— Шесть вечера… — пробормотала она, посмотрев на наручные часы. — Ещё есть немного времени.

Вернувшись к рукописи, Кэтрин вновь выпала из реальности, видя перед собой только буквы на листках.

«Кто бы мог подумать, что всё может обернуться так плачевно?», — прочла девушка, но невольно улыбнулась, заприметив в очередной раз отпечатки кошачьих лап на страницах.

— Всё-таки, у автора была кошка. — Пробормотала Кэт и погладила Бродягу, продолжив чтение.

«Я не знал, что в моем роду были волки. Для меня было в диковинку познать суть обращения. Мои друзья говорили, что они видели таких существ и это их злейшие враги, но всё равно не хотели бросать меня в этих муках», — Кэтрин замерла, нахмурившись. В голове тут же пронеслась легенда Джейкоба о предках его племени и о волках.

— Так… а вот это уже интересно. — Тихо сказала она, усевшись поудобнее.

«Всё шло совсем не по плану. Возможно, это из-за того, что моя сущность проявилась позднее, чем следовало, но я не уверен. У меня было ощущение, что я умираю. Всё тело горело изнутри, каждая клеточка тела ныла и полыхала, отзываясь дикой болью в голове и усталостью. Я чувствовал приближение чего-то страшного. Жуткая боль пронизала меня полностью без остановки, и я мучился. Амора боялась за меня больше всех, а я лишь помню, как хриплым голосом лгал, что всё хорошо. Фредерик и Вильгельм решили, что мне не выжить. Именно тогда я почувствовал ещё более острую боль, но я понял, что это означало только одно — яд вампиров в моей крови».

Сердце девушки билось словно бешеное. Кэт бегала глазами по строкам книги, что уже давно стала больше походить на дневник автора. В голове был только один вопрос: что с ним произошло дальше?

«Vitam impendere vero»[1], — гласил новый листок с очередной цитатой на латыни. Перевернув страницу, девушка вновь стала читать текст.

_____

[1] «Vitam impendere vero» — с латыни: «Отдать жизнь за правду». — Слова Ювенала (Сатиры, IV, 91).

_____

«Я очнулся только через двое суток после того, что произошло. По словам Вильгельма, они не думали, что я проснусь. Амора выглядела белее обычного, да и мои друзья вели себя со мной более осторожно, чем раньше. Фредерик поведал мне, что я обратился в огромную псину сразу же, как только они укусили меня. Они не знали, что делать, ибо видели, как они сказали, оборотней всего пару раз за все свои сто с хвостом лет. Я боялся, но всё-таки задал свой вопрос и получил отрицательный ответ. Я никого не тронул.

Я просто принял волчье обличие, а после пал без сознания и не мог очнуться.

Сейчас я чувствую себя живее прежнего. Ощущаю силу и скорость, слышу и вижу куда лучше, чем при своей прошлой, смертной жизни. У меня была жажда, но не такая дикая, как описывали её мои друзья, вспоминая свои былые времена.

Первые несколько дней по ночам я ходил в лес, обращаясь, чтобы прочувствовать свою волчью сущность.

Фредерик сказал, что они бояться. Вильгельм говорил, что они чуют мой запах, но я не пахну ни псиной, ни им подобным. Просто человеком. Амора боялась больше их всех. Она сказала, что они никогда не видели подобного и это что-то страшное.

Мне кажется, что они сотворили невозможное… ведь, я не погиб. Меня укусили во время обращения. Разве яд вампира не должен был подавить ген?

Но я знал, что я не просто вампир и вовсе не просто оборотень».

Кэтрин пыталась успокоить стучавшее с огромной скоростью сердце, но без толку. На странице вновь были отпечатки кошачьих лап. Девушка нахмурилась, стараясь осознать прочитанное и сложить всё в кучу, но мяукнувший Бродяга заставил ее дернутся.

— Да, Бродяга, подожди. — Пробормотала она, перечитывая страничку. Питомец вновь замяукал, положив лапку на ногу девушки.

— Тише, не мешай. — Буркнула Кэтрин вновь.

— Не пора бы позвонить Джону? — разлился по кабинету приятный и мягкий голос.

Кэт подпрыгнула, резко захлопнув темно-бордовую книгу. Увидев за столом сидящего в кресле светловолосого мужчину, который был всё ещё в верхней одежде: черном пальто и светло-сером шарфе, девушка прикрыла глаза, откинувшись на спинку кожаного диванчика и закрыла лицо рукой.

Вампир улыбнулся, прикрывая свою ухмылку и сдерживая смех сцепленными пальцами. Локтями Каллен уперся в стол и смотрел на гостью не отрываясь.

— Почему вы такие тихие… — недовольно буркнула та, убирая руку с лица и перевела взгляд на Карлайла.

— Уже восемь. Твой дядя волнуется, — начал мужчина, — ты же не сказала ему, где находишься. — Мягко, но в то же время и строго, словно ругая непослушного ребенка за шалости, проговорил он.

Опомнившись, Кэтрин окинула взглядом книгу. Было чувство дежавю…

— Я… мне не стоило… — запинаясь лепетала та, но доктор только улыбнулся шире и, выдохнув, поднялся с кресла, направившись к девушке.

— Элис рассказала. — Ответил он, присев рядом с Бродягой, который разделял его и Кэтрин. — Ты же могла передать шарф через Эдварда или просто позвонить. — Тут же добавил Карлайл, не спуская глаз с гостьи.

— У меня нет номеров… — пробормотала она. — Это было спонтанное решение. Элис забыла его, и я решила вернуть. — Оправдывалась Кэт. Уголки губ вампира вновь поползли вверх, и он покачал головой, опуская её.

— Мне… стоит уйти, верно? — выдавила тихо Кэтрин, подняв глаза на Карлайла, который поглаживал живот Бродяги, когда кот перевернулся на спину.