– Вы о ком это? – улыбаясь, спросил Сайто, открывая дверь палаты Киры. – Не обо мне?

– Да, Сайто-тайчо, – Ренджи немного смутился. – Вот, хотели посоветоваться.

– Конечно, – Такайя сощурился еще сильнее, прикрыл дверь и сделал приглашающий жест, предлагая продолжить движение. – Рассказывайте.

Они вместе двинулись по больничному коридору.

– Ну, а чего же вы хотели? – удивился Сайто, выслушав друзей. – Кучики слишком горд, чтобы позволить кому-то с ним нянчиться. Вы же, дай вам волю, спеленали бы его, уложили в постельку и кормили с ложечки. У вас же все на лицах написано. Естественно, он вас выпер.

– А, – удивленно протянула Рукия. – Вот как.

– Вот видишь, – довольно осклабился Ренджи, – я же говорил, что он все объяснит.

В дверях госпиталя они столкнулись с Куроцучи. Рукия и Ренджи сразу притихли и расступились. Оба недолюбливали и побаивались странного капитана. Сайто же, напротив, приветливо сощурился.

– Сайто, ты-то мне и нужен, – без предисловий заявил Куроцучи. – Точнее, твой лейтенант. Для исследования.

– Конечно, без проблем, Куроцучи-тайчо! – воскликнул Сайто. – Только он сейчас спит.

– Ничего, я его будить не собираюсь. Только возьму кровь на анализ.

– Хорошо. Я думаю, вам покажут, где он.

Куроцучи скрылся за дверью; Ренджи озадаченно посмотрел ему вслед.

– Вы и с этим поладили? – удивленно спросил он.

– А, это несложно, – небрежно отмахнулся Сайто. – Достаточно только обращаться к нему со всеми формальностями и слушать, развесив уши, когда он рассказывает о своих опытах.

– А к Кучики-тайчо вы никогда так не обращаетесь…

– Просто потому, что его этим не проймешь. Кучики воспринимает вежливое обращение как должное, вроде как, ему так и положено. А вот для Куроцучи, похоже, это имеет большое значение. Он, наверное, не благородного происхождения?

Ренджи пожал плечами. О происхождении капитана Куроцучи он не знал ничего.

Маюри просидел в лаборатории почти до утра. Прикидывал и так, и эдак, и результат все равно получался один и тот же. Наконец, исчерпав варианты, он откинулся на спинку кресла.

– Интересненько, – проговорил он. – И кто же мог такое сделать?

Он еще немного пощелкал кнопками, в очередной раз просматривая полученные результаты.

– Никак не получается, – снова сказал он вслух. – Просто никак не может быть. Наша бочка здесь ни при чем. Нет в мире такого вещества, в сочетании с которым наш химикат мог бы породить это.

Маюри листал на мониторе результаты анализов крови Киры.

– Кто-то подстроил это, – заключил он. – Кто-то хочет меня дискредитировать. Нему!

Тихая и незаметная, как тень, лейтенант приблизилась к капитану.

– Нему, ты должна найти это существо. Отправляйся вниз. Я должен доказать, что двенадцатый отряд не имеет к нему отношения!

– Да, Маюри-сама.

========== Эпидемия ==========

История вторая. Беда не приходит одна. Это общеизвестный факт. Но кто-то же работает над тем, чтобы беды сходились в одной точке!

ЭПИДЕМИЯ

Двенадцатый отряд так ничего и не обнаружил. Нему облазила все закоулки подземелья, но неизвестно откуда взявшийся туман так же неизвестно куда и канул. Куроцучи пытался говорить о результатах своего исследования, доказывал, что Бюро здесь ни при чем, но ему не очень-то верили. Или, точнее сказать, не верили совсем. Получалось, что двенадцатый отряд проводит расследование собственного преступления, и любой бы попытался себя выгородить. Они, конечно, не нарочно, говорили все, но факт остается фактом: по их вине пострадали два офицера. Пострадавшие, правда, довольно быстро оклемались, но это ничего не меняло. То обстоятельство, что неведомое существо перестало ползать и шуршать в канализации, только усугубляло подозрения против двенадцатого отряда: исправили, поди, по-тихому, вот все и прекратилось.

А вот капитан Ито оказалась на высоте. Еще бы, остановить капитана Кучики, практически не причинив разрушений! Сцепись с ним кто-то другой, разнесли бы немало. Умница, девочка. И даже если предположить, что Кучики сражался вполсилы, все равно молодец. Хироми, слушая все это, горделиво задирала нос. Так что Ямамото спровадил ее на задание в Мир живых, чтобы не слишком зазнавалась.

Бьякуя проснулся с сильнейшей головной болью. Это было странно, он не привык так себя чувствовать, особенно по утрам. Выбираясь из постели, он обнаружил, что это дается ему с трудом. Ныли мышцы, словно он весь вчерашний день подвергал себя жесточайшим истязаниям на тренировочной площадке. Собрав волю в кулак, Бьякуя заставил себя встать и одеться. При мысли о завтраке почему-то тошнило. Он ощущал себя не человеком, а организмом, набором органов, каждый из которых, вдобавок, работает с перебоями. Очередным волевым усилием он поволок свой организм в штаб.

Ренджи уже сидел в кабинете, но работать не пытался, и вид у него был совершенно измученный.

– Что это с тобой? – спросил его Бьякуя.

– Кучики-тайчо, что-то я себя совершенно омерзительно чувствую, – пожаловался лейтенант. – Как будто на мне вчера весь день ездили. И голова трещит. Я не пил, – поспешно добавил он.

– Странно, у меня тоже с утра болит голова, – нахмурился Кучики. – Сходи к Унохане, пусть она посмотрит, что с тобой.

– А вы?

– У меня полно дел. Потом, может быть.