.
– Почему менты стреляют, кто приказал?
– Откуда я знаю, кто приказал! Туман, в чем дело???
– Прекратить стрельбу! В машине, возможно, ребенок!!!
– Всем прекратить!!!
– Менты обогнать не могут, он виляет… Не дает пройти вперед.
– Туман, в Затоне есть менты? Хоть какие-нибудь? Навстречу бы…
– В Затоне жизни вообще нет. Забудьте…
– А куда ж они тогда едут???
– Они не едут, они бегут…
– Твою мать, кто там философствует??? Не засоряйте эфир!!!
– Гиря, Дербент!!! Сворачивайтесь, и сюда. Дербент, не отключай компьютер, на всякий случай!!!
– Понял…
– Есть!!! Подрезали!!! Пошел по обочине… Сейчас возьмут!
– Чингиз, не подходи близко, смотри внимательно, чтобы никто не смылся!!!
– Пошел, пошел, пошел!!!
– Что там?
Треск, шорох, крики…
– Что там, я спрашиваю???
– Да все, в общем… Взяли.
– Все целы? Объект жив?
– Да их даже двое… Пьяные в говно…
– Какого хрена!!! Сказал бить!!!
– Ну, помяли немного… Лежат…
– Телефон нашли?
Хрусткая тишина.
– Нашли, спрашиваю??? Да что там, идиоты кругом??? Дербент, крест есть? Дербент!
– Есть. Стоит на месте, мигает. Мы уже скоро будем…
– Ну???
– Нашли!!! В кузове!!! Моторола!.. Миля, он подкинул его!
18
Утром я проснулся от ощущения пустоты. Просто открыл глаза и понял, что делать нечего по крайней мере несколько часов. Это не напрягало, не томило и не мучило. Просто как-то поднадоело. Жизнь рантье, если уж говорить откровенно, не имеет смысла. Паразитизм все-таки. Кто-то работает, а ты спишь. Кто-то голодает, а ты сорта кофе выбираешь. Рантье… Слово красивое, вычурное. Оно даже как будто не из мира денег, а из мира природы, например. Словно вид райской птицы или название бухты. Синяя такая бухточка, безоблачная, где сонные пальмы раскинули свои листья прямо над червонными пляжами.
Я тут же их увидел – эти пальмы – и улыбнулся. Настроение у меня почти всегда ровное. Пятьдесят градусов.
Эту шкалу я придумал давно. Так сказать, для внутреннего пользования. Большинство ошибок в раннем детстве я совершил, когда моя эмоциональная температура была близка к девяноста. А так жить вообще нельзя.
Некомфортно.
Ноль – это мертвый человек, и это понятно.
Десять – спящий без сновидений человек. Он от мертвого отличается только тем, что может встать.
Двадцать – эротический сон или ночной кошмар. В этом состоянии можно внезапно подскочить, ничего не соображая. У меня бывает, но редко.
Тридцать – утро. Завтрак. Просмотр утренней газеты. Загорание на том же, например, червонном пляже. Тупое времяпровождение типа грызни семечек. Просмотр сериала про несчастную женскую долю. Монотонная работа. Конвейер.
Сорок – конвейер ломается. Другими словами, обыденное и даже где-то запрограммированное выбивание из колеи. Страшного нет ничего, и об этом все знают. Но уже нет безразличия. Легкое любопытство. Зевающий интерес. Вздрагивание от укуса насекомого. Просто жарко. Просто холодно. Решаемы все проблемы, да их, по сути, и нет.