— Постойте, — послышался голос из задних рядов. — Что такое секретные шлюпки и почему они не могут вернуться на корабль?

Кребс склонилась над столом и заговорила чуть громче:

— Это шлюпки одноразового использования и особой конструкции — их не в состоянии обнаружить радары и другие приборы обнаружения. Мы захватили с собой достаточное количество таких шлюпок, чтобы забросить на Столицу разведчиков. В каждой шлюпке поместится шестеро человек и багаж. Принять их обратно мы не сможем потому, что запасы топлива в их баках невелики — и шлюпки рассчитаны на одну посадку. Секретные шлюпки могут двигаться по сигналу маяка, доставляя людей в нужное место, но затем будут вынуждены ждать на планете, пока мы не заберем их. На шлюпках есть радиопередатчики.

— Замечательно, — произнес тот же голое из задних рядов.

Пит Гессети вздохнул и поднялся.

— Капитан Робинсон, мне неприятно говорить об этом, но логика подсказывает, что на планету следует отправиться прежде всего мне.

Робинсон уже перестал поглядывать на Томаса: очевидно, адмирал собирался и впредь слушать молча.

— Боюсь, я пришел к тому же заключению. Позднее мы с вами обговорим детали и соберем команду. Очевидно, в нее следует включить лейтенанта Колдер — если, конечно, вы не против, лейтенант.

— Я предполагала, что мне придется вернуться на планету. Вам понадобится переводчик, мистер Гессети.

— Предлагаю составить команду из добровольцев, — вмешался Пит.

— Отлично. Кребс, организация команды будет поручена вам — после завершения заседания. А теперь перейдем к другому сообщению об этом офицере-гардиане, Джонсоне Густаве. Ему можно доверять?

Люсиль приоткрыла рот, помедлила и повертела в пальцах карандаш.

— Джонсон — порядочный и честный человек, но попробуйте поставить себя на его место, — наконец начала она. — Он — гражданин Столицы, его планета ведет войну с нами. Он четко разграничивает планету под названием Столица и политическую организацию гардианов. Он несколько раз намекал на существование незаконной оппозиционной группы так называемых колонистов, но о них мне мало что известно. Густав не желает, чтобы Лига захватила планету и, по-моему, не хочет победы Лиги в этой войне. Но он пришел к выводу, что представители власти, правительство гардианов, создали на Столице безнадежную ситуацию. Столица непременно проиграет — Густав считает поражение неизбежным. Он желает сделать это поражение как можно менее безболезненным. Он уверен: использование биологического оружия только усилит жажду мщения у Лиги.

Должна подчеркнуть, что Джон… то есть Густав находится в весьма щекотливом положении. Я не общалась с ним уже несколько месяцев. Возможно, он погиб. Его могли одурманить наркотиками или под пыткой выведать у него наши планы. Очень может быть, что ВИ на «Ариадне» уже мертвы или просто переведены в другое место. Потому ситуации нельзя доверять. Но если Джонсон Густав жив, он достоин доверия. Если мы получим какое-нибудь сообщение с «Ариадны», вам придется самим определить, кто отправил его.

— А при такой дальности мы не можем быть уверенными в надежности лазерной связи, — задумчиво проговорил Робинсон. — Мы не можем рисковать, отвечая им. Почему-то такой оборот военных действий кажется мне совершенно новым и вместе с тем очень древним… Совещание закончено. Нам веем надо о многом подумать.

Палуба-ангар КРК «Орел». Центр тяжести. Система Нова-Сол

— Люсиль права, — подтвердила Джослин. — Кораблю надо дать имя.

Мак хмыкнул и уставился на то, что Джослин назвала кораблем. Серо-бурая секретная шлюпка имела форму, приблизительно напоминающую наконечник стрелы со сглаженными краями. Она походила на комок глины, которому некий великан успел придать форму аэроплана, прежде чем занятие ему надоело. Шлюпку извлекли из ее ангара, чтобы осмотреть. Мак похлопал ладонью по обшивке судна и ощутил ладонью ее поверхность, похожую на неровно застывший бетон, смешанный со стироловой пеной.

— Как насчет названия «Больной лось»?

— Мак, ты истинный романтик, — заметила Люсиль. — Тебе не откажешь в историческом чутье. Подумай только, как отнесутся будущие поколения к такому названию, вошедшему во все учебники!

Рассмеявшись, Джослин обняла мужа.

— Знаешь, Люсиль, до сих пор я была на твоей стороне. Но представь себе, что когда-нибудь детям придется писать скучные рефераты о первом контакте в истории человечества. Давайте назовем шлюпку «Больной лось» — пусть повеселятся!

Люсиль пожала плечами, усмехнулась и хлопнула по обшивке шлюпки.

— Ладно, пусть будет «Больной лось». Должна признаться, я ожидала от вас большего трепета и удивления и меньшего числа плоских шуток в предвкушении встречи с инопланетянами.

— По-моему, мы оба еще не верим в их существование, — заметил Мак посерьезневшим тоном. — Понадобится слишком много времени, чтобы привыкнуть к этому. Всего час назад Пит предложил нам отвести эту штуку на Заставу. В тот момент мне одновременно хотелось и плакать, и смеяться, и поскорее встретиться с этой твоей К'астилль.