Пение за стенами послышалось - без слов, и будто без голоса, так, воздух звенел, ветви гудели, слаженно, то выше, то ниже, успокаивая, нагоняя сон.

И страх прошел, и заснули оба.

– Это нам подарок Заступницы, внуком будет, - сказала поутру Киин, глядя, как вчерашний гость пытается сладить с волосами с помощью подаренного ею шнурка. Тяжелая смоляная масса все время выскальзывала, и узлы вязать мальчик, похоже, не умел.

Сахи кивнул согласно. Отвел мальчишку к ручью, учил силки на рыбу ставить. И снова позабыл спросить, откуда тот взялся и как имя его.

Глава

– Мне тут не нравится; словно болотная травка повсюду - зеленая, яркая, а под ней топь, - голос Ариму звучал хрипловато, доверенный слуга простыл по дороге.

– Что делать, Хиноку Майя всегда был человеком двуличным, - Кэраи рассеянно отвечал, а сам, не отрываясь, смотрел в окно, приоткрыв затянутую шелком створку. На втором этаже комната, непривычно: так жил только в гостиницах, да первые пару лет в Столице, бок о бок с другими молодыми чиновниками. А сейчас рядом - только верный Ариму, остальные слуги в соседнем крыле. Светлейший господин Майя придумал десяток причин, почему удобней именно так, и Кэраи не стал спорить. Все равно за жизнь тут опасаться не приходилось. Пока.

Из окна был виден заснеженный сад, не такой, как дома. Много-много плакучих ив, больше похоже на рощицу у протоки. Ивы навевали тоску, ей было трудно не поддаваться. В это дерево, говорят, часто вселяются души погибших красавиц... и, хотя оно бесспорно красиво, но в таком количестве-то зачем?

А между стволами - причудливо расставленные большие камни разных оттенков. Как есть кладбище...

– Долго вы будете ждать ответ?
– спросил Ариму. Кэраи вздрогнул - задумался.

– Я каждый день наблюдаю за лицом этого лиса в человеческом облике. Пока он еще и вправду не определился. Мне нет смысла сейчас уезжать.

...Назвались на границе, и вскоре их ждала торжественная встреча в двадцать всадников, легкий путь со всеми удобствами и подозрительные взгляды сопровождающих. В главном городе Мелен, Акатайе, к воротам в сопровождении свиты подъехал сам хозяин провинции - низкорослый полный мужчина с удивительно свежим цветом лица и юношеской подвижностью. А ведь ему уже сравнялся пятый десяток.

Привычная в таких случаях маска учтивости, чуть изумления - искусно сделанного, за время, пока от заставы доехали, удивляться любой перестанет. Интересней оказалось то, что проглядывало из-под маски. Ожидал ведь, что явится гость, и, верно, знает, зачем. Сам ли додумался, или намекнул кто?

Да, Мелен сейчас бедствует, подтвердил Майя - он не стал тянуть с разговором, видя, что и приезжий не рвется сперва как следует отдохнуть. Переодеться с дороги, перекусить - и можно говорить о серьезных вещах.

Мелен нуждается, это верно. Урожай в провинции погиб... но как Хинаи, пострадавшая от наводнения, может предлагать немалые деньги за войско?

– Пока не дошло до того, чтобы отдавать личные средства нашего Дома на закупку зерна и починку дорог. А вот на воинов их потратить самое время.

– Интересно, интересно, - неопределенно сказал Майя. Правый глаз его чуть косил. С такой бы наружностью - в поэму о состязании обманщиков...
– Я, разумеется, дам ответ.

– Как скоро?

В Столице Кэраи в жизни бы так в лоб не спросил. Да пошла она, эта Столица.

– Разумеется, как можно быстрее, после тщательного обдумывания. Полагаю, вы хотите дождаться ответа здесь?

"Уехав, я его и вовсе не получу", - подумал гость.

С почетом Кэраи разместили в личном доме главы провинции, и... и всё. При новой встрече Хиноку Майя заверил - никто не намерен тянуть, надо лишь все обдумать. И еще раз. И так, судя по всему, до бесконечности.

Не со Столицей же он решил связаться, в самом деле. Гонец доберется нескоро, а птицам не доверяют такие послания.

Тут пытались подражать сердцу Золотой птицы, ее главному городу - куда больше, чем в Хинаи, где разве что диковинками привозными забавлялись. А тут и покрой нарядов, и убранство комнат, и даже стиль письма старались подделать под тот изящный, избыточно утонченный стиль, какими отличались придворные. И странно эта ломкая прихотливость ложилась на северную крепость и простоту - будто из гранитной скалы решили высечь хрупкую с виду статую. Нелепо вышло. Как с теми же ивами - в садах Столицы круглый год цветы, рядом с ними поникшие ветви не навевают тоску.

По большей части гость оставался в городе, но посетил здешнюю гордость, пещерный храм в холмах. И озеро водопадов, сейчас замерзшее - странно было видеть застывшую в бурном течении воду.

Любитель изысканного, Майя пригласил к себе поэтов, художников и звездочетов из Срединных земель. Но те, что соглашались ехать в глушь, терпеть суровые зимы, часто были не слишком талантливы, либо чем-то по мелочи не угодили Столице. Талантливых, но опальных не звал - боялся.

Мелен казалась молодящейся красавицей, из тех, что гонят от себя мысли о возрасте. В этом смысле глава провинции был для нее достойным партнером.