— Не плачь, душа моя. Все мы должны отвечать за свои поступки. В этом есть равновесие.

Пауза затянулась, и я зарыдала в голос, намертво вцепившись в одежду поверенного. Не помню, когда подобное случалось со мной в последний раз, и случалось ли вообще, но от одной мысли, что у меня могут отнять Яна, ставшего таким необходимым, хотелось выть, биться в истерике, кричать… Что угодно, только бы этого не случилось! Это не справедливо!

— Да не буду я никого арестовывать, — пробубнил мистер Уотсон. — Можете не лить слезы, мисс Ломаш, я что-нибудь придумаю.

— Например, что? — деловито осведомился отец.

— В конце концов, это была самозащита, — пожал плечами следователь.

Я почувствовала, как Ян вздохнул с облегчением. Наверняка, он был уверен, что Денери примется мстить ему при первом же удобном случае, но следователь оказался лучше, чем мы думали.

— Спасибо, друг, — поднявшись с постели, сказал Ян и протянул руку старшему следователю. Тот некоторое время смотрел на протянутую ладонь, но вскоре все же принял ее.

— Друг, — сухо произнес он и удалился, больше не оборачиваясь.

Едва за ним захлопнулась дверь, я взглянула на отца и сразу же встретилась с хорошо знакомым взглядом. Именно так смотрит мистер Адам Бреннон перед тем, как начинает читать мне длительные и нудные нотации. Благо, только отец открыл рот, как в дверь постучали, и в комнату, не дожидаясь разрешения, ворвался Уайлд.

— Мисс Катарина, как вы? Мистер Уотсон сказал, что вам лучше?

— Спасибо, Уайлд, мне правда лучше.

— К вам прибыл лекарь, велите впустить?

— Да, — хором ответили мы с Яном, единые в желании отложить разговор с отцом как можно дальше.

Дворецкий смерил нас изучающим взглядом и понимающе кивнул.

— Лекарь сейчас поднимется, а после я жду вас к обеду. Мисс Катарине нужно хорошо поесть после всего случившегося.

Уайлд слегка поклонился и покинул комнату.

Я засмеялась, заметив, каким взглядом дворецкий смотрел на моего отца. Уайлд двадцать лет был уверен, что отец мертв, и сейчас явно пребывал в настоящем шоке, как, полагаю, и все в доме.

Папа понимающе хмыкнул, проследив за моей реакцией.

— Это ты еще не видела, как он грозился вызвать некроманта, чтобы тот упокоил мой поднявшийся труп, а потом, когда понял, что я жив — обвинил в мошенничестве и долго пугал патрулем. Благо, вскоре появился мистер Хидс, и его дурные вести отвлекли старика от меня. Иначе я рисковал умереть от смеха во цвете лет.

Я рассмеялась, впервые за долгое время чувствуя себя спокойно. Да, голова продолжала кружиться, а к горлу подступала тошнота, но с одной стороны от меня сидел Ян, который бережно, но уверенно сжимал мою ладонь, на пальце которой играло голубыми бликами сапфировое кольцо. А с другой расположился отец, успокоившийся и подобревший. Кажется, жизнь налаживается.

— А я рисковал умереть от страха, пока шел к кабинету мистера Бреннона после схватки с Лионом, — задумчиво проговорил Ян.

Я вопросительно взглянула на жениха, впервые с уверенностью и четким осознанием назвав мистера Хидса таковым.

— Боялся, что потерял тебя.

Мы сидели в кабинете главы патруля Меренска и неспешно потягивали вино из высоких хрустальных бокалов. Ян расположился на подлокотнике моего кресла и уместил руку на моем плече, мистер Хидс-старший уселся напротив, рядом с мистером Уотсоном.

— Так что там с Дешем? — поинтересовался глава патруля, — Есть ли смысл вести допросы дальше?

— Думаю, все, что он знал, нам уже известно, — пожал плечами мистер Уотсон. — Патруль Глонвуда допросил мистера Ричардса, в Пейлите задержали союзников Лиона, да и суд над Дешем уже завтра.

— Я не могу поверить, что Джейми был причастен, — в который раз проговорила я, почувствовав, как пальцы Яна на моем плече сжались.

— Ваш мнимый жених не был адептом культа, он просто изредка отвечал на вопросы о вас за определенную плату, — лаконично ответил следователь.