— Хорошо, что мы не забросили ваши вещи в мотель, — сообщает нам папа, когда мы присоединяемся к ним на кухне. — Вы, ребята, можете занять здесь койку на всю ночь. Энтони собирается рано встать.

— Да, будет еще один длинный денек, — добавляет Энтони. — Томми взял свой личный самолет, и, кажется, направился в Белиз. Ромео занял позицию в аэропорту. Так как там всего одна взлетно-посадочная полоса, если тот приземлится там, то его не составит труда обнаружить.

— Ты говорил с агентом Митчелл? — спрашивает Трей, по-прежнему, кажущийся задумчивым.

— Да, но у него не было возможности встретиться с Томми во второй половине дня. Он уже ушел, когда агент прибыл в его офис, — сообщает Энтони. — В любом случае, прямо сейчас против него нет никаких прямых доказательств, которые можно было бы использовать для возбуждения дела. У них есть переводы денег со счета в Белизе, напрямую не принадлежавший ему, которые были отправлены на другой счет в Восточной Европе. Ни тот ни другой счет невозможно отследить. Так что, хотя мы оба догадываемся, что этот счет, возможно, принадлежит Призраку, доказать это было бы непростым делом. Потребовалась бы команда юристов и бесчисленные часы, чтобы обойти международное законодательство, и даже если бы их работа увенчалась успехом, этот счет оказался бы похож на счет Карли. А она либо мертва, либо пропала без вести.

— Знаю, — отвечает Трей, проходясь рукой по волосам. — Все это сводит меня с ума, потому что Томми устроил так, что все концы ведут к ней, а она исчезла. Все чертовски идеально.

— Это происходит чаще, чем ты думаешь, особенно, когда имеешь дело с таким творческим умом, как у Томми, — отвечает Энтони, хлопая Трея по плечу. — Вот почему так много людей нанимают нас, чтобы восстановить справедливость в неразрешимых ситуациях.

— Завтра справедливость восторжествует, — заявляет Трей, присаживаясь за стол.

— А пока, — вмешивается папа, — Тебе нравится стейк средней прожарки или очень средней прожарки? — смеется он, держа в руках тарелку мяса для Трея.

— Средняя прожарка. Просто отлично, — отвечает тот, всаживая вилку в кусок мяса и кладя его на свою тарелку.

— Аманда любит овощи, так что у меня есть соленья, оливки и кетчуп, — он смеется, выкладывая все на стол. — Кому-нибудь нужен хлеб?

— Нет, зачем разрушать совершенство ненужными мелочами, — смеется Энтони, — Давайте смотреть правде в глаза… никто не идет в стейк-хаус за печеным картофелем и тушеной брокколи.

— Точно! — соглашается папа, указывая на меня, словно высшие силы внезапно указали на его недостаток мастерства в планировании еды.

— Передай соленья, пожалуйста, — прошу я Трея, сладко ему улыбаясь.

Как хорошо вернуться домой, даже если только на одну ночь.

Пока Мэнди и Рэй разбирают вещи ее матери, мы с Энтони продолжаем развлекаться, отслеживая Томми. Чуть позже восьми он приземляется в аэропорту Белиз-Сити и, сам того не ведая, сталкивается лицом к лицу с Ромео. Далее он пересаживается на вертолет и направляется в сторону Атлантики. Позже в тот же вечер, его самолет таким же образом покидает Белиз, предположительно направляясь обратно в Штаты. Я рад, что Мэнди сумела разместить несколько отслеживающих устройств, потому что одно из них, по крайней мере, работает отлично.

— Настало время для небольшой передышки, — объявляет Энтони сразу после одиннадцати. — Мне хотелось бы вылететь в Нью-Йорк в шесть часов.

— Отлично, босс, — отвечаю я, шутя. — Надеюсь, что диванчик будет удобен для тебя.

— После всех тех ночей, что я провел в канавах и окопах, меня не испугать диваном, — усмехается он. — Меня больше беспокоят странные звуки, доносящиеся из соседней комнаты, — дразнит он, кивая на спальню Мэнди.

— Не беспокойся, мы будем вести себя хорошо, — отвечаю я с ухмылкой, исчезая в ее комнате, не давая ему даже шанса отпустить комментарий.

Я проскальзываю в постель к Мэнди и прижимаюсь к ней сзади.

— Спокойной ночи, детка. Еще один день и жизнь вернется в нормальное русло, — шепчу я, но она уже крепко спит.

8: 00 утра следующего дня

После приземлением в аэропорту Ла-Гуардия и встречи с Крашером и Болтом, мы все берем курс на Роатан. Энтони оставил другого члена команды Альфа в «Trump Tower» на ночь. Его беспокоит мысль, что мы все еще находимся под ударом.

Никто в последнее время не спал нормально, так что полет проходит в тишине. Мэнди и я откидываемся на спинку кресел и закрываем глаза, прежде чем самолет отрывается от земли. Мы с ней пытались поспать в ее приличного размера старой кровати, но это оказалось бесполезно. Около трех часов ночи я принял решение построить милую хижину на Акрах Мэгги. Полагаю, и Мэнди и я будем с удовольствием посещать ее несколько раз в год, но ни за что больше не остановимся в пансионе Пегги или старой спальни Мэнди.