Комментарий к Интерлюдия (2 разговора) 1.* – Вот тут я не понял – а где же вторая модель Мусаши? Неужто папашка ОЯШа?

2.* – Точно не уверен, но по-моему – серые.

С трудом и температурой под 38 как-то смог откорректировать.

GORynytch

Горынычу – Большое Человеческое Спасибо и Выздоравливай!

Отбечено!

Николь19к

====== Прогулочная ======

Пронзительно голубое небо с лёгкими облачками и поляна, сплошным ковром покрытая цветами. Яркая праздничная картинка, она пестрит чистыми и светлыми красками. На фоне этого изобилия взгляд не сразу замечает одинокую фигурку в лёгком белом платье. Девушка, с удивительно длинными волосами цвета спелой пшеницы, сидит спиной к наблюдателю, на голове у неё лёгкая летняя шляпка с широкими полями. Лица девушки не видно, но почему-то появляется уверенность, что она улыбается и что у неё очень хорошее настроение.

— Спасибо, Паша, ты всё сделал как надо…

Сон уходит, словно кто-то повернул выключатель. Пару минут продолжаю неподвижно лежать на кровати, пытаясь проанализировать сон, что мне приснился только что. Обычно сновидения быстро забываются, но этот прочно врезался в память, и я догадываюсь почему. Дело в том, что я уже слышал пару раз об этой самой поляне и загадочной девушке на ней, поэтому я практически уверен, что могу сказать, Кто именно нанёс мне визит. Удивительно, что она довольна сделанным мной, честно говоря — это неожиданно для меня. Мне как-то думалось, что за разгром Мусаши меня по головке не погладят, а тут, надо же, спасибо сказали.

Но это ещё не всё. Почему-то во мне поселилась уверенность, что моё пребывание в этом мире подходит к концу. Знаете, что-то типа: «Мавр сделал своё дело, мавр может уходить». А наворотить я тут успел многое, с этим и не поспоришь. Кстати говоря, Толик, почитай, с самого абордажа Мусаши ходит какой-то странно задумчивый, сначала я не придал этому значения, но, видимо, зря — его усилившаяся в последнее время рассеянность начинает меня пугать. Нужно будет поговорить с ним. Но это пока подождёт, а сегодня у нас экскурсия!

Признаться, вначале я сам офонарел, когда Мусаши деловито так объявила, что раз уж война отменяется, то она хочет посмотреть Питер и Москву своими глазами. К счастью, от путешествия в шестьсот километров мне всё-таки удалось её отговорить, но вот прогулку по Петербургу она себе продавила с упорством линкора. Седых, услышав про эту идею, сделал глаза «какающего котика», почесал в затылке и ломанулся на консультации с начальством. Вернулся через полчаса с абсолютно обалдевшей рожей и выдавил из себя что-то типа: «Нехай едет, едрён батон, тока корпус пущай тут оставит». Ну, логично, куда она его ещё денет-то?

Сюрпризы на этом не закончились. Мало того, что сопровождать свой Флагман явилась фройляйн Бисмарк во всей своей красе, так ещё и на пристани Кронштадта, возле Петровского парка, где мы пришвартовались и должны были перейти на катер, который отвезёт нас в город, непринуждённо прогуливалась подозрительно знакомая блондинистая особа в тёмном вечернем платье. Не успел я открыть рот, как Конго, а это была именно она, неловко, но с большим энтузиазмом подхватила меня под ручку и заявила, что пойдёт с нами. Сюрприз. Вы бы видели личико Мусаши. Снайперский выстрел Конго по себе она явно не простила, но разборки на глазах у толпы народа затевать всё же не стала. Она просто в точности «отзеркалила» манёвр Конго и уставилась на неё вызывающим взглядом. Приплыли, чую, экскурсия будет интересной…

Наверно, вести Туманниц в музей авангардизма было не самой лучшей идеей, хотя, о чём это я, идея была откровенно, глупая. А если взять в расчёт то, что её автор, хитромордый Седых, перед самым музеем очень профессионально испарился, вероятность диверсии видится практически стопроцентной.

Итак, представьте картину: около странной, скособоченной и перекрученной полосы металла стоит экскурсовод, неопределённого возраста мадама в очках с тяжёлой оправой, и вдохновенно вещает о гениальности очередного скульптора, изваявшего подобное. Мне эта железяка напоминает о внутренностях «бабуинского» внедорожника, доблестно подорванного нами радиоуправляемым фугасом как-то в Африке. Взрывчатки в том фугасе было… ну, скажем так, танку бы хватило за глаза. Но речь сейчас не о том. Напротив «экспоната» стоит стайка девиц в разнообразных странных нарядах, и внимательно пялится на него, пытаясь хотя бы немного разглядеть то, о чём вещает мадам. Судя по стекленеющим глазкам и наморщенным лобикам — получается не очень. Единственное отличие — в глазах Конго всё явственнее видится желание кого-нибудь убить.

О встрече Туманниц с копией «Квадрата Малевича» я лучше промолчу. Картина получилась трагикомичная. Добила, опять-таки, Конго, она пристально посмотрела на эту мазню и вдруг заявила: «А почему она у вас вверх ногами висит?» Мусаши уставилась на Конго с откровенным ужасом. Занавес. К слову, долго потом пытал Конго — откуда она этот прикол знает. Девушка как-то подозрительно покраснела и отвечать отказалась наотрез.

Кстати, посещение музея имело ещё одно последствие. Уж не знаю, было ли такое запланировано изначально, мичман говорить отказался, сволочь этакая, а пытать его было как-то не комильфо, но при одном только упоминании об этом месте Мусаши вдруг становилась удивительно покладистой и уступчивой. Как она мне потом призналась, воспоминания о «экспонатах» внушают ей панический ужас. По её словам, только смотря на это «это», она поняла — человеческая логика страшно далека от понимания Туманным Флотом. Как воевать с противником, который думает непонятно как («и непонятно чем», пробормотала она, надувшись), решительно не понятно.

Вообще, то посещение оставило глубокий след в юной душе. Когда Верховный (вот жук — он точно всё знал) в знак уважения к ТФ предложил убрать музей из Питера, Мусаши так расчувствовалась, что чуть не подарила ему лично пару эсминцев. К всеобщему удивлению, Гарант вежливо отказался, сославшись на то, что дарение разумных запрещено Конституцией и тут же предложил построить совместную Школу для Ментальных Моделей и людей для лучшего понимания друг друга. При этом он ссылался на прецедент в Японии, явно мой «Совёнок» имел в виду. Предложение было тут же благосклонно принято, и высокие договаривающиеся стороны приступили к обсуждению места под будущее строительство. Забегая наперёд, скажу, что построили на Соловках.*