– Ну почему вы мне не верите!? Я просто прошу хотя бы отправить к ней домой магаа, поговорить с самой Рейконой!

– Если ты сам не пойдёшь в палату, нам придётся применить снотворное заклинание.

Этот диалог меня не просто насторожил. Финдер знает. Он помнит. А они, судя по всему, нет. Но они считают его психом и не верят ему. Они все думают, что я никуда не пропадала, но Финдер знает правду. Вот он. Он мне нужен. Срочно.

Во избежание исполнения лекарями угрозы, я вышла из тени кустов и гордо прошествовала ко входу в здание.

– Доброе утро, Финдер.
– кажется, немного наигранно бодро получилось, но не суть важно. Лекари не заподозрили.

– Ну что, теперь ты отправишься в палату?
– спросил один из них. Мужчина среднего роста, немного полноватый, седовласый, уже немолодой.

Финдер смотрел на меня, словно я только что, при нём съела большого жука и теперь вот так весело улыбаюсь. Кажется, он не верит, что это я. Надо подать знак, а то парень решит, что и правда сошёл с ума. Я бросила на него быстрый взгляд, поджала губы и слегка кивнула. Должен понять. Не дурак.

– А я пришла навестить Гонсало. Подскажите, где его найти?
– поинтересовалась я у мужчин. Второй, тоже невысокий, с густыми бровями и странными усиками, сказал следовать за ним и, взяв за руку Финдера, вошёл в лазарет.

Мальчик не сопротивлялся. Он смотрел на меня круглыми глазами, слегка приоткрыв рот. Они ему там ничего лишнего не вкололи? С ним вообще сейчас разговаривать то можно?

Я шла с лекарем до самой палаты Гонсало и... Финдера?

Палата на пятерых, просторная. Столики, кровати, ночные горшки. Здесь было всего двое магов. Финдер и сам Гонсало. Наверное, Гонсало.

Я взглянула на забинтованную мумию. Только серые, почти серебристые волосы выдавали в нём моего знакомого мальчика. Даже глаза - и те забинтованы. Разве можно так упасть с горы? Что-то неладное тут случилось. И я так понимаю, что всему виной проклятые эльфы. Чтоб их через колено, гоблины ушастые.

Нет, к Гонсало я, после той ночи, симпатии совсем уж не испытывала, но элементарное маговское сочувствие у меня же эльфы не отбили. Вот, сидит Финдер, смотрит на меня, чего-то ждёт. Он точно знает то, что мне нужно, но пока что молчит. Значит есть причина. Ну, или он не доверяет кому-то из нас двоих - своим органам чувств, либо мне.

В палату вошёл тот старый лекарь, который был у входа. Он дал Финдеру какие-то порошки, стакан воды и пронаблюдал, как мальчик всё это выпил. Ох, не залечил бы он моего друга до подобия овоща.

Когда врач ушёл, Финдер достал из-под кровати ночной горшок, засунул два пальца в рот и... Фу, какая гадость. Я отвернулась. В это время парень сполоснул остатками воды в стакане горшок и вылил его содержимое в открытое окно, в кусты. Умный парень. Не зря отличником был.

– Рейко, ты ведь... мне поверишь?
– тихо, немного хрипло поинтересовался он.

– Смотря что ты скажешь.
– я присела на краешек кровати Гонсало и снова бросила на него взгляд. Весь забинтован. Мумия.

– Если я скажу тебе, что эльфы в ту ночь нас поймали, а жители Города даже не заметили этого?

– Поверю.

Финдер облегчённо вздохнул и устало опустил голову.

– Хоть ты помнишь. Я не знаю почему, но они все уверены, что всю ночь мы были в Городе и никуда не уходили. Они думают, что Гонсало упал с горы. Они думали тогда, что ты дома. А я ведь знаю, что тебя схватили. От эльфов нельзя сбежать обычному магу.

– Да, Финдер. Они схватили меня в ту ночь и хотели допрашивать.
– мой голос дрогнул, пальцы нервно сжались на простыне. Я вспомнила эти жуткие лианки, впивающиеся под ногти.

– Ты... Как ты выжила, Рейко?
– Финдер смотрел на меня измучено, изнемождённым, блеклым взглядом карих глаз.

– Как-как. Каком кверху.
– хмуро ответила я.
– Меня кто-то спас. Я понятия не имею кто это, но она назвалась эльфийкой. Женщина в чёрном плаще.

– Рейкона, эта женщина уничтожила столицу Ауминели. Весь Деливен был разрушен, разгромлён, множество деревьев проклято. Она пришла, словно чума. Молниеносно, жутко, не оставляя шансов.

– Ты видел её?

– Нет, я слышал про неё. Понимаешь, я не смог ничего сделать в ту ночь.
– Финдер схватил руками свои волосы и трагично взвыл.
– Рейко, я знал, что Гонсало хочет продать часть эльфийских яблок в Ветоне. Я узнал об этом незадолго до тебя. Но, он напоил меня чем-то. Он дал мне свою флягу. Я поступил как последний идиот, Рейко. Я согласился на часть выручки от продажи и принял питьё. Он же сам пил из этой же фляги.

– А дальше?

– А дальше этот странный напиток оказал чуть ли не снотворное действие. У меня была заторможена реакция, я был вялый, неадекватный. Но я помню каждую деталь, каждую мелочь, произошедшую во время действия этой, не побоюсь её так назвать, отравы.