Несколько секунд мне не хватало душевных сил разлепить веки.
– Лиса, все хорошо. Ну что же ты нас-то не дождалась? За что же нам платят? – усмехнулся справа Фаскраф.
– Действительно! Никакой дисциплины у этих рожениц! – хмыкнул Блассарт.
Я открыла один глаз, другой и обнаружила, что санитары везут в больницу кричащую благим матом подругу – мельранским матом, кстати говоря.
Мой малыш, такой же синеглазый и златокудрый, как папочка, уже уютно устроился на руках у Блассарта. Врач сверкнул нереальными фиолетовыми глазами и слабо улыбнулся. Фаскраф подергивал за спинку кресло-каталку, предлагая мне перебраться туда. Среди огромных, мускулистых мельранцев, жилистый землянин среднего роста совсем не терялся.
Разве что бросалось в глаза – насколько его кожа морщинистая, сухая по сравнению с гладкой, почти идеальной кожей инопланетников. Даже самых старших, вроде Врастгарда, разменявших уже не первое тысячелетье.
