— Мне жаль, Ксеон похлопал друга по плечу. Если бы мы знали, что так будет…

— Я должен был предвидеть.

— Ты приручаешь птиц, а не смотришь в будущее.

Аргон коротко кивнул. Он перевел дух, огляделся и внезапно заметил Нубу. Она все еще лежала на земле и странно дышала. Юноша нахмурился.

— Нуба? Он заторможено кинулся к ней. Ты чего? Все в порядке?

Аргон перевернул подругу на спину и увидел, как из ее рта вытекает белая пена. Девушка затряслась в судорогах и зарычала, осматривая сумасшедшим взглядом небо.

— Великие духи, гортанно зарычал Ксеон, что с ней! Что это с ней?

— Нуба!

— Она вся дрожит!

Предводитель в ужасе распахнул глаза. Он резким движением перевернул девушку на бок и раскрыл ее рот пальцами, пена потекла по земле. Нуба кряхтела, как животное, у которого не получается вдохнуть воздуха, и ее когда-то розовые губы покрылись синевой.

— Нет, нет, затараторил Аргон не своим голосом, ничего с тобой не случится.

— У нее приступ?

Аргон не ответил. Стянул с подруги толстую накидку, разорвал рубаху. Он нервно осматривал ее тело, не понимая, что послужило причиной ее судорог, и внезапно заметил две маленькие раны под мышкой. У кус черной гадюки. Вокруг красных точек почернели вены, и от них паутиной расползались тоненькие, синие кровеносные сосуды.

— Куда тебя укусила змея?

— Что?

— Куда тебя укусила змея!

Ксеон растерянно стянул кожаный ботинок и задрал штанину. Аргон посмотрел на ногу друга и вскинул брови: его раны почти затянулись. Но вот кровь Нубы кипела. Она пульсировала и отвергала яд, как будто ее укусила совсем другая змея.

— Ар-ргон, внезапно позвала Нуба сквозь всхлипы. Она так крепко сжала его руку, что пальцы взвыли от боли, п-прости мен-ня.

— Что ты несешь? За что простить? Я что-нибудь… что-нибудь придумаю.

Юноша в панике огляделся. Деревья смазывались, болото переворачивалось. Он не мог сосредоточиться и часто дышал, понятия не имея, как быть, что делать. Боль душила, сердце тарабанило по ребрам словно дикое, и внезапно Нуба застыла.

Аргон со свистом обернулся.

— Эй, он притронулся пальцами к ее холодным щекам, ты чего?

Ксеон ошарашено отполз в сторону.

— Нуба? Не выдумывай, посмотри на меня. Давай, все хорошо, я сжимаю твою руку. Подруга не шевелилась. Ее открытые карие глаза смотрели вверх и ничего не видели. Ты же не… Я сжимаю твою руку. Эй, Нуба… Нуба!

Аргон внезапно порывисто согнулся, ударившись лбом о ее подбородок. Он втянул воздух и почувствовал, как внутренности вспыхнули огнем. Юноша раскачивался, шепча ее имя, а она не слышала. Лежала такая беспомощная и потерянная. Было ли у нее плохое предчувствие? Знала ли она, что скоро умрет? Юноша зарычал, словно дикий зверь, и без сил поник рядом с другом. Ксеон коснулся дрожащими пальцами лица подруги и закрыл ее глаза. Он зажмурился, играя желваками, и мертвым голосом прошептал:

— Да прибудут с тобой Великие Духи.

* * *

Они шли уже много часов. Болота Эридана давно остались позади. Ноги с трудом шевелились, разговаривать совсем не хотелось. Они минули Северные Ворота и встали перед выбором: отправиться домой или же в Ордэт.

— В Ордэт. Прогремел Аргон, а Ксеон не стал спорить.

Они сожгли Нубу, как того требовали обычаи, развеяли ее прах по западному ветру. Стоило отнести тело в Дамнум, но Аргон и Ксеон понимали, что у них не хватит сил. Им не было известно, сколько времени займет путь, а, значит, брать с собой груз было глупо.

«Лишний груз». Так теперь называлась она их лучшая подруга. Аргон брел вдоль извилистой тропы, посматривая на небо, и чувствовал, как тяжелы руки, мысли. О н давно не сталкивался ни с чем подобным. Перед глазами стояла картинка испуганной Нубы, она до последнего боролась и не погибла в покое. Девушка погибла в муках, и виноват в этом был он. Аргон привел ее, из-за него она умерла вдалеке от дома. Она умерла, умерла!

К ак же адски жгло грудь! Аргон злился, не представляя, как унять взбушевавшийся ветер, ведь он жил в мирке без смерти. Люди рискуют и выживают. Они не уходят, они от него никуда не уходят. Так почему ушла Нуба? Как это случилось? Как он это допустил?

— Аргон, позвал его друг и кивнул в сторону высокого холма, там дым.

Юноша поднял подбородок и увидел черный столб. Кто-то разжег костер рядом с границей Эридана. Ребята находились уже на землях Вудстоуна, и они не представляли, кого из жителей занесло на север страны, если Станхенг располагался южнее, а Арбор и вовсе прилегал к берегу океана.

Друзья без лишних слов решили разведать, с кем они имеют дело. Они забрались на холм, спрятались под густыми, пахучими кустами и уставились на небольшой лагерь. Ни гербов, ни серебряных доспехов. За костром сидели рослые, бородатые мужчины, правда, головы у них были абсолютно лысыми, испещренными глубокими шрамами. Такой обряд проводился лишь в одном месте Калахара, и Аргон прекрасно знал, в каком именно. Едва мальчишкам исполнялось четырнадцать, их волосы на голове сбривали, а потом главный знахарь вырезал клинком круг на черепушке в знак вечности и круговорота жизни.