Неужели любовь сделала его таким эгоистом? Неужели он не понимал, что я без него пропаду?

Звезды не знали ответа. Я медленно опустил глаза и уставился на окно соседнего дома – на очередную мою проблему. Разумеется, я прекрасно понимал, что не смогу помешать Ди общаться с нашей соседкой, но и оставить сестру в покое не мог.

Я уже оставил в покое Доусона, когда он меня об этом попросил.

Ну да, ситуации разные, но очень возможно, что закончатся одинаково, так что я не мог остаться в стороне. Надо присматривать за этой девицей. И как можно внимательнее.

В понедельник утром я проснулся раньше Ди и приготовил ей завтрак – яичницу с беконом и вафли. Пусть она сердится на меня, но я не хотел, чтобы она уезжала на неделю со злостью в душе.

Никто, даже моя сестра, не может устоять перед моими кулинарными талантами.

И это сработало.

Сперва Ди поглядывала на меня с подозрением, но я словом не обмолвился про нашу соседку. Сестра заулыбалась и принялась меня обнимать. Я проводил ее до машины, отнес сумку, хотя Ди спокойно могла поднять ее одним пальцем, и положил в багажник «Фольксвагена». В колонию можно было попасть через лес, но Ди решила проехать пару миль по практически незаметной дороге. Местное население считало, что в этом крошечном поселке в самой глухомани живут какие-то чокнутые неформалы, помешанные на близости к природе.

Люди видят то, что хотят видеть, а не то, что у них перед глазами.

– Ты точно не хочешь, чтобы я поехал с тобой? – спросил я.

Ди улыбнулась, покачала головой и обошла вокруг машины.

– Ты меня в пятый раз об этом спрашиваешь.

– В третий.

– Какая разница. – Она рассмеялась. – Ты же знаешь, если Старейшины или Итан тебя увидят, то в ближайшем обозримом будущем тебе оттуда не выбраться. Не надо, я сама справлюсь.

Мне это не понравилось, но я все равно кивнул.

– Тогда напиши, как доедешь.

– Если у нас не отберут мобильники, как в прошлый раз. Пусть только попробуют, я им такое устрою! – Ди повернулась ко мне, улыбнулась и села за руль. – Можешь сделать мне одолжение, пока меня не будет?

– Какое?

Ди посерьезнела.

– Если увидишь Кэти, постарайся с ней поговорить.

Я приподнял бровь.

– А лучше бы ты с ней встретился. Только не хами, не лишай меня возможности завести хоть одну нормальную подругу, которая общается со мной не потому, что мы обе с другой планеты. Она мне очень нравится, и мне было бы приятно, если бы моя подруга перестала ненавидеть моего брата, – продолжала Ди, и я не знал, как мне реагировать на новость о том, что Кэти меня ненавидит.

Тем более что именно этого я и добивался.

– Обещаешь? – Ди открыла водительскую дверь. – Пожалуйста, помирись с ней.

Сестра смотрела на меня с такой мольбой, что я поневоле кивнул.

– Правда? – не унималась Ди.

Я вздохнул и отвернулся.

– Да. Хорошо.

Ди расплылась в сногсшибательной улыбке, перед которой не мог устоять ни один парень в школе. Я же, ее брат, скорее всего, обманул ее.

Но ложь… работала.

Я проводил взглядом машину Ди, вернулся в дом и поднялся к себе, чтобы принять душ. Потом облачился в джинсы и футболку, которую Ди не успела сжечь, и принялся слоняться по дому, прибирая за собой, что само по себе было чем-то необычным.

Помирись с ней.

Я покачал головой, подошел к тому самому окну, из которого следил за соседним домом, и отдернул занавеску: интересно, что там у них происходит?

Прищурясь, я смотрел, как соседка прыгает у своей машины, безуспешно пытаясь дотянуться губкой до крыши. Я медленно улыбнулся.

Выглядело все это ужасно смешно.

Я опомниться не успел, как ноги сами вынесли меня из задней двери. Я тихонько прошмыгнул между домами и показался ровно в тот момент, когда соседка нагнулась, чтобы поднять губку, которую уронила.

Я застыл как вкопанный, залюбовавшись открывшимся передо мной видом. Инопланетяне, люди… Все мы одинаковы.

Я подошел ближе. Девушка выпрямилась, и мне показалось, что я слышал, как она выругалась, сжала губку и швырнула в ведро.

– Кажется, тут кому-то нужна помощь? – спросил я, засунув руки в карманы джинсов.

Соседка подскочила на месте, резко обернулась и уставилась на меня широко раскрытыми глазами. Девушка разглядывала меня с нескрываемым удивлением и явно не понимала, что я здесь делаю.

Я и сам этого не понимал.

Помирись с ней.

Я подавил вздох и локтем указал на ведро.

– Мне показалось, ты хочешь ее там утопить. Вот я и решил вмешаться, чтобы ни одна невинная губка не пострадала.

Девушка подняла руку, убрала влажные пряди волос с лица, напряженно уставилась на меня, но ничего не сказала. Тогда я подошел к ведру, достал губку и отжал.

– Ты вылила на себя больше воды, чем на свою машину. Даже не думал, что это так сложно. Минут пятнадцать наблюдал за тобой и понял – мытье машин должно стать Олимпийским видом спорта.