Шрифт:
Фургон резко сорвался с места и скрылся за поворотом. От обледеневшей, примерзшей к асфальту машины в воздух медленно поднимались клубы густого пара.
– Что… что происходит? – испуганно пролепетал Эдуард Кривоносов, сидя на тротуаре.
Аркадий и Луиза просто лишились дара речи, как и несколько школьников, наблюдавших за происходящим со двора.
А затем кто-то вдруг испуганно вскрикнул. Луиза и сама увидела, что их личный водитель так и остался в машине, намертво вмороженный в сиденье автомобиля, превратившегося в гигантскую глыбу льда.
– Что там происходит? – Ирина Клепцова стояла у открытого окна, когда Никита переступил порог редакции школьной газеты. – Я слышала чей-то крик!
– Я тоже, – подтвердил Артем. Он сидел на диванчике у стены и усердно что-то писал в своем блокноте. – Привет, Никит!
– Привет, – кивнул Никита. Он подскочил к окну и почти по пояс высунулся наружу, едва протиснувшись между рамой и мощной фигурой Ирины.
– Вижу! – воскликнула Клепцова, едва не оглушив Никиту. – Бирюков, хватай скорее фотоаппарат и за мной!
Она оттолкнула Легостаева и бросилась к двери. Никита едва не свалился.
– Прыткая какая, – покачал он головой.
– Еще бы! – согласился Артем. – Я удивлен, как она вообще не сиганула прямо в окно! Что она там увидела?
– Сейчас узнаем!
Никита и Артем помчались за ней. Артем немного притормозил, чтобы схватить со стола фотокамеру, но потом быстро догнал Легостаева на лестнице. Когда мальчишки выбежали в коридор, Клепцовой уже и след простыл. Лишь на нижнем пролете лестницы еще слышался громкий удаляющийся топот. Для своей комплекции Ирина передвигалась с устрашающей скоростью.
Они выбежали во двор и понеслись к воротам, у которых уже начала собираться толпа. Чтобы увидеть, что случилось, пришлось выйти за ограду. И только заметив причину сборища зевак, Никита застыл на месте.
Артем налетел на него сзади, не удержался на ногах и брякнулся на газон.
– Нельзя же так резко останавливаться! – недовольно буркнул он. – Предупреждать на…
И замер с открытым ртом, как и Никита, потрясенный увиденным.
Внедорожник, покрытый льдом, замерзший посреди проезжей части, представлял собой жуткое зрелище. А силуэт человека, видневшийся на водительском сиденье, выглядел еще ужаснее. Никита огляделся и увидел Кривоносовых. Все трое стояли в стороне, перепуганные и ошеломленные происходящим. Да ведь это их машина! И их личный водитель! Никита похолодел. Что же произошло? Как вышло, что в теплую солнечную погоду машина могла так обледенеть?
– Это совсем как тогда, на площади у «Амариллиса», – тихо проговорил стоящий рядом Игорь Лужецкий. – Замерзшая машина проломила стеклянную стену и свалилась прямо на площадь. Она разлетелась на осколки, будто какая-то ледяная фигура… Мы с Настей Михайловой гуляли там в это время…
Никита слышал об этой истории от Татьяны Пожарской. Так был убит отец ее лучшей подруги, глава компании «Амариллис». И виной всему стали метаморфы. Некто по кличке Холод.
Он снова взглянул на Эдуарда Кривоносова. Тот, похоже, тоже вспоминал о тех давних событиях. Лицо президента «Экстрополиса» посерело от страха, трясущиеся губы беззвучно шевелились. Никто из присутствующих не разобрал его слов, только Никите это удалось. Всего-то пришлось применить кошачий слух.
– Меня хотели убить, – лепетал Кривоносов-старший.
Артем поднялся с газона и вскинул фотокамеру, желая сделать снимок, но Никита закрыл его объектив рукой.
– Не стоит, – тихо произнес он. – Этот материал не подойдет для школьной газеты.
Глава девятая
Ревность к оборотню
Полиция появилась очень быстро, но гигантская толпа вокруг обледеневшей машины собралась еще быстрее. Казалось, на улицу высыпали все учащиеся школы и даже некоторые учителя. Инга Валерьевна и Елена Владимировна стояли в сторонке, Олег Павлович и Галина Петровна разговаривали с одним из криминалистов. Никита слышал, как тот советовал им убрать подальше всех учеников. Географ Людмила Афанасьевна созывала свой класс на урок, но ее никто не слушал.
Однако вскоре полицейские все-таки разогнали зевак, к большому неудовольствию последних. Место происшествия огородили желтыми лентами, всю улицу заполонили патрульными машинами. К тому же вскоре прозвучал звонок, и многим ученикам пришлось вернуться в классы.
Ирина и Артем пытались рассмотреть хоть что-нибудь из-за чугунной ограды школьного двора – ближе их не подпускали, – а Никита умудрился незаметно взобраться на дерево через дорогу от замороженного автомобиля. Он влез повыше, чтобы криминалисты его не увидели, и устроился так, чтобы не порвать форменные брюки и пиджак. Все-таки жизнь была куда проще, пока им не навязали обязательную школьную форму!
Его не замечали, но сам Никита видел и слышал все, что происходило внизу. Похоже, следователи сами не понимали, что случилось, но всячески старались не показывать этого. Они допрашивали Аркадия Кривоносова и его родителей, опасаясь приближаться к глыбе льда, от которой все так же поднимался пар. На жаре лед быстро начал таять, и по тротуару уже побежали мутные ручейки.
Затем на место происшествия явились «Перевертыши» – особый отдел Департамента безопасности, занимавшийся расследованием разных странных дел. Никита увидел своего двоюродного брата Панкрата Легостаева, возглавлявшего команду, и нескольких его подопечных – молодых парней и девушек в возрасте от шестнадцати до двадцати лет. Среди них Никита разглядел и Татьяну. Она казалась старше своих лет, вся такая собранная и деловая. На ней был темно-серый брючный костюм и черные туфли на низком каблуке. Точная копия Ксении Воропаевой внешне, но совсем другая внутренне.