– Почему? – спросил Лекс.

Он поднёс к губам стакан ледяной колы с долькой лимона. Никогда бы не подумала, что пара кубиков льда и всего один ломтик этого фрукта способны так легко и просто изменить вкус популярного напитка.

– Потому что здесь я, кажется счастлива. Сбылась моя мечта. Я, наконец, по уши в песке и древних камнях. Меня каждый день сопровождают тени утраченного: Вавилона, Египта, Эллады, и совсем скоро мы можем сделать какое-нибудь потрясающее открытие.

Я довольно прибавила:

– А ещё – ты со мной.

Лекс откинулся назад в широком мягком кресле. На нем сегодня была чёрная майка AC/DC с открытыми плечами, демонстрирующая во всей красе мощные твёрдые мышцы. В ухе блеснула серёжка, когда он широко улыбнулся.

– Ты все-таки надеешься, что это может быть могила Александра?

Я с готовностью кивнула.

– А ты знаешь, что по одной из теорий македонского царя убила собственная жена? – продолжал он.

– Правда?

– Да. Но, конечно, это лишь версия. Александр построил великую державу и умер совершенно неожиданно в тридцать два года, – начал рассказывать Лекс. А я восхищённо слушала, тая от осознания того, что мой мужчина хорошо разбирается в истории. – Есть мнения, что он был болен брюшным тифом или малярией. А есть другое – что его отравила Роксана. Любимая жена. Она была бактрийской княжной и могла ревновать мужа к любовницам. Или любовнику, – добавил он.

– Как-то он неудачно, похоже, женился, – проговорила я, игнорируя теорию, что великий завоеватель мог оказаться геем.

Ну, мог – и пускай. Я же у себя в голове построила совсем иной образ этого царя.

Губы Лекса растянулись в усмешке.

– Вот так всегда и бывает. Женщина – самая большая слабость мужчины. Даже, если этот мужчина – фараон Египта, царь Македонии, Персии и всей Азии.

– Ну, тебе-то с женщиной повезло, – с улыбкой ответила я, – так что не расстраивайся.

Лекс вышел из-за стола и протянул мне руку.

– Это бесспорно, моя вакханка, – прозвучал мягкий, как шёлк простыней, ответ.

И у меня как-то сразу потеплело в груди.

– Пойдём, дорогая, я хочу отвести тебя в одно очень весёлое место, – сказал он, ведя меня к машине.

Сегодня за рулём белоснежного Audi никого не было. Харлампий куда-то запропастился.

– А где?.. – не успела спросить я, как раздался ответ:

– Отпустил его на весь день. Сегодня я буду твоим водителем, Мила.

Открыл передо мной дверь, приглашая садиться.

– И куда мы поедем? – поинтересовалась, пока Лекс пристёгивал ремень безопасности.

– Это страшная тайна, которая совсем скоро станет тебе известна, – улыбнулся он. – Просто подожди чуть-чуть.

Двигатель завёлся привычным низким рычанием, и автомобиль двинулся вперёд. Включился кондиционер, и салон наполнила музыка, которая рядом с этим мужчиной, как всегда, была идеальной.

“...If I could fly

Like the king of the sky

Could not tumble nor fall

I would picture it all.

If I could fly

See the world through my eyes

Would not stumble nor fail

To the heavens I sail

If I could fly…”

“Если бы я мог парить,

Как король неба,

Я бы не падал вниз,

Я мог бы все это запечатлеть.

Если бы я мог летать,

Видеть мир собственными глазами

Я бы не потерпел неудачу,

Уплывая в небеса.

Если б только я мог летать…”

(с) Helloween “If I could fly”

Солнце светило все ярче, но за прозрачным стеклом нашего авто было уютно и прохладно. Машина разгонялась все быстрее, выехав на трассу. Скорость дарила ощущение полёта и навивала разные романтические мысли.

Я бросила взгляд на своего водителя, и не смогла не отметить, насколько он был хорош. Широкие бицепсы, ничем сегодня не скрытые, сильные руки, перевитые венами, спокойный синий взгляд, направленный вдаль. Каждое его движение было уверенным и немного ленивым, будто в данный момент он контролировал абсолютно все, и это его успокаивало. Мне нравилось, как он переключает коробку передач, как сжимает ладони на руле. Возможно, я уже перешла какую-то смутную грань навстречу этому мужчине. Грань, за которой начиналось обожание.

– Долго ты будешь на меня смотреть? – спросил он тихо, не поворачивая головы. И я увидела мимолётную улыбку, сверкнувшую на мягких губах.

– Боюсь, что да, – ответила я, вдруг осознав, как глупо, наверно, выгляжу.

Щеки покраснели.

– Ты знаешь, – медленно проговорил Лекс, продолжая смотреть на дорогу, – ты – единственная девушка из всех, что у меня были, которая ни разу за все время не попросила себя куда-нибудь отвезти. Меня это пугает и обескураживает, признаюсь.

Я пожала плечами, все же оторвав взгляд от дерзкого, но красивого лица.