Он отрицательно покачал головой.

– Нет, даже если бы светила полная луна… слишком много…

Он насторожился и стал оглядываться. Сэра тоже почувствовала, как по спине пробежал холодок, а в горле застыл ком, что невозможно сглотнуть.

– Джес, – позвала она. – Ты здесь?

– Слышишь? – предупредил Лер. – Кто-то сюда едет снизу верхом на лошади.

Она первой увидела Скью, его белые пятна были хорошо видны в лунном свете, когда он перепрыгнул крутой изгиб дороги, но копыта упорно скользили вниз. Как только он появился на прямом участке, тут же затрусил рысцой и остановился уже только около хозяйки.

– Священник, – выдохнула Хенна и соскользнула вниз с коня. – Я такая глупая. Он направил меня к вам, чтобы ты оставила дочь без защиты.

Сэра кивнула.

– Я уже догадалась. Ты думаешь, они забрали ее в храм?

– Да.

– Мы оставим Скью здесь, – решила Сэра. – Иначе он сотрет копыта о булыжники. Лер, ты можешь найти место, где он будет в безопасности?

– Около навеса для хранения дров есть немного места, – ответил он и взял коня под уздцы.

Хенна стояла немного криво, как будто ей было очень больно. Сэра создала магический светящийся шар, чтобы хорошенько рассмотреть ожог на руке Хенны.

– Самый легкий способ – сломать геас, – сухо сказала она.

– Я очень спешила, – ответила Хенна. Ее губы искривилась в слабой улыбке. – Я была так сердита.

– Ты могла сильно пострадать, – заметила Сэра.

– Я уже пострадала. Я буду бесполезна в любом виде битвы; моя магическая сила иссякла. Хотя… я могу подпи-таться твоей магией.

– Вот и хорошо, – ответила Сэра.

Вернулся Лер, и Сэра направилась быстрым шагом вверх по дороге. Конечно, Джес и Лер могли проделать весь путь до храма бегом, но Сэра и Хенна вынуждены были идти шагом, иначе им было бы совсем плохо, когда они туда доберутся. Она знала, что Джес с ними, судя по судорожно сжатому спазмом желудку, но увидеть его она могла мельком и только боковым зрением.

– Расскажи мне о Волисе, – попросила Сэра. – Все, что, считаешь, может пригодиться.

– Ясно, что он умнее, чем я думала. Остальные маги Тайного Пути уважали его силу. Но по стандартам солсенти он молодой и сложные заклинания для него трудноваты. Из-за этого он склонен пользоваться кольцом Ворона больше, чем своей собственной магией, когда ткет иллюзию.

Они вышли к крутому изгибу дороги, и Хенна замолчала, пока они снова не пошли прямо.

– Я говорила тебе, что колдуны воруют ордена и носят их. Обычно в виде колец, но есть несколько камней, заключенных в серьги и ожерелья. Он говорил мне, что многие кольца при использовании вызывают боль, некоторые вообще не работают. Большинство колдунов могут единовременно пользоваться только одним кольцом, но Волису удается пользоваться двумя. Первое связано с орденом Ворона. С ним в паре он обычно носит Сову. Хотя я его видела пару-тройку раз с кольцом Охотника. Ты поймешь, что он носит, когда его увидишь. Просто смотри.

– Неужели он выдерживает силу орденов?

– Как видишь, – ответила она. – Похоже, он верит, что орден Ворона – почти то же самое, как и его магия, разве что ему не надо исполнять ритуалы.

Сэра удовлетворительно улыбнулась.

– Скажи, а у него скверный характер?

Когда они подошли совсем близко к храму, Лер остановился и пригнулся к земле, как будто для того, чтобы коснуться земли. Но так и не коснулся, только отдернул руку.

– Что это, мама?

– Что? – Сэра тоже остановилась, но она ничего не видела.

– Вонь, – пояснил Джес. Должно быть, он подошел слишком близко к Хенне, и она нервно вскрикнула.

– На что это похоже?

– Как будто гнойная субстанция вытекает из-под земли наружу, – ответил Лер. – И воняет ужасно.

– Поглощен Тенью Зла, – тихо произнесла Хенна. – Я сомневалась.

– Она вытекает из храма, – продолжал Джес. – Там темнее.

– Именно там? – спросил Лер. – Мама, почему ты не видишь?

– Я не знаю, почему Вороны не могут увидеть воздействие Сталкера, и почему Жаворонки тоже, – ответила Сэра. – Я могу понять, почему древние не считали, что это необходимость для Совы и Большого Баклана, но Жаворонки и Вороны вынуждены вступать в бой с Тенью Зла.

– «Каждому ордену»… – зашептала Хенна.

– «Разные виды силы даны». Да, да, я знаю. Все это глупости. Поэтому Волис, вероятнее всего, самый Черный.

Быть практически полностью поглощенным Тенью Зла – такое случается весьма редко. Сэра никогда не соприкасалась с людьми, которые были поглощены Тенью Зла, хотя в ее учителе чернота присутствовала. Но он умер, не успев ей передать об этом почти никаких знаний. Потому ей еще во многом нужно было разобраться. Она знала, что Сталкер нуждается в отрицательных эмоциях или действиях, чтобы заполучить возможность влияния, и сила этого влияния различна. Ее учитель говорил, что человек, чья душа поглощена Тенью Зла, может быть черным в разной степени, потому что он призывал силу Сталкера сам и отдавал свою душу добровольно.

– Идем! – сказала Сэра. – Нам нужно найти Ринни. Они подошли к храму, и Лер попытался открыть дверь.

– Заперто, – сообщил он. – Думаю, заперто изнутри на засов.

Сэра произнесла какое-то короткое гортанное слово – она бы его даже не смогла припомнить, если бы остановилась и осознано раздумывала, что и как делать, – и дверь распахнулась, разметав по полу внутреннего помещения обломки и куски металла.

– Осторожно, – предупредила Хенна. – Гнев и магия – нехорошее сочетание.

– Куда он мог ее деть? – Сэра знала, что Хенна права, но с того мгновения, когда егерь явился сообщить, что Таер мертв, она была еще сильнее напугана, чем тогда той ночью, когда погиб ее брат. Однако страх, как и горе, вызвали гнев.