— Ты, кхм, мило выглядишь, Ана, — так и было. Анамика была неотразима, как принцесса фей в цветочном саду. Я еще никогда не видел ничего прекраснее. Ничто не могло сравниться с красотой богини. Если бы на моем месте был кто-то другой, он упал бы к ее ногам, купаясь в тепле ее присутствия, и ждал, пока она наградит его улыбкой. Я не дышал, ведь тоже ждал этого, но улыбки не было.

Она посмотрела на меня.

— О? — она без радости коснулась кружевных рукавов. Ее тело сияло своим светом, камень правды на ее шее сиял от правды моих слов. Она сияла, и роща казалась волшебной, как и розовый закат утопии, что она создала.

— Да. Ты совсем как богиня.

Она застыла и вежливо сказала.

— Спасибо, — она провела ладонью по подушке и похлопала по ней. — И вы с Келси тут спали? — спросила она. — Вместе?

— Да. Ничего такого, — быстро сказал я. — В Роще своя магия. Нам приснилось то, что случится в будущем.

Ана прикусила губу.

— Как камень омфал?

— Да, наверное.

— У тебя есть другой кусочек камня?

Я покачал головой.

— Не здесь. Он дома.

Ана закрыла глаза, а когда открыла, на ее ладони лежал кусочек камня.

— Как ты это сделала? — спросил я.

Она пожала плечами, подула на него, и камень оказался в изголовье кровати, что было сделано из сплетенных веток.

— Теперь все? — она откинула часть мягкого одеяла.

— Ох. Не думаю, что это хорошая идея, — я потер шею рукой.

— Ерунда, — сказала она. — Ты же мне как брат?

— Да. Точно. Просто…

Ана посмотрела на меня.

— Тебе тоже нужно отдохнуть. Пока рядом со мной тигр, мне ничто не навредит. Это ведь так?

— Так, но…

— Больше ни слова, Сохан. Отдыхай.

Она укрылась одеялом. Я смирился, лег рядом с ней, отвернувшись от красивой девушки и отодвинувшись к краю.

— Хороших снов, Ана, — хрипло сказал я.

— И тебе, мой тигр.

Ее тихие слова опустились на меня снегом. Я не знал, было ли то от усталости, или она колдовала. Но я за пару секунд глубоко уснул и увидел знакомый сон.

Глава 29

Птичьи перья

Я был счастлив. Счастливее, чем когда-либо. Я охотился с юношами. Они были сильны и умны. Я был в теле тигра, но это их не пугало. Один замер за деревом и подал пальцами сигнал, как учил воинов Кадам. Его черные волнистые волосы были перевязаны у шеи. Его медная кожа и пронзительные голубые глаза казались знакомыми.

Он подал знак, что добыча близко. Я должен был обойти ее, пока они занимали места. Когда они будут готовы, я спугну добычу. Я несся среди кустов, пока не выбежал на холм с видом на луг. Хруст веток предупредил меня, и я пригнулся, хвост подрагивал. Несколько ланей паслось неподалеку.

Я услышал вопль совы, понял, что его издал человек, а не птица, и выпрыгнул из укрытия. Лани тут же бросились от меня в лес как можно быстрее. Просвистела стрела, вскрикнуло одно животное. Оно тут же упало, было уже мертвым, когда я прыгнул к нему. Поразительно.

Охотники были такими умелыми, что я не услышал бы их без усиленного слуха. Они были еще и невидимыми. Только мой нос говорил мне, где они, но все равно один удивил меня. Он скрыл запах, встав с подветренной стороны. Он сбил второго зверя копьем, и третий поймал добычу сетью с грузом. Лань билась под сетью, пока мужчина не перерезал горло ножом. Он прижимал ладонь к спине лани, гладил, пока она не затихла, умерев.

Добычу приготовили для пути, привязали к шестам, и шестеро юношей взвалили ношу, двое следили впереди за дорогой. Я шел между ними, и тот, что справа, хитро улыбнулся мне.

— Ты стал медленнее, старик?

Другие рассмеялись, я зарычал и щелкнул зубами без злости. Шерстяной плащ хлопал по его сапогам. Я заметил, как легко его широкие плечи несут вес лани. Он гордился добычей, он заслужил это. Зверь не страдал. Его мастерство было лучше, чем у солдат, которых я тренировал годами.

Я посмотрел в зеленые глаза мальчика, он сказал:

— Так мы победили, отец?

Я стал человеком, стукнул его по плечу и улыбнулся.

— Если кто тут и стареет, то это ты. Хорошо постарались, и да, вы выиграли этот спор. Но маме не говорите. Вы ее знаете, — мальчики рассмеялись, мое сердце пело в груди. Мои. Красивы юноши были моими сыновьями. Не знаю, откуда я это знал, но так было.

Один из скаутов, мальчик лет шестнадцати, вернулся с тревожным видом.

— Отец, видишь дым на горизонте? На деревню напали. Нам позвать богиню?

— Сколько? — спросил я.

— Два десятка.

— Думаешь, мы не справимся?

Мальчик вскинул брови и посмотрел так, словно я уже должен был знать ответ.

— Хорошо, — сказал я. — Не вижу повода беспокоить ее. Придется оставить добычу, но мы за ней вернемся. Надеюсь, ее никто не утащит.

— Жизни важнее мяса, — отметил тихий блондин слева от меня, его брат поднял шест на дерево, чтобы скрыть добычу среди ветвей. Они не выглядели как братья, но были ими. Другие последовали примеру, спрятали добычу в листве. Запах все равно привлечет любителе падали, но, если повезет, никто крупный не придет.