Командир в полной растерянности оглянулся на мага. Арвент только приподнял бровь и пожал плечами: никакого Бессана он и знать не знал.

Слугам учинили допрос. Они отвечали спокойно и охотно. Все они работали в замке еще при старом хозяине. Когда крепость захватили, они перешли в распоряжение нового владельца. Обычная практика: хороших слуг мало, а в военных действиях они никогда не участвуют, вот и переходят из рук в руки вместе с обстановкой замков. Они добросовестно работали на нового хозяина из Аса, пока однажды ночью не появился вдруг прежний хозяин и не объявил, что намерен вернуть свои владения себе. Слуги невозмутимо сознались, что все, как один, перешли на его сторону. Всадникам даже возразить было нечего. Низшее сословие – самые свободные люди в этом мире, никаких клятв верности никому не дают, сами решают, на кого работать. Если кого и стоило винить в произошедшем, так это нового владельца, который не привез сюда собственных слуг, полностью доверившись работникам из Хосса. Впрочем, мог ли он предвидеть что-то подобное? Никто не сумел припомнить ни одного похожего случая.

Откуда взялся Бессан, слуги не смогли толком объяснить. Зато они рассказали, как под его руководством схватили и упрятали в подвалы всадников Аса, и тогда командир Келет, не дожидаясь конца рассказа, немедленно отрядил несколько человек вниз, вызволять пленников. А слуги тем временем поведали, что хозяин за время своего недолгого возвращения к власти уходил куда-то с отрядом солдат. Очевидно, захватывать обоз с продовольствием. Но назад он вернулся без добычи, надо полагать, не собирался оставаться в замке надолго. И действительно, слугам он велел сдать крепость без сопротивления, если под стены придет Алый Всадник. Никто не знал, какие распоряжения получили солдаты, но, судя по их поведению, примерно такие же. О дальнейших планах Бессана тоже не было никаких сведений. Тогда-то Арвент и припомнил крылатую тень, мелькнувшую между башнями.

Тем временем появились освобожденные всадники, и кухня превратилась в подобие штаба. Проголодавшиеся люди выгнали слуг из-за стола и велели тащить все, что есть съедобного, а сами принялись выяснять друг у друга все подробности этого странного дела. Свергнутый владелец Хосса, снова восстановленный в своих правах, рассказал, что Бессана и еще одного всадника они захватили в плен как раз вечером, перед тем, как сами оказались в подвалах.

Услышав про второго всадника, Арвент немедленно насторожился. Он потребовал описание его внешности и несколько смутился, услышав про бороду. Крайт не терпел растительности на лице. И даже если предположить, что он пошел на такие жертвы ради маскировки, то ведь буквально за день до того они сражались в замке Хотт, и Крайт был тщательно выбрит! Конечно, возможны всяческие фокусы, применение магии или просто накладная борода, но если его не узнают, то и доказать мошенничество не получится.

А доказать хотелось бы. Арвенту даже не жаль было упущенных баллов, которые он непременно потеряет, лишившись противника на этом этапе состязания. Просто руки чесались как-то наказать Крайта за его раздражающий стиль, за неспортивные методы, скрытную манеру, против которой невозможно бороться. Если это действительно его брали в плен, тогда он применил магию для освобождения, а это прямое нарушение правил. За такое его отстранят от состязания до конца года. На всякий случай он спросил освобожденного владельца крепости, узнает ли он этого второго пленника. Тот отвел глаза:

– Да не разглядел я его. Меня Бессан больше интересовал.

Кстати сказать, слуги при упоминании второго всадника пришли в замешательство и стали давать разные показания. Одни утверждали, что кто-то с Бессаном был, другие столь же уверенно заявляли, что никакого второго не видели. Надо полагать, в какой-то момент этот второй всадник попросту исчез.

Арвент не стал сообщать всадникам о своих подозрениях насчет Крайта. Если он ошибся, ему не будет так стыдно, как если бы он вылез сейчас с необоснованными обвинениями. Да и настраивать всадников заранее тоже не дело. Возьмут и «узнают» мага, даже если это был не он. Разбирайся потом. Честность состязания Арвент ставил превыше всего, но от соблазна проверить свои догадки он не мог удержаться.

– Давайте все-таки выясним, как этот Бессан выбрался из своей камеры, – предложил он.

Голодные всадники заворчали, но командиры поддержали мага. Для начала спустились в подземелье, но там ничего подозрительного не обнаружили. Сопровождавший их слуга сообщил, что труп стражника отсюда убрали, но он был самый обычный, заколотый собственным мечом, ничего особенного. Пришлось верить на слово. А вот дверь Арвент осмотрел тщательнейшим образом. Никаких следов взлома. Ни царапин, ни щелей, в которые можно было бы просунуть нож и подцепить засов, ни каких-то хитрых приспособлений.

– Все-таки дверь открыли с помощью магии, я уверен, – заявил он. – И не мешало бы разобраться, откуда она взялась.

Они с командиром Келетом обменялись многозначительными взглядами. Кажется, тот начал понимать, о чем думает маг.

Но прояснение этого вопроса пришлось в любом случае отложить до утра. А потом, как выяснилось, и до вечера. Владелец замка Аит, не чинясь, подтвердил, что Бессан прибыл утром, но теперь спит мертвым сном, так что все разговоры откладываются. Посланцем управлял восстановленный в своих правах хозяин Хосса, и Арвент нетерпеливо тыкал его в бок и спрашивал, там ли Крайт, и не кажется ли он всаднику знакомым. Но всадник его разочаровал.

– Вроде не тот, – неуверенно сказал он. – Тот бородатый был. И волосы длинные. Да не разглядел я его! Попробуй теперь узнай без бороды.

Ближе к вечеру удалось поговорить и с Бессаном. Тот с удовольствием рассказал свою версию событий. Арвенту против воли пришлось подтверждать, что амулет, на который сослался всадник, вполне возможен. И нежелание показывать его тоже вполне объяснимо. Кроме договоренности с магом, каковая вполне могла существовать, Бессан наверняка рассчитывал использовать амулет и в будущем. Не вызывало вопросов и его бегство из замка: в одиночку, без помощников из числа всадников, оборону не организуешь, даже имея немалое количество солдат. Без командования войско превращается в неуправляемую толпу, которая неизвестно, куда кинется в следующий момент. Удержать замок он не сумел бы, а попадать в плен и снова платить выкуп ему не хотелось.