В комнату заглянул Женя.

— Утро доброе. Вставай, Ирина готовит завтрак.

Промычав в ответ нечто, смутно напоминающее приветствие, я встала. После душа, глаза, наконец, открылись, и мозг стал просыпаться. Одевшись в обычный спортивный костюм, я прошла на кухню, где Ира жарила омлет и готовила горячие бутерброды.

— Привет, садись завтракать, — с улыбкой сказала она. И подала мне тарелку с едой.

— Привет, Ириш, — поздоровалась я. — А где Женя?

— Женя пошел выгонять машину.

— А, ясно.

Я села за стол и принялась есть. Пока расправлялась с завтраком, наблюдала за Ириной, все-таки она очень милая девочка и такая домашняя. В халате и тапочках она выглядела еще милей, чем тогда, когда я увидела ее впервые. Спустя какое-то время, в кухню вошел Женя. Он, так же как я, надел спортивный костюм, но если мой был черного цвета, то его — темно-синим.

— Сейчас, поедим и отправимся, — сказал он, усаживаясь за стол.

Я кивнула головой, потому как рот был занят очень вкусным омлетом. Готовила Ира бесподобно. Поели мы по-семейному тихо, изредка перебрасываясь парой слов. Перед тем, как выйти из квартиры, мне стало плохо. Голова закружилась и поднялась тошнота. Не говоря ни слова, я побежала в туалет. Рвало меня долго и смачно, после моего выхода, нет, не так, после моего выполза из ванной, Ирина кинулась ко мне и еще с полчаса отпаивала витаминами и прочей хренью.

— Ир, почему меня вырвало? Вчера еще все было хорошо! — я нервничала. Нет, про токсикоз я знала, но вроде пока не знала о беременности, он меня не мучал.

— Это связанно с психикой. Пока ты не знала, организм и не давал тебе намеков на твое положение, а теперь, зная о ребенке, ты просто подсознательно боишься токсикоза, а организм все твои страхи переносит в реальность. Это скоро пройдет, тебя может потянуть и на соленое, и на горькое. Сейчас вылезет все, что угодно, даже болезни, которых до этого не было. Просто не переживай и, как только приедешь от родителей, сразу сходи к Жениной маме, ладно?

Я покивала головой и не без помощи Жени спустилась во двор их дома. Меня все еще кидало из стороны в сторону, да и голова кружилась ужасно. Один плюс все же был: от сигаретного дыма меня начинало тошнить еще сильней. Этот факт мы узнали, когда вышли в подъезд, где курил сосед ребят. Женя этому был рад.

— По крайней мере, ты теперь точно к сигаретам в ближайшее время не подойдешь! Я смогу спать спокойно, зная, что крестнику ничего не угрожает.

На это я только скривилась. Ну да, сигареты на какое-то время забыты точно.

Сев в машину я постаралась уснуть. Выходило плохо, на резких поворотах меня начинало тошнить. В общем, к концу поездки я была ярко-зеленого цвета и ненавидела всех вокруг. Женя стоически терпел все мои жалобы, но было видно, что избавится от меня ему уже охота.

Мы подъехали к дому моих родителей около восьми часов утра и, что странно, бабулек у подъезда не было. Женя помог мне занести вещи на этаж и выдал целый пакет с витаминами от Ирины. Поблагодарив его, я уже хотела позвонить в дверь, когда он спросил.

— А обратно ты как? Может позвонишь, и я тебя заберу?

— Нет. Я думаю, что домой поеду с другим мужчиной, — улыбаясь, сказала я.

— А-а-а, понятно. Ну, желаю удачи, — с этими словами он поцеловал меня в щеку и ушел, а я позвонила в двери к родителям.

Руслана.

Дверь открылась сразу, на пороге стоял папа.

— О, доча приехала! — весело сказал он.

— Привет.

Я постаралась говорить с улыбкой и такой же радостью в голосе, как и папа, но в моем состоянии это было сделать сложно. Папа внимательно осмотрел меня и, молча, уже без улыбки пропустил внутрь квартиры. Я, так же молча, прошла в гостиную, оставив вещи в коридоре. Она мне очень нравилась как цветовой гаммой, так и удобной мебелью. Если говорить откровенно, то сообщать новость о моем интересном положении я бы предпочла сначала отцу. Мама с ее характером на эту роль не годится. Как только я села, папа спросил:

— Чертенок, ты заболела? Что-то вид у тебя странный, да и цвет лица тоже.

— Нет, пап, все нормально. Хотя я и заболела, но это временно, — с улыбкой ответила я. — Поскольку ты не любишь ходить вокруг да около, говорю сразу и прямо.

Отец заметно подобрался в кресле и в упор посмотрел на меня.

— Ну? И что это за «временная» болезнь?

— Папуль, ты скоро будешь дедом!

В комнате наступила тишина. Я уже решила, что папу это новость огорчила, когда он поднялся с кресла и присел возле меня на корточки.

— Я рад, чертенок, — улыбаясь, проговорил он. — Правда, мне очень интересно познакомится с моим зятем, как я понимаю, вы решили пожениться, раз ты приехала сообщать нам эту новость?

Упс, вот об этом я как-то и не подумала. Решила, что после такой новости, родители сразу не будут интересоваться моим, так сказать, будущим мужем. Но врать отцу я не собиралась, слишком ценны для меня наши с ним отношения и доверие между нами.

— Папуль, Денис пока не в курсе о ребенке. Понимаешь, мы с ним поругались, и… я не знаю!