— Думай что угодно, — продолжала Ронда, — но помощник, которого он таскает с собой (помнишь детектива Кэша с большими усами), так вот, он думает то же самое. Я видела, как он переводил взгляд с лейтенанта на тебя и обратно. И ты не сможешь обвинить его в пристрастности. Тристан балдеет от тебя, точно. Верь мне. У меня своего рода радар на такие штуки.

— Мысль о Маклофлине в постели и рядом со мной была бы мне и самой смешна, если бы я уже не имела удовольствие быть с ним немного знакомой, — пренебрежительно сказала Аманда. — Я не думаю, что у него в жизни было хотя бы одно проявление незапрограммированных эмоций, да и тебе хорошо известно, что секс не входит в список моих приоритетов. Но моя беда, что наш век просто помешался на этом. Теперь я точно вижу, что все вокруг просто тронулись. Она сделала рукой неопределенный жест в воздухе:

— Робот-полицейский встречает фригидную женщину: миллионы зевают. Ты не сможешь продать эту «сенсацию» ни одной газете.

— О, я думаю, ты просто недооцениваешь мужчин, Аманда, — не согласилась Ронда. — И я, черт подери, хорошо знаю, что ты недооцениваешь и саму себя. Сорвись с тормозов и дай волю своему воображению. Итак, мы имеем два великолепно физически подходящих для секса образца…

Аманда от волнения даже заморгала, а Ронда от удовольствия расхохоталась. Она знала это! Да, да, да, она знала. Несмотря на ее протесты, маленькая Мэнди не могла остаться равнодушной к симпатичному лейтенанту. Почти теряя контроль над собой, Ронда продолжала тем же тоном:

— Мы помещаем их вместе в комнатку. Добавляем немного вина…

— Ронда, пожалуйста… — почти простонала Аманда.

— Вручаем несколько презервативов для безопасности…

— Ронда…

— Перестань перебивать. Тебе необходимо место, где можно заниматься любовью. Не делать же это в обычной постели, в самом деле.

Аманда почти безумно вращала глазами.

— Оставь это, — скомандовала Ронда. — Ты что думаешь? Разве он мгновенно не сорвет с тебя одежду? Ведь он знает, что если тебя быстро не раздеть и не повалить навзничь, ты можешь передумать и убежать. О'кей, детка. Я дала тебе пищу для размышлений. Я не извращенка и не люблю подглядывать. Итак, я убираюсь и предоставляю тебе возможность все остальное домыслить самой.

— В таком случае, мы приплыли к причалу, так как и в самом деле не знаю, что мне делать дальше, — почти невнятно пробормотала Аманда.

— Он прямолинейный сильный мужик, крошка, поэтому тебе не придется потеть. О, Мэнди, я действительно слышу, как он шепчет тебе на ушко, что любит это.

— Какая мерзость. И вероятно, если я точно не исполню его инструкций, он уберет свой инструмент обратно и выгонит меня вон.

— Интересный поворот мысли, Аманда. Ты делаешь успехи.

Аманда содрогнулась всем телом.

— Можем мы сменить пластинку, пожалуйста? Это уже действует мне на нервы.

Ронда с удовлетворением взирала на полыхающие огнем щеки Аманды, и не стала продолжать свои сексуальные экскурсы. Разговор дальше протекал совсем непринужден но. Беседа трех подруг хотя и была бессодержательной, но они весело смеялись, и настроение Аманды значительно улучшилось. Она уже забыла о душевном разладе, с которого начинался этот день, а к тому времени, когда Ронде и Джун надо было возвращаться в кабаре, все ее проблемы вроде бы остались где-то позади. Но Аманда была почти уверена, что депрессия вернется, если она отправится сразу же домой, но не найдет там себе лучше занятия, как только описывать круги по квартире. Она решила остаться здесь и рискнуть двадцатью долларами на игральном столе. Она покидала заведение в полночь с несколько странным ощущением и тридцатью семью долларами выигрыша. Это не была бог весть какая удача, она знала, но настроение у нее поднялось. Однако, все же приятно было выпить за чужой счет и выиграть несколько долларов в карты. Покидая казино, она решила немного пройтись по парку, чтобы освежиться после выпитого.

Когда Аманда подходила к ограде своего сада, она услышала тявканье Эйса из апартаментов Маклофлина. Ее слегка знобило от прохладного ночного воздуха. Как всегда, перемены в погоде в Рено были непредсказуемы. Было солнечно и тепло, когда в полдень она выходила из дома, да и ей показалось, что не стоит брать с собой жакет. Как назло, к вечеру температура упала почти до сорока градусов <По Фаренгейту>. Конечно, в том ничего не было необычного, но она все же испытывала чувство досады. Ну хорошо, философски решила она, наконец, во всем есть своя выгода. В голове на холоде у нее совершенно прояснилось. И какое наслаждение ожидает ее дома — в горячей ванне. О, да. Она улыбнулась от предвкушения горячей ванны с нежными капельками воды, бегущими по телу.

Выйдя из почти полного мрака на яркий свет, ослепленная Аманда осторожно продвигалась вперед, но неожиданно натолкнулась на чье-то большое мощное тело. Чья-то рука сжала ее запястье, и от страха она остро ощутила холодок внутри живота. Ужас от мысли, что она попалась в лапы маньяка, парализовал все ее тело. Вначале она не могла даже пошевелиться и только пыталась открыть рот, чтобы закричать. Аманда отчаянно надеялась, что Маклофлин дома и услышит ее призыв. Но как только она подумала об этом, тяжелая ладонь накрыла ее рот, не дав ей издать и звука.

От паники Аманда почти потеряла рассудок. Она впилась зубами в эту ладонь, попыталась действовать коленом, царапалась. Но он был очень мощный, слишком мощный. Он развернул ее спиной и прижал к своему телу. Теряя последние силы, она пыталась лягаться и вырваться из стискивающих ее железных рук. В конце концов ее глаза стал покрывать мрак. О, Боже. Неужели она умрет, как Марианна и две другие танцовщицы? Ее дыхание почти прервалось и потребовалось некоторое время для того, чтобы она наконец узнала рядом прозвучавший голос: