– Трепанатор? – сглотнул Левон.

– Угу, это такая штучка, которой кости черепа пилят, – Шахов достал из стола тяжелую папку и передал Левону. Тот кивнул, засунул каталог под мышку и поплелся в другую комнату.

Шахов замер, вытянув шею и прислушиваясь к звукам за стеной. Шуршание страниц, хлопок – книга упала на пол, еще хлопок – на пол упал Левон.

Сергей Владимирович вздохнул, достал нашатырь с ватой из ящика стола и отправился приводить несчастного в чувство. Да, послеоперационные фотографии пациентов – это зрелище не для слабонервных: отеки, желто-фиолетовые синяки под глазами… Бедный, бедный Левон…

Приводить парня в чувство не пришлось, когда Шахов зашел в комнату, Левон уже сидел на полу и хлопал ресницами, на которых блестели слезы.

– Не хочу, – пожаловался он.

– В таком случае, у меня к тебе другое предложение. Я помогу тебе изменить внешность без всяких операций и исчезнуть на некоторое время из страны, но взамен ты должен будешь оказать мне одну услугу. Не знаю, правда, как ты к этому отнесешься…

– А что надо делать? – икнул Левон.

– Да, в общем-то, ничего особенного. Стать на время… женщиной.

Варламов, приподняв бровки, смотрел на молодого человека и молчал.

– Ну как? Похожа? – не утерпел Шахов, подтолкнув Левона поближе к режиссеру. Парень одернул свитер, пригладил волосы и чуть приподнял подбородок, замерев в позе статуи Зои Космодемьянской, что в деревне Петрищево. Иван Аркадьевич откашлялся, снял очечки, протер и снова нацепил на нос.

– Он – не женщина, – тактично намекнул Варламов.

– Женщина, не женщина, – разозлился Шахов. – Какая, на фиг, разница? Подключите уже ваше хваленое креативное воображение! Смотрите внимательнее! Он – просто копия Сю! – Шахов схватил Левона за подбородок и повернул его влево, потом вправо, чтобы режиссер смог как следует рассмотреть его профиль.

– Действительно похож, только…

– Не занудничайте, – оборвал режиссера Шахов. – А ну, Левон, пройдись! Покажи дяде-режиссеру, на что ты способен. – Так как Левон продолжал изображать монумент, Сергей отпихнул парня от себя, и тот неуклюже засеменил по комнате, неприлично вихляя бедрами.

– Кошмар, – заключил Варламов.

– Научим! – оптимистично заявил Сергей. – А по поводу лица не волнуйтесь. В лице ведь что главное – нос! Остальное доведем до совершенства. Пара уколов в губы… Все рассосется потом! – успокоил он Левона, вознамерившегося хлопнуться в обморок. – Легкий татуаж, брови пощиплем, эпиляцию сделаем… – доктор скользнул по своему протеже взглядом и уточнил: – Везде. – Левон снова покачнулся, Сергей его придержал. – Ну, и химическую завивку, у Сю волосы вьются, у него прямые, не крутить же ему космы на бигуди каждый день? Правда, Левон? Зачем нам трепанатор? Не нужен нам никакой трепанатор, обойдемся, – обратился он к парню, и тот обреченно кивнул. Загадочное слово действовало на Левона магическим образом. Женщиной горячему армянскому парню быть претило, о чем он заявил Шахову еще в клинике, но вступать в контакт с инструментом, которого в природе не существовало, пугало Леву гораздо больше.

Варламов молчал.

– Грудь сделать – тоже не проблема, – радостно продолжил уговоры Шахов. – У меня клинике отличные имплантаты…

– Нет! – закричал Левон, и крик его разнесся по дому эхом.

– В лифчик их вставим! – успокоил Сергей, похлопав Леву по плечу.

– В лифчик?.. – Левон беспомощно посмотрел на свою грудь, приложил к ней ладони, застонал и выругался по-армянски.

– Непрофессиональный актер! Мужик! Тьфу! – Иван Аркадьевич выругался по матери и скривил такую рожу, что Шахова тоже непроизвольно передернуло. – Никогда принципиально не снимал мужиков в роли баб, – пробурчал он. – Все гениальные фильмы на эту тему уже сняли, ловить здесь совершенно нечего.

– При чем тут фильмы? – Шахов закатил глаза к потолку. – Мы же не голливудскую комедию «В джазе только девушки!» снимаем! Нам клон Ксении Копыловой нужен, а не Дастин Хоффман!

– Дастин Хоффман снимался в фильме «Тутси», – влез в беседу Левон.

– Заткнись! – хором попросили мужчины. Левон обиженно засопел и потопал к окну.

– Видели! – оживился Шахов, невежливо тыча пальцем в сторону Левона. – Он даже ходит и двигается, как Сю, когда задницей не крутит. Рост, фигура, телосложение. Ну совершенно такая же клюшка, как и Копылова.

– Попрошу не оскорблять! – вякнул Лева, споткнувшись на ровном месте и размахивая руками для равновесия.

– Во! – поднял указательный палец Шахов. – Манеры – один в один. Да что я вас уговариваю! – махнул он рукой и уселся на диван рядом с Варламовым.

– Еще раз пройдись, – попросил режиссер. Выглядел он все еще недовольным, но в глазах появился проблеск интереса. Левон неуверенно вышел на середину гостиной и застыл. – Подобралась и пошла, – скомандовал режиссер.

– Тебе еще надо ноги во время ходьбы чуть кривить, – дополнил комментарии Варламова Сергей. – У Сю такие ноги, что… Боюсь, даже лыжный костюм положение не спасет.

– Ну, двигай ластами, – поторопил Варламов. Левон состроил недовольную физиономию и поплыл в сторону выхода из комнаты.

– Опять задницей крутишь, как шалава! Подобралась, я сказал! – заорал Варламов.

– Ноги скриви, идиот! – завопил Шахов. – Криви ноги, я сказал!

Левон попытался сделать из ног колесо, прошел пару шагов, запутался и чуть не рухнул на пол. Похож он был при этом на пьяного орангутанга, а вовсе не на бизнес-леди.

– Подберись, зад не отклячивай! Пузо в себя!