Тайкор находился в западной части локации и был построен на крутом склоне одной из скал, и с верхних его улиц хорошо просматривалась не только башня, но и вся Энкария. Так как этот город являлся конечной остановкой для всех игроков, здесь было гораздо оживлённее, чем в Мероне и любом другом населённом пункте Кирридена, и заполненность улиц в вечернее время напоминала час пик в реальном мире - в некоторых районах было натурально не протолкнуться.

Игрок раскрыл карту и нашёл местоположение телепортационной площадки. Зайдя в каменный круг, окружённый тремя чёрными колоннами, Эрнис вызвал меню телепортации, выбрал пункт назначения, внёс символическую плату, и панораму города перекрыл загрузочный экран, изображающий трёхмерную панораму пустыни, освещённой ослепляющим солнцем. Вскоре он снова почувствовал своё тело, а тишина вокруг сменилась топаньем ног и людскими голосами, разве что их было в несколько раз меньше, чем на переполненных улицах Тайкора.

Оглянувшись, он обнаружил, что находится в Маорне - опорном пункте Нарразийской пустыни - и стоит на окружённой колоннами площадке, идентичной той, через которую он покинул Энкарию. Отличие состояло лишь в материале - здесь и площадка, и три колонны были выполнены из жёлтых каменных блоков.

Делиос уже стоял неподалёку от телепорта, облокотившись на каменную ограду и дожидаясь своего приятеля. Подойдя к нему, мастер клинков огляделся по сторонам. В Маорне было далеко не так многолюдно, как в Тайкоре, но тем не менее здесь тоже кипела жизнь, и десятки игроков постоянно сновали туда-сюда по своим делам. Не лучшее место для разговора, особенно столь деликатного.

– Давай куда-нибудь отойдём, - предложил Эрнис, направившись к выходу из деревни. Ассасин, молча кивнув, последовал за ним.

Благодаря Лондере игрок уже знал, какие места в игре идеально подходят для подобных личных разговоров, и как только они покинули город, он озвучил предложение отправиться в одно из подземелий.

– Тогда пошли на "Озеро Луандина", - ответил ассасин.
– Сегодня вечером мы с кланом собирались впервые туда отправиться. Посмотрю, что за данж, и заодно выучу дорогу.

В чём бы ни заключалась проблема Делиоса, эта информация явно не предназначалась для посторонних ушей, поэтому до прибытия в подземелье ассасин ни разу не попытался завязать разговор, и весь путь игроки провели в молчании. В этот раз уже сам Эрнис выступал в роли "паровоза", двигаясь впереди и играючи раскидывая местную фауну меткими бросками своих клинков. Вдвоём они миновали около километра песчаных дюн, прошли вдоль широкого оазиса и немного в стороне отыскали вход в пещеру, за которым начиналось нужное подземелье.

"Озеро Луандина" было данжем, населённым мобами 34-35 уровней, и представляло собой сеть подземных водоёмов, освещаемых через щели в потолочных сводах. Как только игроки спустились вниз и увидели оповещение о входе в подземелье, Эрнис напоследок машинально оглянулся назад, после чего обратился к товарищу:

– Всё, теперь нас никто не услышит. Можешь рассказывать.

Делиос глубоко вздохнул, собираясь с мыслями.

– С чего бы начать...
– проговорил он, повернувшись в сторону уходящего вдаль грота, где возле воды копошилась парочка чешуйчатых монстров.

– Ну, начни с того, почему ты никогда не спишь, - предложил Эрнис.

– Спать-то я сплю. Прямо так, не выходя из игры - здесь я говорил чистую правду. А шлем мой не выключается... потому что нет у меня никакого шлема.

Эрнис вопросительно уставился на него, ожидая продолжения.

– Когда человек заканчивает играть, он должен выйти из игры и выключить шлем, так? Персонаж при этом уходит в оффлайн, это я знаю. Так делали в конце дня и ты, и Мерили, и все остальные. Вот только когда я - ещё в первый день, в церкви Орты - попытался сделать то же самое, то не нашёл в своём интерфейсе ни кнопки выхода, ни кнопки выключения шлема. У меня их просто не было. Ты вышел в оффлайн, твой персонаж исчез, а я остался в церкви, не зная, как мне выбраться из игры. Я провёл всю ночь, копаясь в интерфейсе, читая форумы и инструкции, но так ничего и не выяснил. Я видел, как одни игроки, оставляя персонажей в церкви, выходят в оффлайн, а другие, наоборот, заходят, появляясь будто бы из ниоткуда, и отправляются выполнять квесты. Но сам я так и не смог покинуть игру.

– Получается, ты уже полторы недели не вылазишь из онлайна. А что насчёт твоего тела? При надевании и включении шлема связь с внешним миром не обрывается полностью. Ты должен был почувствовать голод, сонливость, естественную нужду. И да, я изучил информацию касательно ВР-шлемов: в некоторых из них, самых дорогих, и правда можно лежать хоть круглыми сутками, и ничего не заболит. Но вот полностью убрать функцию автоматического выключения нельзя. Что бы ты там ни настроил, шлем не позволит тебе просидеть в игре дольше двенадцати часов. Если ты превысишь этот лимит, то устройство отрубится на целые сутки. Так в шлемах реализована забота о здоровье пользователя.

– Это я тоже знаю. Но, как видишь, никакого выключения в моём случае не произошло. И никаких потребностей своего организма я тоже не ощущал. Я нахожусь в игре уже полторы недели, и ничто меня не беспокоит. Не хочу ни есть, ни спать. Поэтому я и думаю, что никакого шлема у меня нет. И тела, кажется, тоже...

Всё это звучало фантастично. Но не более фантастично, чем просачивание игровой механики в реальный мир, поэтому Эрнис готов был поверить в слова ассасина.

– Так, постой... А что было до того, как ты начал играть в "Мир клинков"? Каждый игрок начинает с того, что покупает шлем, приносит домой, надевает на голову и входит в игру. А как это происходило у тебя?