Где-то в стороне, послышались быстрые выстрелы, один за другим, и выпрямившись, я снова поймал в прицел вражескую машину. Как раз вовремя, что бы заметить, как в мою сторону с огромной скоростью, что - то метнулось. Автомат вырвало из рук, и грудь пронзила острая боль, и в следующее мгновение, мой противник исчез, а высоко над головой раздался дикий вопль. Способность сработала сама, без каких либо усилий, телепортировав противника в небо.

Упав на колени, я схватился за рукоять ножа, торчащую из груди, и рывком выдернул его. А рядом, с громким шлепком, с неба рухнуло тело, окатив меня брызгами крови. К горлу подкатил ком, и скрючившись, я опустошил свой желудок, прямо на труп врага.

– Филин, контроль!
– гремел в ушах голос Нюргуна - Добивай их, быстрее, твою мать!

Сплюнув кровь, я огляделся в поисках автомата, и не найдя, выдернул из уха наушник, из которого доносился яростный мат северянина. Поднявшись на ноги, я достал пистолет, и медленно приблизился к машине. Сдерживая тошноту, я осмотрел залитый кровью салон, и не увидев свечения, исходящего от зараженных, вздохнул с облегчением.

Лобовое стекло было все в дырках от пуль, видимо Нюргун постарался, и три пули попали прямиком в водителя. Две в грудь, одна в голову, как специально. А может и специально, не зря же про северян ходит байка, про попадание белке в глаз... Двое на заднем сидении, тоже получили по несколько пуль в корпус, и были либо убиты, либо находились без сознания. Оружие, две АКСУ, таких же как у меня, валялись на полу.

Брезгливо поморщившись, я схватил за куртку ближайшего ко мне и стянул тело с сидения на асфальт. Затем, обойдя машину, повторил то же действие со вторым покойником.

– Чего творишь?
– Окликнул меня подбежавший Нюргун.
– Мелкая где?

– А домой ты пешком пойдешь?
– огрызнулся я, вытягивая из машины водителя - Блин, а и правда, должна была уже появиться...

Сойдя на обочину, под призывные крики Нюргуна, зовущего девочку, я протер лицо снегом и огляделся в поисках свечения.

– Ты еще ау покричи - Устало вздохнул я, спускаясь к нашей разбитой машине, из под которой торчали ноги напарницы.
– Кристаллы собери, сейчас понадобятся. Тот что на обочине лежит, и один из тех, что возле машины, были мутантами. Если их, конечно, действительно двое было...

Сосредоточившись, я телепортировал Машу из под машины, к себе, попутно удивившись, с какой легкостью это получилось, и дождавшись Нюргуна, прислонил один из кристаллов к начавшей затягиваться, рваной раны на плече девушки. Второй кристалл, я нисколько не сомневаясь, вживил себе.

– Я с ней посижу, собери все с трупов, и будем сваливать, сейчас на выстрелы набегут все, кому не лень...
– Попросил я, и заметив рядом блеснувший сталью автомат, подобрал оружие, забросив на ремне за спину.

– Больно...
– Послышался слабый голос Маши.

– Потерпи - Я сел на снег радом с девочкой и погладил ее по голове.
– Голова цела, все остальное сейчас заживет, раны уже почти затянулись. Как же тебя угораздило, то а?

– Да я даже не поняла ничего...

Со стороны машины послышались два пистолетных выстрела, и ворчание Нюргуна, о безответственности некоторых товарищей. Обо мне, наверное?

Через некоторое время, мы ехали в сторону города, в пробитой пулями чужой машине. И ехали, с ветерком, в прямом смысле этого слова. Сквозняк обдувал мокрые лица, гудел в пулевых отверстиях, заставляя морщится от противного, нудного гула. Не выдержав, я включил радио, и откинувшись на сиденье закрыл глаза, под звуки музыки, даже не вслушиваясь, кто и о чем там поет.

– Послушай - через некоторое время толкнула меня Маша - Прямо про нас песня.

Прислушавшись в слова, я криво улыбнулся, оценивая иронию:

... Внутри большой зал, столы карты и фишки,

Но если смотреть оборот,

Каждая фишка стоит не денег,

А неделю, месяц и год.

Здравствуй Бог,

Я пришел к тебе несколько раньше.

Я хотел, что бы было иначе, но случилась беда.

Здравствуй бог,

Я поставил свой год на удачу,

А когда не везло увеличивал ставку на два.

– Не про нас - Дослушав песню, возразил я - Про них. Мы сегодня выиграли...

– А может увеличим ставку?
– Не глядя в нашу сторону предложил Нюргун, и тут же замолк, слушая наши гневные возгласы.

– А чего ты хотел-то?
– Через некоторое время, с явным любопытством в голосе, спросила Маша. Да и я, если честно, с интересом повернулся к водителю. Дурная это черта характера, любопытство...