Шрифт:
– Френн! Вы меня слышите?
– Слышу...
– Голос инквизитора звучал глухо, но он, похоже, осмысливал ситуацию быстрее, чем Фигаро.
– Отлично!.. Тогда слушайте: вы сможете придумать какую-нибудь безумную, но правдоподобную историю насчет этого пожара и демона? Для отчетности? У меня нет ни времени, ни сил корректировать память у всего города.
– Смогу...
– Френн мотал головой, точно пьяный. Затем, очевидно, пересилив себя, резко кивнул.
– Смогу. Например, так: мой коллега, по неосторожности, вызвал Другое существо. При этом он погиб, а Другой устроил пожар, но был ликвидирован при участии моего давнего друга... Так сойдет?
– Нормально, по-моему, - Артур благожелательно кивнул.
– Главное, чтобы вы понимали простой факт: если вы расскажете правду, вам все равно никто не поверит.
– Это-то и обидно, - Френн спрятал лицо в ладони и тихо, истерически засмеялся.
– Это-то и обидно больше всего... Но... Вы можете ответить мне хотя бы на пару вопросов?
– На пару?
– Артур иронично поднял бровь.
– Ну, на пару тысяч, скорее... Ах ты ж черт...
– Френн, - теперь голос древнего колдуна звучал куда более благожелательно, - сделайте так, как вы только что сказали, составьте этот ваш отчет, сохранив тайну, и я обещаю вам - если я переживу эту ночь, то мы с сами обязательно поговорим. Я лет сто не общался ни с кем из коллег... Но первый делом - работа. Фигаро!
– Да?
– следователь вздрогнул.
– О, вы обрели способность говорить! Отлично! Тогда - прошу вас...
Он протянул руку - сожженную головешку с черными, как обугленные деревяшки пальцами и следователь, содрогаясь, взял колдуна за ладонь.
А затем они со свистом взлетели, с хлопком вспоров дымный воздух ночи и последним, что успел увидеть Старший инквизитор Френн, было обалдевшее лицо Фигаро с комично открытым в крике ртом.
...Фигаро перестал орать, лишь получив от Артура увесистого «леща», от которого шляпа следователя едва не слетела с головы. Через пару минул он, наконец, понял, что происходящее с ним, похоже, не угрожает его жизни и здоровью, перестал вопить, и принялся пораженно осматриваться по сторонам.
Он летел на расстоянии вытянутой руки от Артура, довольно быстро разрезая ночной воздух. Скорость полета была весьма высока, однако ветер и холод не чувствовались совершенно: похоже, старый колдун обо всем позаботился. Внизу мелькали ярко освещенные улицы Нижнего Тудыма, наводненные людьми; похоже, все ринулись смотреть пожар.
Затем город остался позади, и под ними раскинулись загородные холмы, усеянные маленькими деревеньками, уютно мигающими светом окошек, покрытые черной стерней поля, ожидающие весны и черные полоски леса, высаженные дабы преградить путь южным ветрам-суховеям - нередким гостям в этих краях. Затем позади остались и они, и под башмаками Фигаро раскинулся лес - черный заснеженный частокол без конца и края.
Тогда колдун, мановением руки, наконец, остановил полет, и, усевшись на воздух словно на табурет, устало посмотрел на следователя.
– Передохнем, Фигаро. И поговорим.
– Я... Я не могу...
– Давайте сразу пропустим ту часть, где вы не можете поверить и пораженно восклицаете, заламывая руки... Да, я Мерлин Первый, один из четырех основателей Колдовского Квадриптиха, Артур-Зигфрид Медичи, сын короля и ведьмы... Хотя королевство моего папаши было размерами с этот ваш Тудым, а самой интересной достопримечательностью в нем было вонючее озеро полное жаб и пиявок... Но - да. Я - Мерлин. А вы - Фигаро, следователь ДДД. И нам с вами предстоит сразиться с демоном. Сильнейшим Другим существом, которое только ступало на твердь нашего грешного мира.
– Что-то я не чувствую себя к этому готовым, - пробормотал Фигаро, опасливо косясь под ноги - падать до деревьев внизу, по самым скромным его прикидкам, пришлось бы не меньше половины версты.
– Вы знаете, - Артур усмехнулся, - я тоже не чувствую. Но это придется сделать, Фигаро. Потому что если демон поглотит вас, убьет... Он станет непобедим и тогда, боюсь, нашей реальности, в том смысле, как мы ее понимаем, придет конец... Но для начала...
Он сунул руку в карман и достал из него тяжелый глиняный сосуд, слегка напоминающий кувшин с очень узким горлышком, тщательно залитым воском поверх большой деревянной пробки. С трудом - сказывались сожженные руки - откупорил и, сделав из горлышка большой глоток, протянул «кувшин» следователю.
Фигаро машинально сжал горлышко и опрокинул содержимое «кувшина» себе в рот, втайне надеясь, что колдовская микстура не разорвет его на куски, однако...
– Ф-у-у-у-х! Черт! Да это же спирт!
– Как вам не стыдно, Фигаро!
– возмутился Артур.
– Какой, к дьяволу, спирт?! Это самогон, великолепный, восьмидесятиградусный самогон, выгнанный лично Абдулом Альхазредом из перинейской брюквы, желчи дракона и крови Морганы - старушка была большая затейница на счет спиртных напитков, хе-хе... Пейте, пейте, не смотрите на меня так... Я эту бутылку хранил почти семьсот лет. Как раз для такого случая.
Фигаро, чувствуя, что его способность удивляться на сегодня уже окончательно контужена, молча отхлебнул из «кувшина» огненной жидкости и протянул бутылку Артуру. В голове зашумело - такой-то градус да на пустой желудок... Но, то ли желчь дракона подействовала, то ли кровь древней колдуньи была столь забориста, а, может, все дело было в силе перинейской брюквы - чем бы она ни была - но следователь почувствовал, как страх медленно но верно отступает, снижая свою интенсивность до жизненно приемлемого уровня.