— О… — Терезина почувствовала себя намного бодрее и робко кивнула двум другим девушкам, сидящим через проход, Камале Чатерети и Хедвиг Трамбл. Последняя презрительно хмыкнула. Камала приветливо кивнула. Она вообще была очень добрым и отзывчивым человеком, старавшимся всюду нести мир и согласие.

Терезина припомнила, что индианка отправилась на Ксенофон за собственный счет (правда, для ее бюджета подобная трата была малозначительна), как миссионерка от общества «Внутренней Реформации». Девушка была очень красивой брюнеткой, розовое сари подчеркивало ее восточную красоту. Единственной женщиной из собравшихся на борту, чья привлекательность была ниже среднего, Оказалась Хэдвиг Трамбл. Терезина догадывалась, что Хедвиг поменялась местами с прелестной рыжеволосой девушкой… скорее всего в надежде, что один привлекательный офицер…

Из шлюза донесся топот ботинок, и в каюту вошел третий помощник капитана, Ныохауз подойдя к двери, ведущей в кабину управления, обернулся, покачиваясь на каблуках и дымя сигаретой:

— Как устроились? Всем удобно? — поинтересовался он.

— А где наш пилот? — резче, чем следовало бы, спросила Трамбл.

Ньюхауз покосился на нее, и на лицо офицера легла еле заметная гримаса неудовольствия, смешанного с удивлением. Затем он перевел взгляд на ее соседку, чья внешность была более экзотична.

— Небольшая перестановка, — ответил он. — Скорее всего, возникшая неисправность потребует вмешательства инженера-электронщика. Поэтому я приказал мистеру Манфреду остаться в мастерской. Как вы, наверное, знаете, он — инженер-электронщик. А мне, естественно, придется его заменить у пульта управления вашей шлюпкой.

Хедвиг не пыталась скрыть своей радости:

— Лучшей замены невозможно придумать. — Трамбл была в полной «боевой раскраске»: в модном платье и с волосами, выкрашенными по последней моде в зеленый цвет. Но несмотря на все свои ухищрения, она выглядела унылой старой девой. Глядя на нее, Терезина подумала о том, что ее страдания из-за Арсанга лишь маленькое развлечение в сравнении с тем, что выпало на долю холостяков, выбранных кандидатами в женихи.

— Все это великолепно! Восхитительно! — ворковала Хедвиг.

— Я предлагаю всем постараться успокоиться и немного расслабиться, — предложила Камала.

— …основной статус королевского шафера определяется, разумеется, сопутствующими факторами, — Арсанг нашел очередного собеседника.

— К счастью, — отвечал Фред, — мне повезло, и я открыл нового земного поэта, певца свободы и демократии, короче, декадента. По прибытии я обращусь к мистеру Уолту Уитмену.

Лори недоверчиво покосилась на Ньюхауза:

— А почему вы решили поступить подобным образом? Мне кажется, что третий помощник при поисках причин включения сигнала тревоги не последнее лицо, — поинтересовалась она.

— Я заступил на этот пост как официальное лицо, мисс Кесней, — ответил Ньюхауз. И быстро, как бы извиняясь за резкий тон, добавил: — Впрочем, раньше мне никогда не приходилось руководить столь очаровательной командой. — И тут он заметил Арсанга, в глазах третьего помощника зажегся недобрый огонек. — Эй, вы, да-да, вы, как вы сюда попали?..

Терезина зажмурилась и постаралась полностью отключиться от происходящего, чтобы не слышать перебранку между таукитянином и Ныохаузом. Но перебранки не произошло. Что-то зазвенело, Ньюуауз быстро развернулся.

— Да поможет нам бог! — крикнул он, бросившись в отсек управления. Дверца захлопнулась у него за спиной.

Спустя несколько секунд Терезина ощутила, как невидимая рука перегрузки вжала ее в спинку кресла. Как сквозь вату, до ее слуха доносились крики ее спутников. Вселенная, словно в сумасшедшем вальсе, закружилась вокруг нее…

Она пришла в себя, когда на шлюпке уже установился нормальный уровень псевдогравитации. Ныохауз включил автопилот и вернулся в пассажирский салон. В иллюминаторах Терезина увидела какое-то «нездоровое» верчение. Вращалось все. Миллионы звезд и отблейс гигантского лайнера — все вертелось, и казалось, что шлюпка угодила в фантастический водоворот.

Пассажиры смотрели на Ньюхауза в тревожном ожидании. В руках офицер недоуменно вертел какой-то небольшой предмет обтекаемой формы. Терезина сразу же узнала реле сопротивления, спаренное с таймером.

— Вот так, — мрачно пробурчал офицер.

— Что произошло? Объясните, пожалуйста! — закричал Арсанг.

— Ну, ну, — заговорил Фред, — пусть третий помощник объяснит все по порядку. Я, хотя и свободный, большой и сильный, как само человечество, но могу понять чистый и сильный зов механики.

— Без паники! — прогремел Ньюхауз. Затем добавил гораздо мягче. — Будьте благоразумны. Дело серьезное. Мы в опасности.

— О-о-о! — истерично завопила Хедвиг и, выскочив из кресла, рванулась к офицеру. От неожиданности третий помощник потерял равновесие, и они очутились на полу. — Спасите! — верещала она.