— Джеймс, если уж на то пошло, просил нас не подставляться. Если мы скроем эту информацию, мы еще как подставимся, понимаешь ты это? — она решительно кивнула. — Я не знаю, кто эти люди, — вздохнула Анжела. — Пусть с этим разбирается полиция. Я обязана позвонить и рассказать все, что здесь случилось. Нам с тобой угрожали, Сэм, нам пришлось помочь Джеймсу и Ривер. К тому же они выставили все так, чтобы мы им поверили.

Анжела направилась к выходу из номера, чтобы позвонить в департамент полиции Лоренса с рецепции.

— Мы должны рассказать, — бросила она напоследок.

Помощник лишь опустил плечи, но ничего не ответил.

Грейс Конвей, услышав рассказ напарника — который она в силу его фантастичности попросту не могла назвать версией — некоторое время пребывала в задумчивом молчании, стараясь найти факты, которые противоречили бы этой безумной теории.

В голове ее, не переставая, вертелись детали рассказанной Стивеном истории, базирующейся на его предположениях и диалоге Дрейка Талоса с неким Арнольдом Дюмейном. Разумеется, детективу Монро нельзя было отказать в трудолюбии и честности: свою «версию» он отрабатывал досконально, не упуская ни одной, даже самой маленькой детали. И ведь каждой из этих деталей в состряпанном Монро раскладе действительно находилось место, что приводило Грейс одновременно в недоумение и восторг, однако…

— Черт, Стивен, это просто безумие, — вздохнула она, устало потерев руками лицо. — Должно быть более рациональное объяснение всему. Валиант Декоре, к примеру, может быть попросту сумасшедшим и неуравновешенным человеком, за счет чего Талос и говорил, что он может вцепиться в глотку…

— Если верить сопоставленным фактам, это должен быть семидесятивосьмилетний старик, который может вцепиться в глотку, разве что, вставной челюстью, — нервно усмехнулся Монро, перебив напарницу.

— Это имя также может быть фальшивкой, — упорствовала Грейс. — Может быть, тот, кто называет себя Джонатаном Твистом, носит много имен, скрывая свою настоящую личность. Допускаю, что этот человек находится в стране нелегально и скрывается от правосудия. Он мог использовать имя старика в качестве очередного псевдонима для прикрытия, а сам Валиант Декоре, скорее всего, давно мертв. Есть вероятность, что Твисту просто стало известно о факте смерти старика. К примеру, он мог знать его лично.

Стивен скептически приподнял бровь.

— Вот можно подумать, что в твоей версии меньше домыслов, — хмыкнул он.

— Это хотя бы можно назвать версией, — парировала Грейс. — Не знаю, отчего тебе так понравилось витать в облаках в этом деле, Стивен, но раз уж ты выбрал такую линию поведения, хоть один из нас должен сохранять рациональный подход.

В глазах напарника мелькнула неподдельная обида, и Грейс тяжело вздохнула.

— Поверь, я не хочу сказать, что ты стал хуже работать или пытаешься облегчить себе задачу. Нет, напротив, ты ее всячески усложняешь и не боишься трудностей… да и версия с, — она притихла, добавив последнее слово вполголоса, — вампиром получается складной. Под нее ложатся детали запутанного дела, но мы живем в мире, в котором всякие гадости творят люди, Стивен. Не монстры. Получая сообщение о человеке, пропавшем без вести, мы не начинаем обвинять во всем инопланетян, даже если родственники пропавшего в них верят и утверждают, что над их домом каждую ночь кружит НЛО. Найдя загрызенное тело, мы не ищем оборотня — мы строим версию, в которой участвует бешеная собака, волк или медведь…

— В случае с жертвами мотельной бойни виноват был человек, который перегрыз всем глотки, — напомнил Стивен.

— Обезумевший человек не попадает под категорию фантастики. Крис Келлер не был вампиром, и мы оба с тобой это знаем, — детектив Конвей внушительно посмотрела на напарника.

— Ну хорошо, — вздохнул Монро. — Если уж речь зашла о Келлере, как быть с тем, что говорил о нем Талос?

Грейс едва удержалась от того, чтобы прикрыть глаза рукой.

— Ты не можешь доподлинно знать, что речь в разговоре Талоса с Дюмейном шла именно о Крисе Келлере, — покачала головой она. — Стивен, ты уцепился за фантастическую историю, которая помогает связать воедино детали очень сложного дела. Самого, пожалуй, сложного в нашей с тобой практике. Но это фантастика, понимаешь? Такое бывает только в кино или книгах.

Слушая напарницу, Монро невольно хмурился. Обсуждая это дело, ему уже несколько раз удавалось склонить детектива Конвей на свою сторону, но, оставаясь наедине с собой, она вновь начинала просчитывать другие версии событий, которые, так или иначе, казались ей более приземленными и привычными. Ее не оставляли сомнения, и она не хотела, чтобы твердая почва уходила у нее из-под ног, что неминуемо произошло бы, стоило ей принять на веру сам факт существования вампиров. В их с Грейс профессиональным тандеме она обладала острым и холодным умом, а Стивену была присуща сильная интуиция. Обыкновенно эти качества помогали им идеально работать в паре, но сейчас скептический и рациональный ум детектива Конвей схлестнулся в жестокой схватке с профессиональным чутьем ее напарника, и поле этой битвы гораздо больше благоприятствовало позиции Грейс.

Монро тяжело вздохнул и сложил руки на груди.

— Хорошо. Давай пойдем от противного. Если откидывать мою версию, у нас имеются следующие факты: 23 декабря Ривер Уиллоу прибыла на каникулы в Лоренс. По дороге домой она столкнулась с Джонатаном Твистом — пока будем звать его так — и постаралась оказать ему помощь после аварии, но Твист укусил ее, потом вскочил и скрылся с места происшествия в неизвестном направлении. О случившемся девушка не рассказала никому, кроме Криса Келлера, с которым встретилась аккурат перед инцидентом и к которому пришла после. Всю ночь ребята провели в поисках информации о Джонатане Твисте, которого сочли вампиром…