– Простите их, мой… сэр. Наш последний гость был так раздражен своим пленением, что выместил свое недовольство на тех, кто ни при чем.

Он искренне изумился и рассмеялся.

– После такой речи я чувствовал бы себя неотесанной деревенщиной, если бы попытался сделать нечто подобное.

При более ярком свете ванной комнаты он смог разглядеть, что незнакомка была не просто красива. Она была восхитительна! Эта женщина была из той породы, что притягивает к себе взгляды мужчин даже в восемьдесят лет. Мысленно он поднял ее примерную цену еще выше. Тогда почему ему предлагают такую услугу? От этой мысли улыбка исчезла.

– Значит, перед знакомством я должен вымыться, да? – нейтрально спросил он.

– Если вы позволите, мы постараемся услужить вам, – ответила она, покорно склонив голову. – Когда вы закончите мыться, переоденетесь в чистую одежду вместо этой. Все для вашего удобства. Если хотите, можете остаться в своей одежде, и я вас сейчас же отведу на встречу. Но я подумала, что вы не захотите предстать в невыгодном свете.

– В невыгодном свете? – Он посмотрел на свое одеяние. – Если они похитили человека после трехмесячной охоты, они получат то, что заслужили. Мыться буду, но вы, девушки вылезайте отсюда, иначе моя жена надерет мне уши.

Девушки захихикали его остроумию, но ждали жеста от приведшей его сюда женщины, после чего вылезли из бассейна. Они завернулись в банные простынки, сложенные на скамье, и вышли из комнаты через ту же самую дверь, через какую он заходил.

– Ты тоже, красавица, – предложил он своему гиду по коридорам темницы. – Аристократам твоя услужливая помощь будет удобна, но мы, редерни, способны вымыть себя сами.

Она с улыбкой поклонилась и вышла, закрыв за собой дверь. Засова он не заметил, но щелчок услышал, поэтому нечего было беспокоиться и дергать дверь. Водопад интриговал.

Четыре перекладины дали ему шаткую опору на самом нижнем уступе, благодаря которому он достаточно легко влез наверх. Когда он обнаружил отверстие, через которое течет вода, в углу потолка, оказалось, что оно зарешечено железными прутьями, закрепленными известковым раствором.

Пришлось слезать вниз, и он бултыхнулся в холодный бассейн, не задумываясь о своей изношенной одежде. Он не ожидал такого легкого пути на свободу, но ему нужно было знать, что потом делать. В конечном счете, он найдет способ сбежать, а пока можно и помыться.

Сначала он намочил свою одежду, затем кинул в бадью с горячей водой, где ее натер мылом, а потом и себя.

Когда он счистил с себя грязь и подставил лицо под струю холодной воды, то чистилось не только его тело, но и голова.

Он не слышал, чтобы кто-нибудь входил. Но когда он вышел из-под водного потока, его ждала стопка чистой одежды, которой он пренебрег.

Он уселся в бадью с горячей водой, смыл с себя мыло и принялся тереть одежду. Потом все смыл и прополоскал в холодном бассейне. Дрожа от холода, он осушил себя мокрой одеждой и стал осматривать оставленное ему одеяние.

Наряд годился. Очень похож на запачканные одежды, которые он только что с себя снял, хотя менее изношен. Он задумчиво подержал в руках рубашку, прежде чем надеть. Кожаные ботинки были того же размера, что и его старая обувь, потерянная где-то, когда его пленили.

Как только он завязал на ботинках шнурки, вернулась его распорядительница: время возвращения было подозрительно точным. За ним подсматривали! Ну что ж, будем надеяться, что представление им понравилось. Она принесла поднос с расческой и плоским серебряным зажимом, молча предложив воспользоваться. Он прошелся расческой по волосам и откинул их назад, закрепив на затылке зажимом.

Тоже молча он повернулся к ней спиной, а потом лицом. Она посмотрела на прическу и кивнула.

– Вы готовы, сэр. Если последуете за мной, мастер ждет вас.

– Мастер? – переспросил он.

Но она сообщила ему все, что намеревалась.

– Пойдем, – предложила она, ведя его за собой снова в коридор.

Двойные двери в конце холла теперь были открыты. В коридоре плавал легкий дым, раздавалась барабанная дробь и слышны были звуки голосов. Но у него было только одно мгновение, чтобы заглянуть внутрь, где он заметил столы и расставленные вокруг скамьи. Женщина открыла дверь прямо напротив банной комнаты и жестом пригласила войти.

Своим размером и отсутствием окон эта комната была похожа на камеру, в которой жил Таер, хотя здесь каменный пол был покрыт тканным ковром, заглушавшим его шаги. Одна стена была украшена парой гобеленов в тон. Единственной мебелью в комнате были два удобных по виду стула, расположенных у круглого стола друг против друга.

На одном из стульев сидел человек в черной бархатной мантии и пил из кубка. Он был лет на десять, если не больше, старше Таера. Его внешность – типичный дворянин с востока, с широкими скулами и приплюснутым носом. Как лицо, так и руки выдавали в нем аристократа: длинные пальцы были украшены кольцами.