– Что ты несешь, Малфой? Какой еще брак? У Гарри ко мне сантименты никогда не появлялись, для него я была лишь сестра, я тебе уже говорила...
– попробовала оправдать себя Гермиона, не ощущая слез по щекам.

– Вот поэтому Магию потеряет и он. С тобой он греб полными руками, у него к тебе огромный невыплаченный магический долг, который невыплаченным при настоящих условиях и останется...

– Но на первом году обучения он спас мою жизнь, победив тролля...
– воскликнула она.

– Тогда спас тебе жизнь не Поттер, а Уизли.

– По твоим словам, у меня тогда была задолженность Рону, которую я выплатила, выйдя за него, - повеселела она, пробуя опередить в рассуждениях Малфоя.

– Бред. Твоим спасением Рональд выплатил тебе свой долг за те обидные слова, из-за которых ты проревела весь день в туалете, а остаток ты заплатила своей заботой о нем, воспитанием. Подумать только, зачем тебе нужно было напрягаться?

– Это непринципиально для меня...

– Твое пренебрежение к важным мелочам навсегда закрепило за тобой должность младшего эксперта в Министерстве Магии, несмотря на всю твою квалификацию, - голос Малфоя был похож на рык зверя.
– Запомни, Грейнджер, в Магии просто нет неважных и несущественных вещей. Тебе дарована магическая сила и ты должна за нее отвечать. Именно она участвует в большом круговороте Вселенной и ни тебе, ни мне, ни даже Поттеру не позволено играть в детские игры с этой необъятной энергией. А теперь я спрашиваю тебя без подковырок и насмешек и, в свою очередь, надеюсь, что твой ответ будет предельно честным - заметила ли ты у себя рост магических способностей?
– Он посмотрел на ее озадаченное лицо и был готов услышать ее отрицательный ответ. Она ничего такого в себе не замечала. И он решил попробовать по-другому.
– У тебя появились какие-нибудь Магические Дары или, быть может, ты стала с легкостью выполнять заклинания высшей магии? Разве твоя магическая мощь не увеличилась с годами, Грейнджер?Ъ

– Малфой, какого ответа ты от меня ожидаешь? Откуда мне знать!

– Хо-хо-хо. Все теперь ясно, - Малфой непроизвольно закрыл лицо ладонью.
– Мои умственные способности на основании твоей реакции говорят мне, что твоя магическая сила со дня семнадцатилетия не изменилась. Было бы иначе - ты бы точно почувствовала ЭТО. Сделаю тебе небольшую вводную - в день магического совершеннолетия исчезают последние ограничения на детской силе, молодой волшебник получает Дар и увеличение мощи.

Ему стало жалко смотреть на обиженную физиономию одноклассницы, но церемониться с ней он не собирался, поэтому надавил еще больше:

– С этого момента ты вливаешься в круговорот силы и полностью подчиняешься Великому балансу природы. Если все это случилось, магические потоки внутри тебя к твоим близким и к тебе от них сбалансируются, перестанут конфликтовать друг с другом, получается, можно так сказать, магический резонанс и твоя мощь устремляется к бесконечности. По такому принципу работают Родовые камни, но это пока не важно... Не таращись на меня, я точно знаю, что семейка Уизли не владеет Родовым камнем, неспроста за ними водится кличка "Предатели крови"! Так, на чем я закончил? А! В окружении понимания, теплоты и душевности, среди любимых людей, которые не предадут тебя, не изменят, не проигнорируют твоих стремлений, твоя магия растет всю жизнь, поддерживая здоровье и долголетие.

– О таком я не читала нигде и в Университете о таком даже не упоминалось, - дрожащим от переполняющих ее чувств голосом сказала Гермиона и потупила взор.

– Естественно. В нормальных магических семьях детям этот принцип рассказывается в первую очередь. Баланс и доверие. Тебе они уже никогда не достанутся, Грейнджер, твой шанс остался в прошлом. Сколько бы ты не училась, сколько бы степеней не защитила, как бы ты не брызгала слюной, споря и защищая свою точку зрения, те максимальные знания, силы и возможности, которые в случае, если бы твои отношения с Поттером дошли бы до логической развязки, были бы у тебя к данному моменту, ты уже никогда и ни за что НЕ ПОЛУЧИШЬ. Ты должна была придавить Поттера где-нибудь в углу или даже на койке в Больничном крыле, дабы он не сбежал от страха, а затем тихо и спокойно, без членовредительства, объяснить ему со всеми доказательствами, что именно ТЫ - та девушка, с которой он должен обращаться наилучшим образом, если дальше не хочет получить некоторые проблемы. При этом ты не была некой взъерошенной и побитой жизнью неряхой, а очень приемлемой и даже симпатичной девушкой.

– О, Малфой, я не сожалею. Я живу в счастливом браке.

– Счастливом? Грейнджер, а эта старенькая мантия, в которую ты укуталась - не та ли, которую я видел еще в школе?

– Непринципиально, Малфой. У меня есть дети.

– И Поттеры детьми не обделены, думаю, у них их больше. Но когда ты видела Джиневру два сезона в одной и той же одежде?

– У нас детей вдвое больше, а у Гарри зарплата больше, чем у меня.

– Послушай только, как с Поттером ты сравниваешь не ленивого хмыря Рональда, а себя. Почему, Грейнджер? Ты с самого начала знала, что с зарплатами так и будет, так скажи мне, зачем ты так поступила - я этого, Мерлин мой, никак не понимаю? Зачем для своих детей - о тебе я даже не спрашиваю - ты выбрала в отцы этого придурка Рональда? Почему сравниваешь зарплату Поттера со своей, а не с зарплатой своего супруга? Зачем подарила счастливую и безбедную жизнь чужим детям? Почему, Грейнджер? Могла бы после последней битвы топнуть ножкой и высказать свои претензии Поттеру, он бы тебя послушался! Он тебе верил больше, чем Дамблдору с Иисусом Христом, вместе взятым. Надо было, но ты не осмелилась перечить рыжим клещам. Скажи, разве ты не мечтала выйти замуж за Поттера, а?

– Эеее, бывало, конечно, а кто не мечтал бы? Но Гарри выбрал Джинни, а Джинни была влюблена в Гарри с пеленок.

– Знаешь, Грейнджер, о тебе говорят, что ты была самой умной ведьмой из выпусков Хогвартса последнего столетия, но как по мне, все глубоко ошибаются - ты уникальная по своей тупости дура. Ты такой родилась или невыплаченный Поттером долг сделал тебя такой, а? Скажи честно, тебе Поттер нравился?

– Хмм, можно и так сказать, но...

– А случалось ли, что тебе снился интим с Поттером?

– Разочек-другой...
– покрылась пунцовыми пятнами от стыда Гермиона.

– Только пару раз? Мне кажется, кто-то лжет...

– Возможно и больше раз, но у меня теперь Рон.

– Да вы даже ни разу не...
– глаза Драко округлились и стали напоминать две тарелочки.

– МАЛФОЙ!

– Отбрось ханжество, Грейнджер! Я сейчас о Поттере тебя расспрашиваю, - Драко в раздражении махнул рукой.
– Разве он никогда не привлекал тебя в романтическом плане?

– Не точно этими словами, но...