Сармат медленно обернулся, указывая на топазовые стены чертога. Мать. Ярхо не ответил, только прикрыл глаза — медленно, с едва уловимым скрежетом. А Сармат закричал — громко, отчаянно, выпуская боль и ярость. Он поворачивался вокруг своей оси, сгибался напополам — звук летел, летел, раздавался по ходам и палатам. Дробился и множился, вырастая в страшный боевой клич. Ярхо слушал, не выдавая никаких чувств, а Сармат, оборвав голос, зло пнул одну из груд собственных богатств. Отшвырнул сапогом венец, напоминавший княжий; золотой, широкий, с крупным лалом — красный, красный, красный, цвет крови и закатов, поднимавшихся над полем битвы… Помнишь ли, Сармат, как сходились рати и как ломались копья, как умирали твои друзья и жены, как хоронили твоих братьев — одного за другим?

Что же — княжий венец мелко звенел, подпрыгивая на каменном полу. У Ярхо есть каменная орда, а у Сармата — самая таинственная из гор, и нет на свете оплота надежнее. История — колесо, ходящее по кругу: значит, их легенда еще не закончена.

Если Хьялма хочет войны, он ее получит.

Марлы перенесли ее в холодный грот — он щерился зубцами наростов и, плавно изгибаясь, уходил глубоко в недра. Пол был залит водой, и на дне переливались минералы; на стенах бугрились солевые и кварцевые глыбы. Вокруг — морозно-дымчатое марево. Поволока ускользающей, мертвой красоты.

Малику Горбовну положили в хрустальную домовину. Обрядили в богатые одежды — мед и янтарь; длинное подпоясанное платье, расшитое золотом вдоль широкой полосы для пуговиц. Волосы княжны заплели в широкие косы и убрали назад, под тяжелый головной убор. Вплели в них драгоценные камни, украсили цепями-ряснами. Под обруч подоткнули длинную, до самых пят вуаль — Малика лежала на ней. Ее перерезанное горло закрыли кольцами ожерелий, а босые ступни обули в мягкие башмачки. Пальцы обвили нитями — бронзовые с алыми бусинами. Марлы любовно расправили узорные, разлетающиеся рукава княжны. И закрыли ей глаза — каменными ладонями, под звуки мурлычущей песни.

Лицо Малики будто сошло с фресок на гуратских соборах. Или с чеканных монет: гордое, точеное, застывшее. Лежать бы ей в усыпальнице рода, рядом с предками, а не здесь, среди змеиных жен. Но Малику похоронили тут. В хрустальной домовине, под бессловесные плачи марл. Над ней раскинулся потолок мерцающего грота, и вокруг нее дрожала прозрачно-голубая хмарь. Под конец марлы оставили ее, и в пещере воцарилась тишина — только капли срывались с выступающих наростов. Вода точила камни, и в ее колдовском шепоте слышался шорох, с каким нос корабля разрезал волны: зачем, зачем сюда едет твой брат и князь, Малика Горбовна? Поздно тебя спасать.

Отныне сердце Малики Горбовны не тронут ни любовь, ни ненависть. Ее не убаюкают дожди, проливающиеся над лесами, не восхитят бег колесниц и богатства ханских шатров. Ее не потревожат ни война, ни смута.

И ее не разбудит драконий рев, раскатившийся над Матерь-горой.

Это был длинный путь, который я бы не сумела пройти в одиночку.

Огромное спасибо:

— моей семье за всё то, что они делали и продолжают делать для меня. Уверена: без вас ничего бы не вышло. Благодаря вам, вашим усилиям и нашим путешествиям я узнала, каков он, этот мир, лежащий за порогом.

— Карине Разенковой — за долгие беседы о «Годе Змея» и не только. За то, как ты сопереживала героям и как восторгалась описаниями.

— Ксении Хан, мастерице и единомышленнику, без которой, я думаю, многие интернет-читатели и не узнали бы о «Годе Змея». Спасибо группе «Вечер у костра» и писательницам объединения «Ушедшая эпоха» — вы чудо!

— Полине Завадской, которая оставляла теплые отклики и помогала мне делать текст лучше всё то время, что он публиковался в сети.

— людям, появившимся в моей жизни за этот период. Вы поддерживали меня, когда я, переполненная эмоциями, прилетала в аудиторию и делилась новостями о «Годе Змея». Я не сомневаюсь: вы станете замечательными врачами.

— Алёне Щербаковой, которая одним октябрьским утром прислала мне особое письмо с особенными словами (их ждёт едва ли не каждый начинающий автор). Так я оказалась в серии «Ведьмин сад». Спасибо за то, что поверила в меня и помогла этой истории стать настоящей книгой.

— Марине Козинаки и Вере Голосовой — за изумительное, самое годозмеиное оформление из всех возможных.

— моим подписчикам группы «Вконтакте» и читателям с ресурсов Книга Фанфиков и Wattpad. Спасибо за ваше участие. Спасибо за то, что вы были рядом. За то, что вы путешествовали вместе с караваном драконьей невесты, спали у походных костров и любовались сокровищами чертогов Сармата-змея.

Спасибо!