– Меня это пугает, – призналась Сэра, наблюдая за сыновьями, которые убирали остатки посуды. – Любимая поговорка моего отца звучала так: «Когда ты находишь на дороге монету и поднимаешь ее, подумай дважды, нужна ли она тебе. И только после этого иди еще одну милю». Он частенько повторял, что ордены приходят туда, где в них больше всего нуждаются. Я не хочу оказаться в центре событий, которые потребуют присутствия Ворона, Совы, Орла, Ястреба и Большого Баклана.

Хенна слегка улыбнулась.

– Я тоже. Может быть, мне пойти своей дорогой… Она пошутила, но Сэра мрачно кивнула головой.

– Я подумаю об этом. Твоя помощь найти Таера для нас очень важна… Но это опасно. Тебе необязательно рисковать своей жизнью ради тех, кого ты едва знаешь.

Хенна рассмеялась и покачала головой.

– Это в тебе говорит Ворон, ты знаешь. Выходи и рискуй своей жизнью ради того, кого ты просто осветил, когда жил.

– Неправильно, – усмехнулась Сэра. – Всегда получается, что те, кто больше всего нуждается в помощи, меньше всего хотят, чтобы им помогали. Как бы то ни было, я вытащила мермори, чтобы вызвать дом Изольды и посмотреть, может, в ее времена кто-нибудь имел отношение к камням, принадлежащим орденам.

– Когда собиралась библиотека Изольды, орденов еще не было, – ответила Хенна.

– Не было, – согласилась Сэра. – Но они совершали много зла в поисках знаний. Они могли приблизиться к чему-то, что поможет нам. Я не хочу разрушать те камни, потому что не понимаю, что произойдет с заключенными в них орденами.

Джес и Лер закончили уборку и пришли посмотреть, чем занимается Сэра. Она воткнула в грязь мермори и произнесла заклинание, чтобы появился дом Изольды.

– Входите, – пригласила она, – добро пожаловать в дом Изольды Молчаливой.

Они втянулись в ритм дальней дороги, каким его помнила Сэра. Хенна и Джес впереди, сзади подтягивались со Скью Сэра и Лер. Гура рыскала рядом, озабоченно бегая вперед-назад, чтобы убедиться, что никто не потерялся. Через неделю пути Сэра почувствовала, как с нее медленно слезает кожа фермерской жены, какой она была столько лет.

Каждый вечер она вынимала мермори Изольды и методично рылась в ее библиотеке, чтобы найти подсказку, что делать с камнями, в которые заключены ордена.

– Почему ты ими не пользуешься? – однажды вечером спросил Лер. Он сидел за маленьким столиком напротив Сэры и играл кусочками дичи в игру, в которую никто не знал, как играть. – Мы почти все силы потратили на Волиса. А с папой тоже будут колдуны. Неужели дополнительная сила будет лишней?

– Вечные Странники не любят обращаться к смерти, – пояснил Джес. Он склонился над Гурой, которая вытянулась на его коленях, и расчесывал ей шерсть серебряным гребнем, оставленным Изольдой у кровати.

– Все не совсем так. – Хенна оторвала взгляд от книги. – Но мы понимаем, что игра с черной магией опасна.

– Особенно когда она делает тебя уязвимой для Сталкера, – согласилась Сэра. – С того момента, как мы заметили, что он уже имеет отношение к этому делу, с нашей стороны будет непростительно глупо позволить ему овладеть душой кого-нибудь из нас.

– Мне нравится дорога, – довольно заметил Джес. Хенна внимательно на него посмотрела. Он прищурился и повернул лицо к солнцу. Сэра и Лер немного отстали; Джес обычно ходил быстрее, чем Скью. А Сэра не хотел понукать старого коня, поэтому Хенна и Джес уходили вперед, а потом сидели и ждали, когда их нагонят.

– А что тебе в ней нравится? – спросила она.

– Защитник счастлив, потому что мы собираемся вызволять папу, – ответил он. – И Ринни не угрожает опасность с тетей Алиной. Мне тетя Алина не нравится, но я знаю, что Ринни ее любит. Я знаю, что тетя Алина защитит ее. Мама и Лер тоже под защитой, потому что они со мной и со Скью и Гурой. Я на воле, светит солнце и греет мне лицо.

– Мне тоже нравится дорога, – согласилась Хенна.

– Как? – он подпрыгнул, а потом повернул голову и посмотрел на нее с открытой улыбкой. В его глазах загорелись искорки, и на щеке проявилась глубокая ямочка.

Она улыбнулась в ответ. Невозможно не ответить Джесу взаимностью, если он счастлив.

– По той же причине, что и у тебя. Дорога означает, что сейчас мы идем, и ничего плохого не происходит. Нам может встретиться много интересного. Мне нравится, как ноги ступают по дороге.

– Да, – довольно согласился он. – Очень похоже. Через минуту он произнес.

– Лер несчастен.

– Ему не нравится дорога? – удивилась она. Он нахмурился.

– Думаю, дело не в этом. Мне кажется, что он слишком много беспокоится. Ты знаешь, он как Защитник. Он думает, что ему нужно обо всех заботиться. Он не разбирается в дороге. Он выискивает плохое, пытается обезвредить до того, как оно случится.