Вооз отшвырнул кусок золота и указал Ромри направление к тому, что при посадке принял за обрывистую скалу.

Это была не скала. Это был искусственный объект. Слегка закругленный, выпирающий корпус красноватозолотистого цвета, отделанный рельефными барочными узорами рубинового, кобальтового, медного и янтарного оттенков. Двое мужчин находились слишком близко от исполинской структуры, чтобы судить о ее предназначении, и Вооз жестом показал Ромри забираться на сани. Вместе они поднялись над золотым полом примерно на милю.

Только теперь проявился намек на подлинную природу мнимой скалы. Вооз пришел к выводу, что это корабль, хотя не исключал все же и варианта с неподвижным зданием причудливых очертаний. Но что то был за корабль! Ни один космопорт эконосферы, ни одна верфь любой из цивилизаций Воозовых соплеменников нынешнего или прошлого никогда не вмещали, не строили и даже не планировали корабля хотя бы отдаленно подобного этому судну по размерам и величию. В высоту корабль имел более мили, покоился на колоссальных резных шасси, а в длину достигал примерно трех миль. Корпус его во всех местах был слегка закруглен, хотя близ центра, насколько мог судить Вооз, стены шли почти параллельно. Когда под углом к горизонту поднялось солнце, свет скользнул по громаде и выявил ее несомненные роскошь и древность.

Но это было не все. До горизонта в обе стороны выстроились похожие корабли.

Парковочная зона.

— Боги, — прошептал Ромри. — Ты только глянь. Интересно, а те, кто высадился на Мейрджайне до нас, нашли это место?

— Трудно судить. Большая часть информации об их находках строго засекречена. Но изначально ее и так было немного. Они провели тут всего пару часов.

— Да, я знаю. Они вообще-то гравитационный маневр выполняли. Когда вернулись, Мейрджайн уже исчез, и с той поры его никто не видел... до сегодняшнего дня. Вот это да... — На лице Ромри мелькнула алчность. — Надо забраться в одну из этих штуковин.

— Может, позже? — нахмурился Вооз. Он смотрел в противоположном направлении. У горизонта, то есть милях в трех, располагалась структура иного рода. Она скорей напоминала миниатюрный город из пурпурных строительных блоков, с башенками и другими формами, на таком расстоянии неразличимыми. Это, конечно, мог оказаться завод или какой-то артефакт, но в сравнении с колоссальным кораблем он производил более уверенное впечатление постоянной постройки — хотя, как ни парадоксально, казался даже меньше его.

— Вероятно, сначала следует осмотреть вон то место, — указал он.

Он как раз собирался снова включить сани, когда Ромри тревожно окликнул его, тыча рукой в небо. На загадочном многоцветном фоне скользила изящная форма, под их взглядами увеличившаяся в размерах до элегантной яхты Радальце Обсока. Вооз не снимал руки с панели управления санями. Неутомимая зависла было, покачалась из стороны в сторону, затем опустилась примерно за полмили.

— Что скажешь? — спросил Ромри. — Это не совпадение.

— Ну да, у них целая планета в распоряжении была.

— Если они еще там, мне это не нравится. Особенно эти, ну, ты знаешь, о ком я.

Вооз был готов в случае необходимости уничтожить упомянутых Ромри людей. Он рассудил, что рано или поздно это все равно придется сделать, так зачем тянуть. Он перевел сани в режим равномерной глиссады и подлетел к порталу яхты. Но еще не успели они коснуться его, как дверь открылась сама.

На пороге появился Обсок. Они слезли с саней. Обсок часто моргал, на лице его было написано явственное беспокойство.

— О, входите, пожалуйста, входите оба, — позвал он визгливо. — Вы даже не представляете, как я рад вас видеть! Это было просто ужасно.

— Остальные с тобой? — спросил Вооз.

— Ай! — Обсок приложил руку ко лбу. — Только Нэви. И, боюсь, она умирает.

Он пригласил их внутрь, в главную гостиную. Нэви Хайрестер лежала на диване, а над ней хлопотал один из бортовых роботов, наскоро переделанный в медика. Мэйси стояла на коленях рядом с Нэви и трогала рукой ее лоб.

Больше в гостиной никого не было видно. Но Вооз заметил темные пятна на ковре — кровь.

Они с Ромри прошли к дивану. Глаза Нэви были закрыты, казалось, она без сознания. Лицо — бледное, как смерть. Одежда разорвана, робот как раз выполнял неуклюжий разрез хирургическим инструментом.

— Без толку это все, — сказала Мэйси, подняв глаза. — Она потеряла слишком много крови, а у нас нет запасов.

— А что с ней?

— Парабичи. Гребаные девахи. У нее очень глубокие раны были. Потеряла много крови.

Вооз развернулся к Обсоку.

— Как ты нашел нас?

— О, мои роботы отследили вас. Надеюсь, вы не в обиде. Граждане, я чувствую себя совершенно разбитым. Что тут было!