— Да. И еще искусства врачевания, что, полагаю, для клиники более актуально. Идентифицировался также с солнцем — и как даритель жизни, и как ее погубитель. Удивительно, как много различных должностей могли совмещать в те времена боги.

Женщина улыбнулась:

— Вы сказали, что вам здесь все кажется странным…

— Да. Я здесь впервые. И все здесь для меня ново и непонятно.

— Скоро вы со всем этим свыкнетесь. А когда выпишетесь отсюда, вам первое время будет казаться странным мир за пределами клиники.

— Это в каком же смысле?

— Мне лично казалось… я чувствовала, что здорово отдалилась от той жизни.

— Значит, вы проходили через все это не один раз?

Грейс вздрогнула.

— Давайте-ка поднимемся в зал. — Она шагнула к винтовой лестнице. — Это мой третий визит. Тем не менее меня постоянной пациенткой не назовешь. В отличие от Сидни и Марты. Я видела, как вы разговаривали с ними сегодня за ленчем.

— Да. — Голос Брока в тесном пространстве лестничного колодца звучал приглушенно. — Мне кажется, что Марта решила взять меня под свое крыло.

Грейс стояла наверху, поджидая Брока. Заметив, как при этих словах у него изменилось лицо, она улыбнулась:

— У нее привычка брать над новичками шефство. Но не беспокойтесь, через некоторое время она выпустит вас из своей хватки.

— Боюсь, я уже злоупотребил ее терпением. Похоже, сегодня днем я основательно ее опечалил.

— Неужели? И как вам это удалось? — Они медленным шагом двинулись по проходу к двери.

— Я вспомнил, что в прошлом году читал в газетах об одном здешнем сотруднике, которого нашли повешенным в этом храме, и позволил себе подискутировать с ней на эту тему.

Грейс остановилась, повернулась к нему и внимательно на него посмотрела.

— Очень интересно. И что же вы ей сказали?

— Я просто пытался выяснить ее мнение по поводу того, что здесь произошло. Боюсь, она на меня обиделась. Ей показалось, что я позволил себе на этого человека клеветать.

Грейс отвернулась и, секунду помолчав, сказала:

— Я тоже была в это время в клинике.

Брок выдержал паузу, надеясь, что она скажет больше, но поскольку продолжения не последовало, негромким голосом произнес:

— Только сейчас, Грейс, когда я спустился на нижний уровень и увидел там вас, мне пришло в голову, что вы, возможно, стоите рядом с тем самым местом, где его нашли.

Некоторое время Грейс никак не комментировала сделанное им заявление, но потом повернулась к нему во второй раз и сказала:

— Полагаю, многие из нас… хотели бы узнать, что тогда случилось.

— Марта считает, что всему виной наркотики.

— Нам так сказали. Но вы сами видели, как там внизу все выглядит… Зная его, в это трудно поверить.

Выйдя из дверей храма, они какое-то время стояли у фасада среди колонн ионического ордена.

— Эти колонны простояли здесь сто лет, прежде чем к ним пристроили храм. — Грейс положила руку на гофрированную поверхность одной из них и подковырнула ногтем выросший на ней лишайник. — Они должны были изображать руины, которые здешние обитатели могли видеть из дома или во время прогулки и которые должны были напоминать о том, что дни нашей жизни быстротечны и что все мы смертны.

— Да. Именно об этом говорилось в книге, которую я просматривал в библиотеке. Вы и о других памятниках знаете?

— Нет. О каких памятниках вы говорите?

— Эти руины являлись только одним из серии архитектурных памятников на тему «momento mori». Если верить этой книге, другие памятники все еще находятся где-то на территории поместья. Думаю со временем организовать экспедицию, чтобы установить их местонахождение.

Она улыбнулась:

— Неплохая идея. Если найдете что-нибудь интересное, не забудьте мне об этом сказать.

— А почему бы вам ко мне не присоединиться? При такой погоде лучше пускаться в путешествие парами. Здесь можно заблудиться, в случае если неожиданно начнется снежная буря.

Она не ответила, и они молча зашагали к клинике. Тишину нарушал только хруст снежного наста у них под ногами. Наконец Брок сказал:

— Я встретил сегодня одного человека, который тоже был здесь в октябре прошлого года, когда умер тот парень. Этого человека зовут Норман де Лойнс. Вы его тогда видели?

— Да, я помню его по прошлому году. Он был весьма непопулярен у некоторой части обслуживающего персонала. У уборщиков, к примеру. Слишком заносчиво себя с ними держал, если мне не изменяет память. Надеюсь, это не ваш приятель?